Книги в жанре «New adult»

- И этот тоже тебе, — шепчет Олеся, прочитав открытку из букета, и протягивает его мне. – Это от них, да?— спрашивает подруга, осторожно смотря на меня.
- От них. Больше не от кого…
На меня запало два брата. Двое взрослых парней устроили между собой негласные соревнования по завоеванию моего сердца. Они всегда рядом, даже если их нет в поле моего зрения.
Уже сейчас, каждый из них считает меня своей девушкой, и они ведут себя именно так.
Нагло. Дерзко. И бесцеремонно вторгаясь в мою жизнь…
И самое сложное, что мне придётся сделать этот выбор, вот только как?

- Зачем?— заговаривает со мной Софи, смотря на дорогу.
- Что?— повернув голову, смотрю на пухлые губки, которые чертовски манят.
- Зачем, ты переиграл круг?— она поворачивается ко мне. Скидываю скорость, поглядывая на дорогу, но в основном смотрю на неё.
- Не догадываешься?— ухмыляюсь, а внутри просыпается злость. Не на неё, нет. На друга, который собирался выставить её на посмешище, ради прикола.
- Олег, почти мой парень, — как аргумент бросает наивная дурёха, и я бью по тормозам. Пора открыть ей глаза. Софи напрягается, когда я, положив правую руку на подлокотник, приближаюсь к ней.
- Олег, хотел поиметь тебя, а потом показать всем это видео, — проговариваю, глядя в нереально голубые, как чистое небо глаза.
- И я должна тебе поверить?— изогнув бровь, она смотрит на меня. - Почему?
- Потому что, я вернулся, ради тебя, Воробушек, — мой взгляд опять застывает на её губах и это наваждение какое-то, с которым я устал бороться. - И ты это знаешь, — выдыхаю ей в губы...

Я спокойно готовилась к свадьбе с любимым, как вдруг начались тревожные звоночки, что у него есть кто-то ещё. Не могла поверить... Проследила. Лучше бы я этого не делала!
А ведь когда наконец вывалила ему претензии, получила совсем не такую реакцию, какую ждала.

— Сдавайся, — шепчет мажор, парализуя мою волю. — Обещаю, тебе всё понравится.
Его шёпот запускает горячие импульсы по телу, но я собираю всю волю в кулак и отстраняюсь.
— Никогда, — произношу громко и чётко, глядя прямо в глаза своему врагу. — Ни-ког-да!
— Уверена? — усмехается, обдавая мои губы мятным дыханием. — Учти, дважды я не предлагаю.
***
Макс Горецкий — звезда универа, не знающий отказов. Любая мечтает провести с ним ночь. Любая, кроме меня.
Я искренне ненавижу мир мажоров и стараюсь держаться от них как можно дальше, но однажды на моём пути встаёт самый отбитый из них. Племянник губернатора считает, что всё в этом городе принадлежит ему. И я в том числе…

Он выиграл меня в карты. В его доме я – трофей, но в своей душе я остаюсь свободной. И эта свобода даёт мне силы бороться, искать лазейки и ждать своего часа. Ведь даже самый искусный игрок может допустить ошибку, и тогда трофей становится охотником.
***
Смотрю на документ в своих руках усмехаясь.
Чуть приподнимаю его, показывая Лере и спокойно говорю:

– Деваться некуда, Ангелок, тебе придётся поехать со мной. Ну, либо ты можешь пройти процедуру по восстановлению документа, что займёт уйму времени и потратятся деньги, – провожу взглядом от её ног до головы, из-за чего она немного съёживается. – Но тебе это явно сейчас не нужно, да? – очередной оскал. – Есть ещё вариант номер два: не доставлять мне неудобств, делать всё, что скажу, а чуть позже получить на руки сумму, паспорт и быть свободной. И что ты выберешь?

— Отпусти, Золотарёв, ты больной что ли?!
— А если не отпущу, что сделаешь, лисенок? — нарочно растягиваю это прозвище, которое сам же ей и дал, словно облизывая каждую букву.
Знаю, что ее это выбешивает.
А мне нравится, когда глаза у неё горят от ярости.
— Закричу! — угрожает она, дрожащим голосом.
— Давай, детка. Кричи. Покажи, всем насколько я хорош, — ухмыляюсь и свободной рукой резко хватаю её за подбородок, заставляя смотреть прямо в мои глаза. — Только учти, сюда никто не войдет. Ты сама прекрасно знаешь почему.
— Ненавижу тебя! — шепчет она едва слышно, закрывая глаза.
— Отлично, — шепчу в её губы, проводя по ним языком, дразня и не позволяя отвернуться. — Ненавидь меня сильнее, детка. Это чертовски заводит...

