Читать и слушать книги
– Я не могу бросить жену прямо сейчас! Если я сегодня подам на развод, то всё наше имущество поделят. А я не хочу, чтобы её доля осталась при ней, – из-за двери доносится голос моего мужа.
– Я устала ждать! Другой бы на твоём месте уже давно оставил клушу без денег и вышвырнул на улицу, – голос моей лучшей подруги доносится до меня из-за двери.
– Я делаю всё возможное, и ты это прекрасно знаешь. Я нанял лучшего адвоката в городе. Её половина бизнеса перейдёт ко мне.
– Мне рожать через несколько месяцев, а ты до сих пор с женой разобраться не можешь!
– К рождению нашего малыша я буду свободен. Обещаю! – отвечает мой муж.
– И с бизнесом! – добавляет мерзавка.
Мне хочется рыдать, но я не буду. Я не буду биться в истериках и убиваться из-за предателя.
Мерзавцы решили забрать у меня мою законную половину? Не получится! Предупреждён – значит вооружён! Держись, милый, посадка будет очень жёсткой!
– Я устала ждать! Другой бы на твоём месте уже давно оставил клушу без денег и вышвырнул на улицу, – голос моей лучшей подруги доносится до меня из-за двери.
– Я делаю всё возможное, и ты это прекрасно знаешь. Я нанял лучшего адвоката в городе. Её половина бизнеса перейдёт ко мне.
– Мне рожать через несколько месяцев, а ты до сих пор с женой разобраться не можешь!
– К рождению нашего малыша я буду свободен. Обещаю! – отвечает мой муж.
– И с бизнесом! – добавляет мерзавка.
Мне хочется рыдать, но я не буду. Я не буду биться в истериках и убиваться из-за предателя.
Мерзавцы решили забрать у меня мою законную половину? Не получится! Предупреждён – значит вооружён! Держись, милый, посадка будет очень жёсткой!
- Посмотри,- с азартным огоньком в глазах говорит Рита,- видишь двух шикарных мужиков за тем столиком? Это мой муж и мой любовник. Вот так надо, Галь,- подмигивает мне лукаво приятельница.
- Странно,- откинулась я на стуле, переведя взгляд с двух мужчин за тем самым пресловутым столом на Риту,- потому что это как раз мой муж и мой любовник...
Она цепенеет. Глаза сужаются, а на лбу проступает морщинка, даже несмотря на ботоксную атрофию всех мышц.
- То есть ты и мой муж.... - ее голос дрожит от уязвленности и неожиданности.
- То есть ты и мой муж..! - отвечаю ей хладнокровно.
О том, что мой благоверный завел себе любовницу, я случайно узнала на 8 марта.
Гнев, отрицание, торг. Принятие? Никогда! Не смогу!
Я уйду, но перед тем, как уйти- отомщу, чтобы не чувствовать себя так глупо и униженно!
Они помогли мне «ярко» отметить 8 марта, а я им- День дурака!
- Странно,- откинулась я на стуле, переведя взгляд с двух мужчин за тем самым пресловутым столом на Риту,- потому что это как раз мой муж и мой любовник...
Она цепенеет. Глаза сужаются, а на лбу проступает морщинка, даже несмотря на ботоксную атрофию всех мышц.
- То есть ты и мой муж.... - ее голос дрожит от уязвленности и неожиданности.
- То есть ты и мой муж..! - отвечаю ей хладнокровно.
О том, что мой благоверный завел себе любовницу, я случайно узнала на 8 марта.
Гнев, отрицание, торг. Принятие? Никогда! Не смогу!
Я уйду, но перед тем, как уйти- отомщу, чтобы не чувствовать себя так глупо и униженно!
Они помогли мне «ярко» отметить 8 марта, а я им- День дурака!
ОДНОТОМНИК!
Знакомство с разведенными родителями моего жениха привело к совершенно не тому результату, которого я ожидала.
- Ты любишь моего сына? - тут же в лоб спросил Итан.
- Конечно, люблю, - без капельки сомнения ответила я мужчине.
- И на что ты готова пойти ради этой любви? - как-то подозрительно спросил меня он.
- В смысле?
