Книги в жанре «New adult»
Я вернулась в Москву на несколько недель по семейным делам, обосновавшись в уютном доме с бассейном в поселке Барвиха. К несчастью, одна стычка с невыносимым соседом превратила мое безоблачное существование в хаос.
Испорченный мажор убежден, раз у него в паспорте нарисована фамилия Царев, окружающие автоматически превращаются в царскую свиту. Только крепостное право отменили много лет назад, и я никому не позволю собой понукать…
Испорченный мажор убежден, раз у него в паспорте нарисована фамилия Царев, окружающие автоматически превращаются в царскую свиту. Только крепостное право отменили много лет назад, и я никому не позволю собой понукать…
Мне нельзя ее трогать, ведь я чокнутый, чертов псих, придурок и просто друг детства. В моих глазах тьма, даже когда я улыбаюсь. А она… Она слишком хорошая. Новенький парень подходит ей идеально. Но я хочу ее до зубного скрежета, до сведенных мышц. Значит будет война! И я пойду на все, чтобы эта девочка стала моей.
❤ ИСТОРИЯ БЕРКУТА, ЛИЗЫ И ИЛЬИ
❤ Не забывайте добавлять книгу в библиотеку.
❤ Поддерживайте историю лайками и комментариями.
Ваша поддержка очень ценна!
❤ ИСТОРИЯ БЕРКУТА, ЛИЗЫ И ИЛЬИ
❤ Не забывайте добавлять книгу в библиотеку.
❤ Поддерживайте историю лайками и комментариями.
Ваша поддержка очень ценна!
– Нет, постой, – Глеб грубо хватает меня за плечи и прижимает к стене.
– Пусти, больно, – пытаюсь вырваться из цепких рук. – Как ты нас нашел? Тебе здесь не место.
– Вот как? Это с чего? – глаза Глеба опасно сверкают. – Ты моя жена, в комнате наши дети.
– Ты знаешь с чего, – перед глазами мелькают фотографии Глеба с незнакомой белобрысой девицей в постели, – я подала на развод. И ты нас сам выгнал.
– Да, но все изменилось, и три месяца на примирение закончились. Собирай вещи, вы с детьми возвращаетесь домой. Развода не будет.
У меня была идеальная жизнь. Любящий муж, двое долгожданных детей, обустроенный дом. Реальность омрачали лишь долгие командировки Глеба.
Но мои розовые очки разбились в одночасье, когда вместо подарка на день рождения детей я получила доказательство измен супруга...
– Пусти, больно, – пытаюсь вырваться из цепких рук. – Как ты нас нашел? Тебе здесь не место.
– Вот как? Это с чего? – глаза Глеба опасно сверкают. – Ты моя жена, в комнате наши дети.
– Ты знаешь с чего, – перед глазами мелькают фотографии Глеба с незнакомой белобрысой девицей в постели, – я подала на развод. И ты нас сам выгнал.
– Да, но все изменилось, и три месяца на примирение закончились. Собирай вещи, вы с детьми возвращаетесь домой. Развода не будет.
У меня была идеальная жизнь. Любящий муж, двое долгожданных детей, обустроенный дом. Реальность омрачали лишь долгие командировки Глеба.
Но мои розовые очки разбились в одночасье, когда вместо подарка на день рождения детей я получила доказательство измен супруга...
- Кира! – судорожно вздыхает Макар и продолжает. – Я приехал за вами.
Поднимаю глаза и встречаюсь с его взглядом. Тяжелым и темным. Лицо выглядит изможденным и очень уставшим, словно он не спал неделю.
- Что? – непонимающе улыбаюсь. – За кем «за вами»?
- За тобой и дочкой.
- Зачем?
- Я не могу больше. Себе не принадлежу вообще, жизни не вижу. Кира.
- Ты отказался от нее, Макар. Зачем она тебе?
- Дурак был! – выдыхает, подходя ближе. Стоит так близко, что я чувствую жар его тела, но не трогает. Не касается! - Нет мне оправдания, Кира. Бесконечно виноват перед вами. Пожалуйста, не гони, прошу!
С этими словами медленно опускается на колени, обхватывает мои бедра и прислоняется к ногам щекой.
- Блин, Кируся! – шепчет еле слышно, но я, словно ультразвук, ловлю каждую вибрацию воздуха. – Три года прошло. Я ни на день о вас не забывал. Ненавидел тебя, пытался из головы выкинуть, но не смог.
Поднимаю глаза и встречаюсь с его взглядом. Тяжелым и темным. Лицо выглядит изможденным и очень уставшим, словно он не спал неделю.
- Что? – непонимающе улыбаюсь. – За кем «за вами»?
- За тобой и дочкой.
