Книги в жанре «Современный любовный роман»
— Поднимите рубашку, — сказал он.
Она вжалась в подушки. — Что?
— Мне нужно оценить состояние гематом на ребрах. Визуально и пальпаторно. Это – стандартная процедура. — В его голосе не было ни намёка на смущение или что-то иное, кроме профессионального интереса. Он ждал.
Её лицо залила волна жара — не стыда, а оглушающего, животного унижения. Оно поднялось из глубины живота, сжало горло горячим, непроглоченным комом, перекрыло воздух. Протестовать? Мысль мелькнула и рассыпалась, как щепка о бетон. Какими словами? Каким правом? Она лежала в его кровати, закутанная в его ткань, сломанная его машиной. Её тело, её уязвимость, её страх — всё было выставлено на холодный свет этого безликого пространства и взвешено. Она была не пациенткой. Она была объектом. Объектом его профессионального внимания и безусловной власти.
Она вжалась в подушки. — Что?
— Мне нужно оценить состояние гематом на ребрах. Визуально и пальпаторно. Это – стандартная процедура. — В его голосе не было ни намёка на смущение или что-то иное, кроме профессионального интереса. Он ждал.
Её лицо залила волна жара — не стыда, а оглушающего, животного унижения. Оно поднялось из глубины живота, сжало горло горячим, непроглоченным комом, перекрыло воздух. Протестовать? Мысль мелькнула и рассыпалась, как щепка о бетон. Какими словами? Каким правом? Она лежала в его кровати, закутанная в его ткань, сломанная его машиной. Её тело, её уязвимость, её страх — всё было выставлено на холодный свет этого безликого пространства и взвешено. Она была не пациенткой. Она была объектом. Объектом его профессионального внимания и безусловной власти.
PR менеджер Алёна Ковалева живёт по жёстким правилам: никаких звонков первой, никаких признаний на раннем этапе, только расчёт и контроль. Архитектор Кирилл Морозов — её полная противоположность: он верит в спонтанность, «химию» и импульсивные решения. Когда их заставляют работать вместе над городским проектом, начинается битва принципов. Это современный роман о том, как любовь ломает шаблоны и учит выбирать не правила, а человека.
Дмитрий - миллиардер. Он давно уже не верит в настоящую любовь. И считает, что женщинам нужны только его деньги. Ася - небогатая женщина, которая служит у него. Она не верит, что он может в нее влюбится. Однако между ними при первой же встрече вспыхивает страсть. Что они выберут: прятаться от любви или отдаться страсти и бороться за свою любовь?
Острые расследования Алёны рушили карьеры сильных мира сего. Но одна ошибка — запретный роман с женатым начальником — сделала мишенью её саму. Когда правда всплыла, он сдал её без раздумий, а его жена объявила войну на уничтожение. Теперь репутация Алёны — это поле боя, а её единственный щит — Кирилл Орлов, лучший адвокат города. Циничный, дорогой и презирающий её «глупый выбор». Чтобы выиграть это дело и спасти своё имя, двум самым упрямым людям придётся научиться доверять друг другу. От ненависти до любви — один шаг, но сделав его, можно потерять всё. Или обрести больше, чем победу в суде.
Дверь распахивается, и он врывается в прихожую, словно ураган.
– Ты, – выдыхает он, и его взгляд, пылающий, пронзает меня насквозь. – Ты сбежала.
Это не обвинение, а вопль израненного зверя.
– Ты сбежала, не дав мне ни слова сказать! Ни одного слова, Даша! Ты просто… исчезаешь!
Я отступаю назад, натыкаясь на вешалку. Горло сжимается.
– Мне было что сказать. Я оставила записку.
– Записку?! – Он смеется, коротко и горько. – «Поняла все. Не ищи». Это не объяснение! Это твой вывод на основании каких-то… каких-то глянцевых сплетен!
– Я видела фотографии, Хамад! Я читала текст! «Оживленные разговоры о будущем союзе»! «Вековые союзы»! Что я должна понять? Что ты везешь меня в Париж между примерками свадебного костюма? Это было так… пошло!
