Читать и слушать книги
— Али… Алихан? — вырывается у меня, и я замираю с тряпкой в руке.
Я ведь уборщица в военном санатории, куда, по всей видимости, приехал лечиться после ранения мой изменник-муж?
Пока ещё муж…
Он стоит на костылях, похудевший, осунувшийся, но не выглядит калекой… или травмированным.
И взгляд у него, как прежде, глубокий, тёмный, тяжёлый. Он смотрит на меня, вскидывая удивлённо брови. И с моих глаз перемещается ниже.
Прямо на мой живот.
Богом клянусь, я чувствую, прям слышу, как он мысленно ведёт подсчёт месяцам.
— Что ты тут делаешь? — говорю я.
— Василиса? — голос у него низкий и хриплый. — А что ты тут делаешь?.. Ещё и беременная?
Я ведь уборщица в военном санатории, куда, по всей видимости, приехал лечиться после ранения мой изменник-муж?
Пока ещё муж…
Он стоит на костылях, похудевший, осунувшийся, но не выглядит калекой… или травмированным.
И взгляд у него, как прежде, глубокий, тёмный, тяжёлый. Он смотрит на меня, вскидывая удивлённо брови. И с моих глаз перемещается ниже.
Прямо на мой живот.
Богом клянусь, я чувствую, прям слышу, как он мысленно ведёт подсчёт месяцам.
— Что ты тут делаешь? — говорю я.
— Василиса? — голос у него низкий и хриплый. — А что ты тут делаешь?.. Ещё и беременная?
- И представь себе, она решила стареть, как стареется! Безо всяких уколов и операций.
- Ну и дура. От такой бежать надо, теряя тапки.
- Что я и сделаю. Старая жена идёт вон, а молодая уже ждёт, когда поведу под венец.
Этот разговор стал откровением для меня, той самой старой жены.
Мне сорок пять, я действительно старею безо всяких уколов.
И мой организм, видимо, решил, что я ещё смогу выносить и родить ребёнка.
Так что старая жена идёт, но не вон, как считает мой муж. А в суд, чтобы испортить жизнь предателю.
И победа будет за мной.
- Ну и дура. От такой бежать надо, теряя тапки.
- Что я и сделаю. Старая жена идёт вон, а молодая уже ждёт, когда поведу под венец.
Этот разговор стал откровением для меня, той самой старой жены.
Мне сорок пять, я действительно старею безо всяких уколов.
И мой организм, видимо, решил, что я ещё смогу выносить и родить ребёнка.
Так что старая жена идёт, но не вон, как считает мой муж. А в суд, чтобы испортить жизнь предателю.
И победа будет за мной.
Неподалёку слышались голоса. Похоже, какая-то парочка выбирала керамическую плитку для своего любовного гнездышка…
- Хочу вот эту, - капризно протянул женский голос.
- Ты же знаешь, для тебя и нашего дома – все, что угодно, - ответил ей мужской.
А у меня все внутри похолодело. Приглядевшись сквозь щели в полках стеллажа, я убедилась в том, что мне не померещилось…
Это был мой муж. Он по-хозяйки обнимал за талию ту, что была его любовницей. И он… купил ей дом.
Сделал для нее то, что так давно обещал мне!
Всё началось с того, что моя четырёхлетняя дочь на занятиях в садике изобразила голых мужчину и женщину. А некоторое время спустя в магазине строительных материалов я встретила мужа и его помощницу, с которой они вместе выбирали плитку для нового дома…
И все встало на свои места: Лёша изменял мне, а наша маленькая дочь это видела…
- Хочу вот эту, - капризно протянул женский голос.
- Ты же знаешь, для тебя и нашего дома – все, что угодно, - ответил ей мужской.
А у меня все внутри похолодело. Приглядевшись сквозь щели в полках стеллажа, я убедилась в том, что мне не померещилось…
Это был мой муж. Он по-хозяйки обнимал за талию ту, что была его любовницей. И он… купил ей дом.
Сделал для нее то, что так давно обещал мне!
