Читать и слушать книги

— Влад. — Поворачиваюсь к нему снова. — Там, во время пожара... Ты сказал тебе нужно спасти дочь…

Он замирает.

Пальцы, которые до этого нервно теребили край рубашки, застывают неподвижно.

— Влад, — повторяю, и голос у меня начинает дрожать. — Что ты имел в виду? Какая дочь?

Он молчит долго, так долго, что тишина между нами становится густой, вязкой, невыносимой. Потом поднимает на меня глаза, и в них нет ни капли того тепла, что было раньше, только тяжёлая, свинцовая усталость человека, который вот-вот скажет что-то непоправимое.

— Лиза, — начинает он глухо, — нам нужно поговорить.

Я иду через тёмный зал нашего ресторана, мимо пустых столов.
Дверь в кабинет приоткрыта.
Я толкаю её рукой, уже открывая рот, чтобы сказать «привет, я быстро, только тетрадь заберу», и слова застревают где-то в горле, потому что то, что я вижу, не укладывается в голове сразу.
Кристина сидит на краю его стола. Олег стоит рядом, его губы – на её шее...
Секунда. Может, две. Время застывает.
Кристина видит меня первой. Её глаза расширяются, она отталкивает Олега так резко, что он чуть не падает, оборачивается – и я вижу его лицо.
– Вера, – говорит он, и голос у него дрожит, – Вера, это не то, что ты думаешь...
Смешно. Правда смешно. Как будто есть другое объяснение тому, что я вижу.
Я смотрю на его лицо и понимаю, что не хочу слышать никаких объяснений.

Бандит грубо затолкал меня в ванную комнату.
- Смой эту липкую дрянь, - сказал Морозов, встав напротив душевой кабины.
- Т-т-т-ты не уйдешь? – Спросила, чувствуя, как меня опять начинает бить дрожь. Щеки заливала краска стыда.
- Нет, Алиса. Я слишком долго тебя не видел и теперь не собираюсь лишать себя удовольствия любоваться твоим телом.
Он окинул меня ледяным взглядом.
- Принимай душ, зайчонок, а после поговорим о твоем новом положении в моем доме. Оно изменится, - взгляд Морозова стал тяжелым и грозным, - я больше не дам тебе поблажек.
- Будто они у меня были, - ответила, приготовившись к взрыву ярости.
- Алиса, если ты забыла твоя жизнь и судьба в моих руках, не вынуждай меня напомнить о том, почему это произошло, чем ты мне обязана и что обещала за защиту, но не исполнила уговор и сбежала. Ступай в душ или я прикажу своим людям вымыть тебя силой.

«Соблазни его. Подчини. Влюби в себя — а потом сломай.»

Я согласилась. У меня не было выбора: жизнь моего отца — в руках человека, который отдал этот приказ. Цена отказа — тюрьма.

Марк Громов. Талантливый хирург, сбежавший от собственного отца в провинцию. Дерзкий, закрытый, невыносимый. Я знаю про него всё — даже то, что запах ванили возвращает его к матери, которую он потерял.

Я пришла, чтобы его уничтожить.
Я не планировала влюбиться.

Говорят, от ненависти до любви один шаг.
Никто не говорит, как далеко идти обратно.

– Опять ты, – цедит он сквозь зубы, пристально глядя мне в глаза, – Неужели ты забыла, о чём я тебя предупреждал?
В моей груди разрастается липкое чувство страха. Как в тот раз…
Пять лет назад, за месяц до нашей свадьбы, Руслан попал в аварию, которая расколола нашу жизнь на «до» и «после». Я сбежала от него в северную столицу. Сбежала, потому что боялась за себя и нашего нерождённого ребёнка.
Но как быть, если судьба вновь столкнула нас лицом к лицу и обязала снова работать в одном отделении? И что он сделает, если узнает о нашей дочери?