- Раз ты хочешь за моего сына так замуж, то нужно заплатить, Регина! - он ухмыльнулся и как-то пошло посмотрел на меня. - Такое передвижение по статусу дорогого стоит! - его взгляд остановился на вырезе моей майки.
- Что конкретно вы мне предлагаете, Итан Валерьевич? - выделив его полное имя, уточнила я.
- Ты выйдешь за моего сына замуж, но будешь подчиняться мне.
- И что это значит?
Под столом он положил свою широкую ладонь на мое голое бедро. Я аж дёрнулась от неожиданного прикосновения.
- Ты будешь моей! - нагло заключил он, чтобы было мне понятнее.
Очень горячо и эмоционально
Властный, но очень крутой мужик
Знакомство с разведенными родителями моего жениха привело к совершенно не тому результату, которого я ожидала.
- Ты любишь моего сына? - тут же в лоб спросил Итан.
- Конечно, люблю, - без капельки сомнения ответила я мужчине.
- И на что ты готова пойти ради этой любви? - как-то подозрительно спросил меня он.
- В смысле?
- Раз ты хочешь за моего сына так замуж, то нужно заплатить, Регина! - он ухмыльнулся и как-то пошло посмотрел на меня. - Такое передвижение по статусу дорогого стоит! - его взгляд остановился на вырезе моей майки.
- Что конкретно вы мне предлагаете, Итан Валерьевич? - выделив его полное имя, уточнила я.
- Ты выйдешь за моего сына замуж, но будешь подчиняться мне.
- И что это значит?
Под столом он положил свою широкую ладонь на мое голое бедро. Я аж дёрнулась от неожиданного прикосновения.
- Ты будешь моей! - нагло заключил он, чтобы было мне понятнее.
Очень горячо и эмоционально
Властный, но очень крутой мужик
Я не сразу понимаю, что именно вижу. На моем диване — на том самом, где я иногда дремлю, если работаю всю ночь, — лежит девушка.
Молодая. Распущенные волосы, длинные ноги, бюст непропорционально большой, дешевый силикон. Вокруг зажженные свечи.
Она оборачивается — и мы встречаемся взглядами. Секретарша моего мужа. Ира, или как там ее. Девка дергается, натягивает плед на себя и лепечет:
— Простите. Я… я думала, вас не будет.
Я не слушаю. Просто стою и смотрю. На девицу, на свечи, на расставленные бокалы, на мои кисти в банке, рядом с которыми... произошло ЭТО. Господи. В моей мастерской!
Молодая. Распущенные волосы, длинные ноги, бюст непропорционально большой, дешевый силикон. Вокруг зажженные свечи.
Она оборачивается — и мы встречаемся взглядами. Секретарша моего мужа. Ира, или как там ее. Девка дергается, натягивает плед на себя и лепечет:
— Простите. Я… я думала, вас не будет.
Я не слушаю. Просто стою и смотрю. На девицу, на свечи, на расставленные бокалы, на мои кисти в банке, рядом с которыми... произошло ЭТО. Господи. В моей мастерской!
– Ты ничего не скажешь моей невесте, – чеканит мужчина, прижав меня к себе.
Рефлекторно зажмуриваюсь и хочу схватиться за живот. Прикрыть свою дочку от него. Но боюсь, что он увидит, всё поймёт.
Нельзя!
Мы провели одну случайную ночь. Ничего не знали друг о друге. И вот, спустя семь месяцев, он приходит в салон со своей беременной невестой и требует, чтобы я держала язык за зубами.
А я…
– Не собиралась, – выплёвываю ему прямо в лицо. – Ничего ей рассказывать.
И ему о его ребёнке. Зачем? В скором будущем у него появится свой. Ещё один…
А мы с тобой, доченька, справимся сами.
Рефлекторно зажмуриваюсь и хочу схватиться за живот. Прикрыть свою дочку от него. Но боюсь, что он увидит, всё поймёт.
Нельзя!
Мы провели одну случайную ночь. Ничего не знали друг о друге. И вот, спустя семь месяцев, он приходит в салон со своей беременной невестой и требует, чтобы я держала язык за зубами.