Всё началось с того, что моя четырёхлетняя дочь на занятиях в садике изобразила голых мужчину и женщину. А некоторое время спустя в магазине строительных материалов я встретила мужа и его помощницу, с которой они вместе выбирали плитку для нового дома…
И все встало на свои места: Лёша изменял мне, а наша маленькая дочь это видела…
ЭКСЛЮЗИВНО НА ЛИТМАРКЕТ
— Если будет ещё один выкидыш, я просто заведу наследника с другой женщиной! — рыкнул мой муж несколько лет назад.
Никогда бы не поверила, что это случится, если бы сейчас не стояла и не смотрела на девушку в моей сорочке, в моем доме, в моем... браке.
— А вы кто? — тихо спросила я.
— А ты разве не поняла? — усмехнулась она и подняла на руки двухгодовалого малыша. — Я та, кто подарила твоему мужу настоящую семью.
Этого не могло быть, ведь мы… ведь я…
Я была беременна и всего лишь хотела сделать сюрприз мужу…
— Если будет ещё один выкидыш, я просто заведу наследника с другой женщиной! — рыкнул мой муж несколько лет назад.
Никогда бы не поверила, что это случится, если бы сейчас не стояла и не смотрела на девушку в моей сорочке, в моем доме, в моем... браке.
— А вы кто? — тихо спросила я.
— А ты разве не поняла? — усмехнулась она и подняла на руки двухгодовалого малыша. — Я та, кто подарила твоему мужу настоящую семью.
Этого не могло быть, ведь мы… ведь я…
Я была беременна и всего лишь хотела сделать сюрприз мужу…
ЭКСКЛЮЗИВНО НА ЛИТМАРКЕТ
— Ты хочешь, чтобы в нашей постели был кто-то третий? — спросила я заледеневшими губами.
— Это нормальная практика пригласить еще одну женщину…— лениво отозвался муж, разрывая мне сердце в клочья.
— Что? Как ты можешь?
— Я просто могу и хочу это сделать. Прими наконец-то, что я хочу других!
— А как же наш брак?
— Пришло время что-то менять в нем, — муж встал и провел пальцами мне по щеке.
— Например жену? — с горечью спросила я.
— Ты хочешь, чтобы в нашей постели был кто-то третий? — спросила я заледеневшими губами.
— Это нормальная практика пригласить еще одну женщину…— лениво отозвался муж, разрывая мне сердце в клочья.
— Что? Как ты можешь?
— Я просто могу и хочу это сделать. Прими наконец-то, что я хочу других!
— А как же наш брак?
— Пришло время что-то менять в нем, — муж встал и провел пальцами мне по щеке.
— Например жену? — с горечью спросила я.
В один день я потеряла ребенка, которого носила под сердцем, и мужа. Все потому, что оказалась в одной палате с его беременной любовницей. Она любезно просветила меня о том, что наш брак, не больше чем фарс, а я всего лишь старая страшная корова, не способная подарить мужу долгожданного наследника.
В этот день я едва не умерла от горя. Но в место того, чтобы сдаться, сложить лапки и позволить жизни утянуть на дно, решила бороться. Склеить себя по кусочкам. Начать все с начала. И непременно родить. Не для мужа, а для себя. Кто бы мог подумать, что выбранный мной донорский материал принадлежит моему новому боссу? Главному акционеру сети клиник, меценату и миллиардеру в одном лице.
В этот день началась моя новая жизнь
В этот день я едва не умерла от горя. Но в место того, чтобы сдаться, сложить лапки и позволить жизни утянуть на дно, решила бороться. Склеить себя по кусочкам. Начать все с начала. И непременно родить. Не для мужа, а для себя. Кто бы мог подумать, что выбранный мной донорский материал принадлежит моему новому боссу? Главному акционеру сети клиник, меценату и миллиардеру в одном лице.
В этот день началась моя новая жизнь
– Мы с тобой в разводе, Борь! Ты не имеешь никакого права мне что-то предъявлять!
– Таня! Прекрати перегибать палку! Ты мне с сыном общаться не даешь!
– Я не даю?!
– Да! Ты! Именно ты!
– Может, просто он тебе простить не может то, что в кабинете видел?! – отвечаю с горечью, вспоминая тот ужас, который мы видели с моим мальчиком!