– Ты сложила обо мне мнение по картинке в журнале? – он подходит ко мне, и я чувствую жар, исходящий от него. – По намекам каких-то «источников»? Ты, которая видела меня настоящего? Ты, которая говорила о глубине и правде? Где твоя правда сейчас, Даш
– Ты, – выдыхает он, и его взгляд, пылающий, пронзает меня насквозь. – Ты сбежала.
Это не обвинение, а вопль израненного зверя.
– Ты сбежала, не дав мне ни слова сказать! Ни одного слова, Даша! Ты просто… исчезаешь!
Я отступаю назад, натыкаясь на вешалку. Горло сжимается.
– Мне было что сказать. Я оставила записку.
– Записку?! – Он смеется, коротко и горько. – «Поняла все. Не ищи». Это не объяснение! Это твой вывод на основании каких-то… каких-то глянцевых сплетен!
– Я видела фотографии, Хамад! Я читала текст! «Оживленные разговоры о будущем союзе»! «Вековые союзы»! Что я должна понять? Что ты везешь меня в Париж между примерками свадебного костюма? Это было так… пошло!
– Ты сложила обо мне мнение по картинке в журнале? – он подходит ко мне, и я чувствую жар, исходящий от него. – По намекам каких-то «источников»? Ты, которая видела меня настоящего? Ты, которая говорила о глубине и правде? Где твоя правда сейчас, Даш
Один удар. Именно столько понадобилось моему идеальному мужу, чтобы разрушить наш брак. Андрей Волков — светило нейрохирургии, «святой человек» для пациентов и тиран для собственной семьи. Он считал, что я никуда не денусь. Что я проглочу обиду, как делала это годами. Но когда он поднял руку на нашего сына, я выбрала путь в никуда. Теперь я на улице. Мои карты заблокированы, бизнес уничтожен, а муж угрожает отобрать ребенка, объявив меня сумасшедшей. У него — власть, деньги и связи. У меня — только отчаяние и… случайная встреча с мужчиной, который ненавидит таких, как мой бывший. Дмитрий не носит дорогие костюмы и не говорит красивых слов. Но когда весь мир против меня, именно он встает за моей спиной. Сможем ли мы выстоять против системы? И какую цену придется заплатить за свободу?
В тексте есть: #развод и девичья фамилия #властный бывший муж #адекватный герой-защитник #ребенок #очень эмоционально и больно #ХЭ (не с бывшим!)
В тексте есть: #развод и девичья фамилия #властный бывший муж #адекватный герой-защитник #ребенок #очень эмоционально и больно #ХЭ (не с бывшим!)
Любимая работа, любимый парень, лучшая подруга. Всё есть, и я счастлива... Но это счастье нарушает лучший друг моего парня, Тимур. По иронии судьбы, он еще и парень моей подруги.
Я не доверяю ему, боюсь, что он обидит мою Юльку. Только действительно ли причина нашей друг к другу ненависти в этом?
ЧЕРНОВИК! В ТЕКСТЕ ОШИБКИ! ТЕКСТ БЕЗ РЕДАКЦИИ!
Я не доверяю ему, боюсь, что он обидит мою Юльку. Только действительно ли причина нашей друг к другу ненависти в этом?
ЧЕРНОВИК! В ТЕКСТЕ ОШИБКИ! ТЕКСТ БЕЗ РЕДАКЦИИ!
- Рит, я занят, - холодно, раздражённо отрезает муж вместо приветствия.
- Но у меня ведь... - начинаю я, и голос ломается на полуслове. - Ясь, сегодня же мой...
- Рит, - перебивает он, и голос становится ещё злее. - Ты же знаешь, сорок лет не отмечают. В следующем году отметим как следует. - Бросает небрежно.
- Конечно дорогой – сбрасываю вызов и наблюдаю в окно ресторана, как мой муж и брюнетка, сидят за столиком, который я заказывала для себя еще месяц назад.