- Зачем?
- Я не могу больше. Себе не принадлежу вообще, жизни не вижу. Кира.
- Ты отказался от нее, Макар. Зачем она тебе?
- Дурак был! – выдыхает, подходя ближе. Стоит так близко, что я чувствую жар его тела, но не трогает. Не касается! - Нет мне оправдания, Кира. Бесконечно виноват перед вами. Пожалуйста, не гони, прошу!
С этими словами медленно опускается на колени, обхватывает мои бедра и прислоняется к ногам щекой.
- Блин, Кируся! – шепчет еле слышно, но я, словно ультразвук, ловлю каждую вибрацию воздуха. – Три года прошло. Я ни на день о вас не забывал. Ненавидел тебя, пытался из головы выкинуть, но не смог.
У него нет тормозов.
Виталя Громов одержим идеей найти trismy‑hous — анонимную королеву ночных гонок, чей профиль сводит с ума миллионы людей. Он не знает её имени, но готов на всё, чтобы отыскать. Потому что теперь знает, что она прилетела в его город. Она рядом. Она сводит с ума.
Кто же ты, trismy‑hous?
Виталя Громов одержим идеей найти trismy‑hous — анонимную королеву ночных гонок, чей профиль сводит с ума миллионы людей. Он не знает её имени, но готов на всё, чтобы отыскать. Потому что теперь знает, что она прилетела в его город. Она рядом. Она сводит с ума.
Кто же ты, trismy‑hous?
Тело Элая молодое, собранное на пружине. Моё знает о боли больше, чем ему пока вообще положено знать. В моих коленях память о старых травмах.
Но я тренер. У меня есть то, чего у него нет. Опыт.
– Нападай, – говорю я.
Он приподнимает бровь.
– Уверена?
– Нападай, Элай.
Он двигается быстро. Но я вижу начало движения раньше, чем он входит в него. Смещение веса. Подготовку плеча. Я ухожу с линии, цепляю корпус и через секунду уже прижимаю его к мату.
В зале раздаётся резкий вдох.
– Ты плохо контролируешь таз, – говорю я, склонившись к его уху.
Его рука тут же обвивается вокруг моей шеи. Мир мелькает перед глазами: я оказываюсь на спине, а Элай, этот надменный гад — на мне.
– Не торопись с выводами, – усмехается он, так же склонившись ко мне. – Предлагаю проверить в раздевалке, как я контролирую таз.
Но я тренер. У меня есть то, чего у него нет. Опыт.
– Нападай, – говорю я.
Он приподнимает бровь.
– Уверена?
– Нападай, Элай.
Он двигается быстро. Но я вижу начало движения раньше, чем он входит в него. Смещение веса. Подготовку плеча. Я ухожу с линии, цепляю корпус и через секунду уже прижимаю его к мату.
В зале раздаётся резкий вдох.
– Ты плохо контролируешь таз, – говорю я, склонившись к его уху.
Его рука тут же обвивается вокруг моей шеи. Мир мелькает перед глазами: я оказываюсь на спине, а Элай, этот надменный гад — на мне.
– Не торопись с выводами, – усмехается он, так же склонившись ко мне. – Предлагаю проверить в раздевалке, как я контролирую таз.
— Могла бы и «спасибо» сказать, что я тебя рекламирую. Может, парня найдёшь и перестанешь быть такой злюкой, Колючка.
— С чего ты взял, что я вообще его ищу?! — Пытаюсь вывернуться из рук Ярого.
В целом, ответ не требуется. И так догадываюсь о том, что он скажет: длина моей юбки, яркий макияж и дурацкие шпильки... Всем своим видом я пыталась показать, что мне пофиг на бывшего. Но можно принять и за попытку привлечь внимание.
— Тогда давай просто переспим. — Ярослав склоняется ниже, губами касаясь шеи.
— Мечтай, придурок! Переспим, когда влюбишься! — выпаливаю я.
— Так я уже.
Притягивает к себе ещё ближе, и отчего-то я отзываюсь на это движение внутренней дрожью.
Только не это!
— А я нет! Я тоже должна влюбиться, а такого никогда не будет!
— Это вызов? — улыбается он.
— Это... — осекаюсь, потому что не хочу бросать ему никакого вызова.
Слишком опасно.
— С чего ты взял, что я вообще его ищу?! — Пытаюсь вывернуться из рук Ярого.
В целом, ответ не требуется. И так догадываюсь о том, что он скажет: длина моей юбки, яркий макияж и дурацкие шпильки... Всем своим видом я пыталась показать, что мне пофиг на бывшего. Но можно принять и за попытку привлечь внимание.
— Тогда давай просто переспим. — Ярослав склоняется ниже, губами касаясь шеи.