А я…
– Не собиралась, – выплёвываю ему прямо в лицо. – Ничего ей рассказывать.
И ему о его ребёнке. Зачем? В скором будущем у него появится свой. Ещё один…
А мы с тобой, доченька, справимся сами.
«Дорогая, не жди меня…»
Сколько раз за последние пару месяцев я слышала эту фразу? И не счесть…
Но сегодня она прозвучала из уст моей лучшей подруги, пусть и немного в другом формате:
- Ань, не жди сегодня Стаса домой, - проговорила она в трубку скучающе-лениво.
К этому моменту я вся уже извелась, потому что на часах было почти три утра.
- Что случилось? - выдавила в ответ, не веря в то, что было очевидным.
- Ничего необычного. Мы с твоим мужем теперь будем жить вместе.
Она положила трубку, а я покачнулась, хватаясь за стену.
Наши дети выросли, хотя нам со Стасом было едва за сорок. Впереди - море планов на жизнь, в которой мы всегда будем поддержкой друг другу.
И все это рухнуло, когда муж в очередной раз сказал:
«Дорогая, не жди меня…»
И ушел к моей лучшей подруге.
Сколько раз за последние пару месяцев я слышала эту фразу? И не счесть…
Но сегодня она прозвучала из уст моей лучшей подруги, пусть и немного в другом формате:
- Ань, не жди сегодня Стаса домой, - проговорила она в трубку скучающе-лениво.
К этому моменту я вся уже извелась, потому что на часах было почти три утра.
- Что случилось? - выдавила в ответ, не веря в то, что было очевидным.
- Ничего необычного. Мы с твоим мужем теперь будем жить вместе.
Она положила трубку, а я покачнулась, хватаясь за стену.
Наши дети выросли, хотя нам со Стасом было едва за сорок. Впереди - море планов на жизнь, в которой мы всегда будем поддержкой друг другу.
И все это рухнуло, когда муж в очередной раз сказал:
«Дорогая, не жди меня…»
И ушел к моей лучшей подруге.
— Ну любимый, ну почему я должна это терпеть? Ты знаешь, как мне тяжело. Я вся на нервах. Мне обидно, что ты не хочешь быть со мной по-настоящему.
Пауза.
И голос Саввы — хрипловатый, сухой, почти усталый:
— Потому что ты станешь женой Матвея, Ира. И так будет правильно. Потому что я не потеряю статус, не потеряю бизнес, не потеряю лицо.
Потому что мне не нужен развод, ясно? И потому что этот ребёнок — ничего не меняет. Ты знала это с самого начала.
Я прижалась к стене.
Холод пошёл по спине.
Губы онемели, дрогнули, как будто хотела выдохнуть, закричать, выругаться — но я не издала ни звука.
Я просто стояла.
Всё встало на свои места — но легче не стало. Яд, что наконец обрел форму.
Пауза.
И голос Саввы — хрипловатый, сухой, почти усталый:
— Потому что ты станешь женой Матвея, Ира. И так будет правильно. Потому что я не потеряю статус, не потеряю бизнес, не потеряю лицо.
Потому что мне не нужен развод, ясно? И потому что этот ребёнок — ничего не меняет. Ты знала это с самого начала.
Я прижалась к стене.
Холод пошёл по спине.
Губы онемели, дрогнули, как будто хотела выдохнуть, закричать, выругаться — но я не издала ни звука.
Я просто стояла.
Всё встало на свои места — но легче не стало. Яд, что наконец обрел форму.
– Эта девка не от меня беременна! Я сделаю ДНК-тест. Не мой это ребенок! - рычит муж, пойманный с поличным.
- Ты мне изменил! Предал! Как ты мог, Сергей?! Как ты мог? Сказал бы, что уходишь к молодой! Что детей хочешь! Что бесплодная сорокалетняя жена тебе не нужна! Сказал бы честно, в конце концов!
– Ты. Моя. Жена. На этом точка.
– Не буду я этого терпеть, понял, Королев?! На развод подам!
– Только попробуй, – подрывается муж и буквально вдавливает меня в стену, – развода не будет!
Смотрю в глаза мужа и улыбаюсь сквозь слезы:
- Ошибаешься, дорогой мой. Без штанов тебя оставлю! Предательства этого не прощу!