Снимаю кадр за кадром.
Потому что в голове уже начинает формироваться зародыш плана.
План моей мести предателю, который думает, что сорок лет не отмечают. Который думает, что его жена наивна и проста.
Но как же он ошибается…
- Но у меня ведь... - начинаю я, и голос ломается на полуслове. - Ясь, сегодня же мой...
- Рит, - перебивает он, и голос становится ещё злее. - Ты же знаешь, сорок лет не отмечают. В следующем году отметим как следует. - Бросает небрежно.
- Конечно дорогой – сбрасываю вызов и наблюдаю в окно ресторана, как мой муж и брюнетка, сидят за столиком, который я заказывала для себя еще месяц назад.
Снимаю кадр за кадром.
Потому что в голове уже начинает формироваться зародыш плана.
План моей мести предателю, который думает, что сорок лет не отмечают. Который думает, что его жена наивна и проста.
Но как же он ошибается…
Она опаздывала — и это изменило всё.
Лиза, 28‑летняя редактор, привыкла держать жизнь под контролем: чёткий график, проверенные маршруты, никаких спонтанностей. Но одна случайная встреча в метро выбивает её из колеи. Незнакомец, который помог поднять упавший ноутбук, оставил не только царапину на запястье, но и странный след в душе. А ещё — алый шарф и визитку с лаконичным предложением: «Если захочешь вернуть — найди меня в „Графите“ в 19:00. Артём».
Что, если этот человек — не просто мимолетное увлечение, а ключ к чему‑то большему? К чувствам, которых Лиза давно боялась. К доверию, которого она никогда не испытывала. К любви, которая потребует от неё смелости сделать шаг в неизвестность.
Артём, художник с затаённой болью в глазах, видит в Лизе не просто модель для портрета. Он разгадывает её, как загадку: по жестам, взглядам, мимолетным улыбкам. Но и ему предстоит выбор — открыть сердце или снова спрятаться за стеной прошлого.
Лиза, 28‑летняя редактор, привыкла держать жизнь под контролем: чёткий график, проверенные маршруты, никаких спонтанностей. Но одна случайная встреча в метро выбивает её из колеи. Незнакомец, который помог поднять упавший ноутбук, оставил не только царапину на запястье, но и странный след в душе. А ещё — алый шарф и визитку с лаконичным предложением: «Если захочешь вернуть — найди меня в „Графите“ в 19:00. Артём».
Что, если этот человек — не просто мимолетное увлечение, а ключ к чему‑то большему? К чувствам, которых Лиза давно боялась. К доверию, которого она никогда не испытывала. К любви, которая потребует от неё смелости сделать шаг в неизвестность.
Артём, художник с затаённой болью в глазах, видит в Лизе не просто модель для портрета. Он разгадывает её, как загадку: по жестам, взглядам, мимолетным улыбкам. Но и ему предстоит выбор — открыть сердце или снова спрятаться за стеной прошлого.
— Сам он от тебя никогда не уйдет. Но если в тебе осталась хоть капля любви, — свекровь тяжело вздохнула, — отпусти его, не мучай, уйди сама. Он ведь еще совсем молодой. У него вся жизнь впереди. Лена? Ты меня слышишь?
— Слышу.
— Дай ему шанс на нормальную жизнь, Леночка. Умоляю тебя! Пусть найдет себе хорошую, здоровую женщину. Которая и поддержит, и обогреет, и дом в порядке содержать сможет. Не то что... сама понимаешь. Ладно, я все сказала. Не сердись на старуху.
— Я поняла вас, Валентина Ивановна.
— Так ты сделаешь так?
— Слышу.
— Дай ему шанс на нормальную жизнь, Леночка. Умоляю тебя! Пусть найдет себе хорошую, здоровую женщину. Которая и поддержит, и обогреет, и дом в порядке содержать сможет. Не то что... сама понимаешь. Ладно, я все сказала. Не сердись на старуху.
— Я поняла вас, Валентина Ивановна.
— Так ты сделаешь так?
Выберите полку для книги