Дергаюсь, чтобы уйти в сторону, но в этот момент бывший муж резко тянет меня за локоть, и моя сумка падает на пол, а из нее, к моему ужасу, вылетает бумага от врача.
Муж опускает взгляд и медленно поднимает снимок УЗИ:
– Не понял. Это что?! Ты что, беременна?!
– Таня! Прекрати перегибать палку! Ты мне с сыном общаться не даешь!
– Я не даю?!
– Да! Ты! Именно ты!
– Может, просто он тебе простить не может то, что в кабинете видел?! – отвечаю с горечью, вспоминая тот ужас, который мы видели с моим мальчиком!
Дергаюсь, чтобы уйти в сторону, но в этот момент бывший муж резко тянет меня за локоть, и моя сумка падает на пол, а из нее, к моему ужасу, вылетает бумага от врача.
Муж опускает взгляд и медленно поднимает снимок УЗИ:
– Не понял. Это что?! Ты что, беременна?!
Я стала его женой, чтобы он мог оформить опеку над племянником.
Но я не справилась со своей ролью.
Слишком скованная. Слишком… настоящая.
Нас почти раскусили, и тогда он сказал, что притворства больше не будет.
Теперь нам придется доказать, что мы — семья.
Есть только один беспроигрышный вариант.
Он станет моим первым мужчиной, а цена этой сделки окажется выше, чем я могла представить.
Но я не справилась со своей ролью.
Слишком скованная. Слишком… настоящая.
Нас почти раскусили, и тогда он сказал, что притворства больше не будет.
Теперь нам придется доказать, что мы — семья.
Есть только один беспроигрышный вариант.
Он станет моим первым мужчиной, а цена этой сделки окажется выше, чем я могла представить.
— Регина, ты хочешь выпустить пар? Может лучше на надо? — начинает Родион, но я перебиваю.
— Как давно ты крутишь шашни с Наташей?
— У меня с ней ничего нет... — шепчет он
— Врёшь! Это не первая записка! — кричу, швыряя клочок бумаги.
— Регина, все не так... — роняет голову муж.
— Я видела, как она закрывает жалюзи в твоём кабинете. Ты улыбался ей! — голос дрожит от обиды
— Наташа сама тянется... — пытается объяснить он, но я снова не даю.
— А ты поддаёшься! Уходи. Я больше не люблю тебя. — цежу сквозь зубы.
— Регина, колье... — тихо говорит муж протягивая коробку.
— Подаришь ей! — слезы подступают с новой силой.
Дверь хлопает. Я падаю на пол, содрогаясь в рыданиях. Лучше бы я умерла тогда...
— Как давно ты крутишь шашни с Наташей?
— У меня с ней ничего нет... — шепчет он
— Врёшь! Это не первая записка! — кричу, швыряя клочок бумаги.
— Регина, все не так... — роняет голову муж.
— Я видела, как она закрывает жалюзи в твоём кабинете. Ты улыбался ей! — голос дрожит от обиды
— Наташа сама тянется... — пытается объяснить он, но я снова не даю.
— А ты поддаёшься! Уходи. Я больше не люблю тебя. — цежу сквозь зубы.
— Регина, колье... — тихо говорит муж протягивая коробку.
— Подаришь ей! — слезы подступают с новой силой.
Дверь хлопает. Я падаю на пол, содрогаясь в рыданиях. Лучше бы я умерла тогда...
Они встретились через 3,5 года после насмешки на роман, который между ними был.
Тогда он не сумел понять, что она ему нужна. А, может, просто не успел. Слишком мало времени, слишком много ошибок.
Сможет ли она простить? Есть ли до сих пор у неё к нему чувства? А что, если он катастрофически опоздал?!
Сильный зрелый мужчина с размеренным устоем жизни, и вменяемая героиня, не вписывающаяся в привычный шаблон его понимания женщин.
Тогда он не сумел понять, что она ему нужна. А, может, просто не успел. Слишком мало времени, слишком много ошибок.
Сможет ли она простить? Есть ли до сих пор у неё к нему чувства? А что, если он катастрофически опоздал?!
Сильный зрелый мужчина с размеренным устоем жизни, и вменяемая героиня, не вписывающаяся в привычный шаблон его понимания женщин.
Выберите полку для книги