Толкаю Сергея, и в этот самый момент тест на беременность падает на пол, привлекая взгляд моего мужа, который в шоке спрашивает:
– Это что?!
- Ты мне изменил! Предал! Как ты мог, Сергей?! Как ты мог? Сказал бы, что уходишь к молодой! Что детей хочешь! Что бесплодная сорокалетняя жена тебе не нужна! Сказал бы честно, в конце концов!
– Ты. Моя. Жена. На этом точка.
– Не буду я этого терпеть, понял, Королев?! На развод подам!
– Только попробуй, – подрывается муж и буквально вдавливает меня в стену, – развода не будет!
Смотрю в глаза мужа и улыбаюсь сквозь слезы:
- Ошибаешься, дорогой мой. Без штанов тебя оставлю! Предательства этого не прощу!
Толкаю Сергея, и в этот самый момент тест на беременность падает на пол, привлекая взгляд моего мужа, который в шоке спрашивает:
– Это что?!
Главарь объяснял, как правильно и порядочно возвращать долги вовремя, а его два подручных подтверждали его слова, сжимая кулаки.
— Пусть продает квартиру и отдаёт нам деньги — сказал Лютер, напрягая свой лоб.
— Я не знаю где он, — оправдалась родственница. А если бы знала, то, наверное, не сказала бы ему, где-то в глубине, внутри, она всё ещё любила папу и надеялась, что он изменится.
— Звоните, ищите, решайте вопрос, деньги должны быть через три дня — сказал лысый и все трое мужчин покинули нашу квартиру.
Мама заливисто покраснела от стресса и начала всхлипывать, глядя в окно, как они уезжали.
— Пусть продает квартиру и отдаёт нам деньги — сказал Лютер, напрягая свой лоб.
— Я не знаю где он, — оправдалась родственница. А если бы знала, то, наверное, не сказала бы ему, где-то в глубине, внутри, она всё ещё любила папу и надеялась, что он изменится.
— Звоните, ищите, решайте вопрос, деньги должны быть через три дня — сказал лысый и все трое мужчин покинули нашу квартиру.
Мама заливисто покраснела от стресса и начала всхлипывать, глядя в окно, как они уезжали.
— Лера, ты что, следишь за мной? — грубо бросает муж.
— Ты сейчас серьезно? — произношу изумленно. — Ни “извини”, ни “это не то, о чем ты подумала”. Никакого раскаяния, что я увидела тебя с другой?! Зато обвинить меня в слежке — пожалуйста.
— Успокойся и езжай домой, — Егор пытается взять меня за руку, не позволяю. — Мы обо всем поговорим позже. Ты же хорошая девочка и поймешь меня.
— Если я хорошая девочка, то думаешь, я прощу тебе измену? — говорю тихо. — Сколько… сколько раз ты с ней уже спал? — киваю в сторону любовницы мужа.
— Тебя это не касается, — тон Егора меняется, становится циничным, жестким. — Я тебе что сказал? Ты сейчас же едешь домой и ждешь меня там, пока я здесь… доделаю дела. А уже после ты выслушаешь меня и поймешь, как была неправа. Потом еще сама извиняться будешь.
— Ты сейчас серьезно? — произношу изумленно. — Ни “извини”, ни “это не то, о чем ты подумала”. Никакого раскаяния, что я увидела тебя с другой?! Зато обвинить меня в слежке — пожалуйста.
— Успокойся и езжай домой, — Егор пытается взять меня за руку, не позволяю. — Мы обо всем поговорим позже. Ты же хорошая девочка и поймешь меня.
— Если я хорошая девочка, то думаешь, я прощу тебе измену? — говорю тихо. — Сколько… сколько раз ты с ней уже спал? — киваю в сторону любовницы мужа.
— Тебя это не касается, — тон Егора меняется, становится циничным, жестким. — Я тебе что сказал? Ты сейчас же едешь домой и ждешь меня там, пока я здесь… доделаю дела. А уже после ты выслушаешь меня и поймешь, как была неправа. Потом еще сама извиняться будешь.
Выберите полку для книги