Читать и слушать книги

— Держи пятьсот рублей. За помощь. - я протягиваю ему купюру.
Бровь старшекурсника изгибается. И он издает хмык.
— Ты хоть знаешь, кто я такой, малышка? - произносит он лениво. - Я такими купюрами даже не подтираюсь.
***

Я всего лишь хотела доказать одной стерве, что у меня есть парень. Ну и ткнула в первого встречного. Кто же знал, что это местный мажор?

Я не знала.

Но идти к нему пришлось, потому что отступать я не привыкла. Потом пришлось просить подыграть его. А потом — поцеловать.

А этот несносный, богатый, самоуверенный псих вдруг решил, что игра ему понравилась. Теперь он требует, чтобы я стала его девушкой, встречает меня после пар, лезет в мою жизнь, называет своей пышкой и смотрит так, будто уже всё про меня решил.

А я не пышка!

Ну… разве что немного.

И уж точно не собираюсь влюбляться в мажора, который привык покупать людей, ломать правила и получать всё, что захочет.

Особенно если теперь он захотел меня.

Он взбесил меня с первой встречи. Так жёстко поступил... Я надеялась, что больше никогда его не увижу, но увы! Моя мама выходит замуж за его отца, и теперь Стёпа — мой сводный брат. И ясно даёт понять, что мои сложности только начинаются.

Я вернулась в Москву на несколько недель по семейным делам, обосновавшись в уютном доме с бассейном в поселке Барвиха. К несчастью, одна стычка с невыносимым соседом превратила мое безоблачное существование в хаос.

Испорченный мажор убежден, раз у него в паспорте нарисована фамилия Царев, окружающие автоматически превращаются в царскую свиту. Только крепостное право отменили много лет назад, и я никому не позволю собой понукать…

Мне нельзя ее трогать, ведь я чокнутый, чертов псих, придурок и просто друг детства. В моих глазах тьма, даже когда я улыбаюсь. А она… Она слишком хорошая. Новенький парень подходит ей идеально. Но я хочу ее до зубного скрежета, до сведенных мышц. Значит будет война! И я пойду на все, чтобы эта девочка стала моей.

❤ ИСТОРИЯ БЕРКУТА, ЛИЗЫ И ИЛЬИ
❤ Не забывайте добавлять книгу в библиотеку.
❤ Поддерживайте историю лайками и комментариями.
Ваша поддержка очень ценна!

– Нет, постой, – Глеб грубо хватает меня за плечи и прижимает к стене.
– Пусти, больно, – пытаюсь вырваться из цепких рук. – Как ты нас нашел? Тебе здесь не место.
– Вот как? Это с чего? – глаза Глеба опасно сверкают. – Ты моя жена, в комнате наши дети.
– Ты знаешь с чего, – перед глазами мелькают фотографии Глеба с незнакомой белобрысой девицей в постели, – я подала на развод. И ты нас сам выгнал.
– Да, но все изменилось, и три месяца на примирение закончились. Собирай вещи, вы с детьми возвращаетесь домой. Развода не будет.

У меня была идеальная жизнь. Любящий муж, двое долгожданных детей, обустроенный дом. Реальность омрачали лишь долгие командировки Глеба.
Но мои розовые очки разбились в одночасье, когда вместо подарка на день рождения детей я получила доказательство измен супруга...

- Кира! – судорожно вздыхает Макар и продолжает. – Я приехал за вами.
Поднимаю глаза и встречаюсь с его взглядом. Тяжелым и темным. Лицо выглядит изможденным и очень уставшим, словно он не спал неделю.
- Что? – непонимающе улыбаюсь. – За кем «за вами»?
- За тобой и дочкой.
- Зачем?
- Я не могу больше. Себе не принадлежу вообще, жизни не вижу. Кира.
- Ты отказался от нее, Макар. Зачем она тебе?
- Дурак был! – выдыхает, подходя ближе. Стоит так близко, что я чувствую жар его тела, но не трогает. Не касается! - Нет мне оправдания, Кира. Бесконечно виноват перед вами. Пожалуйста, не гони, прошу!
С этими словами медленно опускается на колени, обхватывает мои бедра и прислоняется к ногам щекой.
- Блин, Кируся! – шепчет еле слышно, но я, словно ультразвук, ловлю каждую вибрацию воздуха. – Три года прошло. Я ни на день о вас не забывал. Ненавидел тебя, пытался из головы выкинуть, но не смог.

У него нет тормозов.
Виталя Громов одержим идеей найти trismy‑hous — анонимную королеву ночных гонок, чей профиль сводит с ума миллионы людей. Он не знает её имени, но готов на всё, чтобы отыскать. Потому что теперь знает, что она прилетела в его город. Она рядом. Она сводит с ума.
Кто же ты, trismy‑hous?

Тело Элая молодое, собранное на пружине. Моё знает о боли больше, чем ему пока вообще положено знать. В моих коленях память о старых травмах.
Но я тренер. У меня есть то, чего у него нет. Опыт.
– Нападай, – говорю я.
Он приподнимает бровь.
– Уверена?
– Нападай, Элай.
Он двигается быстро. Но я вижу начало движения раньше, чем он входит в него. Смещение веса. Подготовку плеча. Я ухожу с линии, цепляю корпус и через секунду уже прижимаю его к мату.
В зале раздаётся резкий вдох.
– Ты плохо контролируешь таз, – говорю я, склонившись к его уху.
Его рука тут же обвивается вокруг моей шеи. Мир мелькает перед глазами: я оказываюсь на спине, а Элай, этот надменный гад — на мне.
– Не торопись с выводами, – усмехается он, так же склонившись ко мне. – Предлагаю проверить в раздевалке, как я контролирую таз.

— Могла бы и «спасибо» сказать, что я тебя рекламирую. Может, парня найдёшь и перестанешь быть такой злюкой, Колючка.
— С чего ты взял, что я вообще его ищу?! — Пытаюсь вывернуться из рук Ярого.
В целом, ответ не требуется. И так догадываюсь о том, что он скажет: длина моей юбки, яркий макияж и дурацкие шпильки... Всем своим видом я пыталась показать, что мне пофиг на бывшего. Но можно принять и за попытку привлечь внимание.
— Тогда давай просто переспим. — Ярослав склоняется ниже, губами касаясь шеи.
— Мечтай, придурок! Переспим, когда влюбишься! — выпаливаю я.
— Так я уже.
Притягивает к себе ещё ближе, и отчего-то я отзываюсь на это движение внутренней дрожью.
Только не это!
— А я нет! Я тоже должна влюбиться, а такого никогда не будет!
— Это вызов? — улыбается он.
— Это... — осекаюсь, потому что не хочу бросать ему никакого вызова.
Слишком опасно.

– Я дам тебе миллион, а ты сходишь со мной на свидание, – предлагает старший брат подруги, наглый и борзый кавказец с самомнением размером с Вселенную.
– Пф-ф, всего-то? – фыркаю в ответ. Я ожидала от него что-то в духе «раздеться и станцевать "Калинку" перед его друзьями».
– Конечно, нет, глупенькая. Дальше – ночь любви.
– Предложение отклоняется, – отвечаю, не задумываясь. – Первое: у меня есть гордость. Второе: я никогда не стану очередной девкой Сулеймана Каримова. Отвяжись! Что ты прицепился ко мне, как репей?
– А если гарантирую, что никто не узнает? – сощуривается нахал. – Сдавайся, сладкая! Всё равно ведь окажешься в моей постели…