— Мечтай, придурок! Переспим, когда влюбишься! — выпаливаю я.
— Так я уже.
Притягивает к себе ещё ближе, и отчего-то я отзываюсь на это движение внутренней дрожью.
Только не это!
— А я нет! Я тоже должна влюбиться, а такого никогда не будет!
— Это вызов? — улыбается он.
— Это... — осекаюсь, потому что не хочу бросать ему никакого вызова.
Слишком опасно.
– Я дам тебе миллион, а ты сходишь со мной на свидание, – предлагает старший брат подруги, наглый и борзый кавказец с самомнением размером с Вселенную.
– Пф-ф, всего-то? – фыркаю в ответ. Я ожидала от него что-то в духе «раздеться и станцевать "Калинку" перед его друзьями».
– Конечно, нет, глупенькая. Дальше – ночь любви.
– Предложение отклоняется, – отвечаю, не задумываясь. – Первое: у меня есть гордость. Второе: я никогда не стану очередной девкой Сулеймана Каримова. Отвяжись! Что ты прицепился ко мне, как репей?
– А если гарантирую, что никто не узнает? – сощуривается нахал. – Сдавайся, сладкая! Всё равно ведь окажешься в моей постели…
– Пф-ф, всего-то? – фыркаю в ответ. Я ожидала от него что-то в духе «раздеться и станцевать "Калинку" перед его друзьями».
– Конечно, нет, глупенькая. Дальше – ночь любви.
– Предложение отклоняется, – отвечаю, не задумываясь. – Первое: у меня есть гордость. Второе: я никогда не стану очередной девкой Сулеймана Каримова. Отвяжись! Что ты прицепился ко мне, как репей?
– А если гарантирую, что никто не узнает? – сощуривается нахал. – Сдавайся, сладкая! Всё равно ведь окажешься в моей постели…
Смотрю на Артема и вижу в нем квинтэссенцию всего того, что я ненавижу в мужчинах: самоуверенность, напор и убежденность в собственной неотразимости.
– Ты всегда такой оригинальный или сегодня просто особенный день? – цежу я, не сводя с Артема глаз.
– Сегодня свадьба лучшего друга, Алина, – он делает шаг ближе, нарушая мое личное пространство так беспардонно, что я почти чувствую тепло его тела. – А по старой и очень важной традиции, свидетели обязаны переспать, чтобы обеспечить молодоженам долгую и счастливую жизнь. Мы же не хотим, чтобы у них все пошло прахом?
– Ты всегда такой оригинальный или сегодня просто особенный день? – цежу я, не сводя с Артема глаз.
– Сегодня свадьба лучшего друга, Алина, – он делает шаг ближе, нарушая мое личное пространство так беспардонно, что я почти чувствую тепло его тела. – А по старой и очень важной традиции, свидетели обязаны переспать, чтобы обеспечить молодоженам долгую и счастливую жизнь. Мы же не хотим, чтобы у них все пошло прахом?
— Какого чёрта? Я не вещь! И я вообще-то могу оплатить стоимость этого лобового. У меня есть деньги. Ну, не все сразу, но я могу частями. Или отработаю. Или… да хоть полы помою в твоём клубе!
Он хмыкнул, так, будто мои слова были жалким аргументом:
— Это можно покрыть одной ночью, Даша.
— Что? — выдохнула я, — ты хочешь, чтобы я с тобой…
— Я хочу, чтобы подо мной, Даша. А не со мной, — лениво поправил он.
Я уставилась на него с таким шоком, что, кажется, даже моргнуть забыла. Зрачки расширились до размеров спасательных кругов, а лицо застыло в той самой гримасе, которую потом будет стыдно вспоминать.
***
Она любила плохие идеи. Но это уже был красный флаг.
И, будь у нее хоть один шанс на побег, она бы уже орала, дралась, пиналась и, возможно, пыталась бы вырвать у него руль.
Но впереди нее сидел Анубис.
Он хмыкнул, так, будто мои слова были жалким аргументом:
— Это можно покрыть одной ночью, Даша.
— Что? — выдохнула я, — ты хочешь, чтобы я с тобой…
— Я хочу, чтобы подо мной, Даша. А не со мной, — лениво поправил он.
Я уставилась на него с таким шоком, что, кажется, даже моргнуть забыла. Зрачки расширились до размеров спасательных кругов, а лицо застыло в той самой гримасе, которую потом будет стыдно вспоминать.
***
Она любила плохие идеи. Но это уже был красный флаг.
И, будь у нее хоть один шанс на побег, она бы уже орала, дралась, пиналась и, возможно, пыталась бы вырвать у него руль.
Но впереди нее сидел Анубис.
Выберите полку для книги