— Мама! — заикаясь, выдохнула Яна. — Что ты здесь делаешь? Почему ты так рано пришла?!
Я нахмурилась, внимательно разглядывая дочь.
Как вдруг за стенкой раздался женский стон.
Яна мгновенно отпустила мою руку и закрыла лицо ладонями.
— Мама, прости! Ты не должна была узнать! Давай сделаем вид, что тебя не было дома, что ты ещё на работе! Зачем ты только пришла так рано?! Ты же всё испортила!
— О чём ты говоришь? Что ты имеешь в виду?!
И тут раздался новый звук.
Хриплый, мужской, который я узнала бы из тысячи…
Весь мир сузился до одной единственной мысли: что происходит в нашей спальне?
— Стой! Не ходи туда! Я не хочу, чтобы ты это видела!
Но рука сама повернула ручку, и дверь распахнулась.
На нашей постели извивалась длинноволосая стройная девушка.
А под ней, тоже обнажённый, лежал Александр.
Мой муж.
— Ой, — криво усмехнулась она. — Как неловко получилось…

- Тон убавь! - резко отвечаю на выпад Дениса. - Это ты меня предал, а не я - тебя. Я бы ещё смогла понять, если бы ты встретил эту свою блондинку: и сразу сказал мне. Но ты жил на две семьи года три, не меньше, а то и больше! Ты отнял у меня три года! Время, за которое я надеялась, что забеременею и мы будем счастливее, чем когда либо...
Денис хочет ответить, но я не даю сделать это.
Говорю - хрипло, взволнованно, но - с безграничной твёрдостью.
- Я ещё не закончила! Я отомщу за предательство! И ты пожалеешь о том, что сделал! Безумно пожалеешь, даю слово!

Мир Артёма — это мир денег, скуки и вседозволенности. На вечеринке в ночном клубе он отчитывается перед отцом по телефону и терпит присутствие нелюбимой невесты. Чтобы развеять предсвадебную тоску, друзья подбивают его на жестокий спор: он должен влюбить в себя нового строгого преподавателя, которую за глаза называют «синим чулком».
Используя своё положение и деньги, Артём вторгается в жизнь Вероники, предлагая сделку, от которой она не может отказаться. Их «индивидуальные занятия» превращаются в столкновение цинизма и идеалов, расчёта и красоты. Чем ближе Артём узнаёт эту сильную, но ранимую женщину, тем яснее понимает, что пешка в чужой игре. Однако правда, сказанная не вовремя и не тем человеком, способна разрушить всё, едва начавшее зарождаться чувство. Столкнутся ли два столь разных мира или так и останутся по разные стороны баррикад?

Я делаю шаг к гостиной, где стоит мой рояль, мой старый верный друг, доставшийся мне от мамы, — и мир останавливается.
За роялем Кристина, моя ученица. Она сидит совершенно голая, а рядом стоит мой муж с камерой в руках.
Я успеваю закрыть сыну глаза ладонью прежде, чем он понимает, что происходит, и прошу его уйти в детскую.
— Света, — говорит вдруг мой муж, и в голосе нет ни капли раскаяния, ни тени стыда. — Давай без скандалов? Если ты настолько глупа, чтобы не понять, что это искусство, мне тебя очень жаль.
У меня хватает сил, чтобы сглотнуть ком в горле и спросить:
- Ты спал с ней?
Ответ мне уже очевиден, но я хочу услышать это от супруга.
— Естественно! – заявляет он, не чувствуя ни грамма вины. – Она даёт мне то, что ты никогда не могла дать. Я надеюсь, ты не станешь мешать нашему с ней счастью? Её отец обещал помочь с выставкой, и это мой шанс. Ты же понимаешь.
— Конечно, понимаю.

— Я просил руки твоей дочери, — голос Казбека вибрирует от злости. — А ты даёшь мне… эту!
Горячий взгляд кавказца проходится по моей пышной фигуре.
Приёмный отец не моргнул глазом:
— Я растил её, как родную.
Показывает рукой на меня.
— Она здоровая, работящая! Посмотри на эти широкие бёдра. Она родит тебе семерых сыновей. Неужели ты оскорбишь меня отказом?
Обстановка накалена до предела. Отказаться — нажить себе врагов!
Казбек медленно кивает.
— Забираю.
***
Меня насильно выдали замуж. Суровый муж ждёт от меня только одного - наследника.
Но я не сломаюсь.
Даже если от ненависти до любви и обратно - всего один шаг!