— Это не твое дело, Кулаков, — отчеканила она холодно, а в её голосе прозвенела сталь.
Высокомерная стерва. Смотрит на меня свысока, будто я пустое место.
Я шагнул ещё ближе, заставляя её прижаться к шкафу всем телом.
— А чьё тогда? Этого богатея, рядом с которым ты сидела весь вечер и чуть ли не в рот ему заглядывала?
— Руки от меня убери! Ты вообще кто такой, чтобы…
— Я тот, кому ты не по карману, да, Дианочка? — перебил я её, прижимаясь ещё ближе и глядя прямо в расширившиеся от злости глаза. — Куда тебе до простого пацана вроде меня? Тебе ведь бабки важнее, да? Улыбаться толстосуму за дивиденды самое то, верно?
— Пошёл ты, — с презрением прошипела она.
— Пойду, детка. Но только после того, как вытрясу из тебя все мысли о других, — процедил я, чувствуя, как по её телу прошла дрожь. — Я заставлю тебя стонать моё имя так громко, чтобы ни у кого даже вопросов не возникало, кому ты принадлежишь!

— Я тебя предупреждал, что со мной играть не стоит? — тянет этот невыносимый гад, подтягивая меня к себе.
Тут бы не свалиться с мотоцикла, на котором я, упираясь поясницей в бензобак, пытаюсь хоть как-то балансировать.
— Отпусти, — шиплю я.
— Нет, — отвечает он так спокойно, что хочется его придушить. —Ты улыбалась ему, а я ведь предупреждал...
— Ты мне никто, Чернов, — выдаю прямо, глядя в его наглые глаза. — Понял? Никто. Я не обязана отчитываться, с кем разговариваю и кому улыбаюсь, ясно?!
— Обязана, булочка... Можешь и дальше повторять, что я тебе никто, но у тебя слегка неверное понимание ситуации. Ты моя и это не обсуждается. Чем быстрее смиришься с неизбежным, тем проще будет нам обоим.

Он тот, о ком в универе говорят с придыханием. Чертов гений, который сделал так, что я привязана к нему на полгода! Он знает мой секрет... если он всплывет, я потеряю все!
Поэтому я принимаю правила игры, но в какой-то момент все выходит из под контроля и противиться этому НЕВОЗМОЖНО!

— Ты будешь стоять там, где скажу. Молчать, когда скажу. И улыбаться так, будто без ума от меня, — Столетов перечисляет, словно зачитывает меню.
— А тапочки приносить? Гавкнуть? — уточняю я.
Уголок его губ дёргается. Почти улыбка. Опасная.
— Дерзишь. — Он убирает прядь с моей щеки, и я ненавижу, что по коже бежит ток. — За два месяца отучу.
— От чего? От чувства собственного достоинства?
— От иллюзии, что ты здесь что-то решаешь. — Пальцы замирают у моей шеи. — Ты моя тень, Ева. А тень не спорит с тем, кто её отбрасывает.
— Тогда молись, чтобы не стемнело, Столетов. Без света тени нет.

- Сколько я должен заплатить за это касание, Ангела?
- Еще немного и вам не хватит состояния, чтобы выплатить компенсацию мне и заведению, господин Энцо. Я не продаюсь!
Отстраняюсь, пытаясь встать, но он вновь хватает меня за запястье — резко, до боли, и его пальцы смыкаются вокруг моей кости, как наручники. Он тянет меня обратно, и я падаю на его бёдра.
- Сто тысяч хватит?
- Проблемы со слухом? — отвечаю я, выгибая бровь, но мой голос дрожит от того, как его пальцы сжимаются на моём запястье. Я чувствую, как его большой палец гладит мой пульс — и это касание интимнее, чем всё, что было до этого.
- Двести? — повышает он ставку, и его улыбка становится хищной.
- Еще слово, и я ей-богу вам врежу!
- Тогда мы будем в расчете, ангел. Сначала я бью тебя, потом ты меня.
- Что? - начинаю я возмущаться открыто. - Вы хотите меня ударить?
- Нет! - мужчина дергает на себя сильнее, выдыхая свой ответ прямо в мои губы. - Я хочу тебя поцеловать!