Читать и слушать книги

Соня редактирует чужие постельные сцены, но боится собственной тени. В двадцать девять она знает о сексе всё — теоретически. Практически её касались только врачи. Пока случайное прикосновение в автобусе не пробуждает в ней голод, который она двадцать девять лет училась не замечать.
Теперь ей предстоит самое страшное: позволить себе хотеть. Не извиняясь. Не прячась. Не комплексуя...
Роман о том, как перестать быть правильной и начать быть желанной

— Да, мой муж едет в Китай.
— Отлично. По отелю в Шанхае тоже без изменений. И мне ещё нужно проверить данные второго туриста.
Нож остановился над половинкой луковицы.
Шанхай? Второй турист?
— Простите. Какого второго туриста?
В трубке застучали клавиши.
— Да, вижу. Андрей Сергеевич Дорофеев и Алина Максимовна Кравцова. Я думала, Андрей Сергеевич вам передал.
Несколько секунд я стояла с половинкой луковицы в руке.
Алину Кравцову я знала. Молодая девчонка из команды Андрея, лет двадцати пяти. Тёмные длинные волосы, тонкая, симпатичная.
— Ага. Я просто пытаюсь вспомнить, что Андрей говорил… Почему два разных номера нельзя было взять?
— С бронированием всё в порядке. Один двухместный номер на двоих, как и было указано в заявке.
Из глаз потекли слёзы. Только нож я уже давно держала неподвижно.
Один двухместный номер.

Кажется, у моего мужа была любовница.

Детский дом научил, что надо брать от жизни всё. Здесь и сейчас. И когда нашёлся какой-то сумасшедший, который взял меня под опеку, я решила, что вот он мой шанс, и теперь у меня будет всё, что я захочу. Поэтому, как только мне исполнилось восемнадцать, я напилась до потери сознания, переспала со своим одногруппником и пропала на две недели из дома.  
Единственный человек, который старается хоть как-то сдерживать мои безумства, это мой опекун. Взрослый, красивый, самодостаточный мужчина, от которого кружится голова, но он, кажется, даже не замечает, как я к нему отношусь. Именно ему мне хочется доказать, что я уже не ребёнок, а взрослая любящая девушка.