Читать и слушать книги
- Я ухожу, Ярослав, - говорю я, направляясь к двери.
Муж зло хватает за руки.
- Ты можешь объяснить мне, что, черт возьми, происходит? - зло рявкает он.
В его взгляде было нечто темное и опасное.
- Ничего особенного, - отвечаю и делая шаг назад. - Просто, я ухожу. Дети наши выросли. Свой материнский долг перед государством и богом я исполнила.
Сегодня мы выдали замуж нашу младшую и последнюю дочь.
- Ты что, пьяна? - опасливо понижает голос мой муж.
- Нет. За всю свадьбу я выпила лишь пару бокалов вина, - спокойно отвечаю я.
- Ничего не понимаю, - муж переходит на рычание. - Чемодан зачем?
- А ты разве не услышал? Я ухожу от тебя, - повторяю ровным голосом и понимаю, что мое спокойствие заводит его еще больше.
- С какой это стати? - муж берет за ручку мой чемодан и отбрасывает его в сторону. - У тебя что, кто-то есть? - вскидывает на меня тяжелый взгляд. - Если да, то пусть он молится! - цедит сквозь стиснутые зубы...
Муж зло хватает за руки.
- Ты можешь объяснить мне, что, черт возьми, происходит? - зло рявкает он.
В его взгляде было нечто темное и опасное.
- Ничего особенного, - отвечаю и делая шаг назад. - Просто, я ухожу. Дети наши выросли. Свой материнский долг перед государством и богом я исполнила.
Сегодня мы выдали замуж нашу младшую и последнюю дочь.
- Ты что, пьяна? - опасливо понижает голос мой муж.
- Нет. За всю свадьбу я выпила лишь пару бокалов вина, - спокойно отвечаю я.
- Ничего не понимаю, - муж переходит на рычание. - Чемодан зачем?
- А ты разве не услышал? Я ухожу от тебя, - повторяю ровным голосом и понимаю, что мое спокойствие заводит его еще больше.
- С какой это стати? - муж берет за ручку мой чемодан и отбрасывает его в сторону. - У тебя что, кто-то есть? - вскидывает на меня тяжелый взгляд. - Если да, то пусть он молится! - цедит сквозь стиснутые зубы...
…Я стояла чуть в стороне, сердце билось где-то в горле. До последней секунды, до самого последнего мгновения я надеялась, что это ошибка. Что сейчас дверь откроет незнакомый человек, и мы все вместе посмеёмся над глупым недоразумением.
За дверью послышались шаги. Поворот ключа в замке. Скрип петель.
Дверь открылась.
И за ней стоял мой муж. Михаил. В халате отеля, взъерошенный, довольный, расслабленный. Сначала он посмотрел на официанта с подносом, слегка удивился. Потом его взгляд переместился на меня.
И я увидела, как в его глазах отражается весь ужас понимания. Как лицо становится мертвенно-бледным. Как рот приоткрывается в беззвучном крике.
За его спиной, из глубины номера, послышался женский голос:
– Миш, ну где ты?
Всё. Занавес. Финиш. Восемнадцать лет брака только что разбились о дверной косяк номера дорогого отеля.
За дверью послышались шаги. Поворот ключа в замке. Скрип петель.
Дверь открылась.
И за ней стоял мой муж. Михаил. В халате отеля, взъерошенный, довольный, расслабленный. Сначала он посмотрел на официанта с подносом, слегка удивился. Потом его взгляд переместился на меня.
И я увидела, как в его глазах отражается весь ужас понимания. Как лицо становится мертвенно-бледным. Как рот приоткрывается в беззвучном крике.
За его спиной, из глубины номера, послышался женский голос:
– Миш, ну где ты?
Всё. Занавес. Финиш. Восемнадцать лет брака только что разбились о дверной косяк номера дорогого отеля.
— Мы разводимся.
— У тебя любовница?
— Да. Она беременна. Я обязан быть рядом.
Это всё. Без объяснений. Без сожалений. Просто вычеркнул тридцать лет жизни.
Он ушёл к молодой, наглой, самоуверенной.
Та не просто забрала мужа — она требовала всего: статус, деньги, уважение.
А я? Я не унижалась. Не бегала. Вышла из брака с достоинством — и начала свою игру.
На моих правилах. И в этой игре победитель будет один.
— У тебя любовница?
— Да. Она беременна. Я обязан быть рядом.
Это всё. Без объяснений. Без сожалений. Просто вычеркнул тридцать лет жизни.
Он ушёл к молодой, наглой, самоуверенной.
Та не просто забрала мужа — она требовала всего: статус, деньги, уважение.
А я? Я не унижалась. Не бегала. Вышла из брака с достоинством — и начала свою игру.
На моих правилах. И в этой игре победитель будет один.
Это не история про мужчину, который ушёл. Это история про женщину, которая вернулась — к себе.
Марина не героиня из фильма. Она — как тысячи других: жена, мать, «та, что держит». Пока однажды не узнаёт об измене.
И всё рушится. Но не сразу.
Сначала — молчание.
Потом — стыд.
А потом — голос.
«Измена. И точка» — это не просто роман о предательстве. Это путь женщины от жертвы к авторке собственной жизни. От «со мной так нельзя» — к «я так больше не буду».
Без идеальных решений.
Без фальшивых побед.
Просто взрослая, честная история о том, как женщина становится собой — не благодаря любви. А несмотря на неё.
Марина не героиня из фильма. Она — как тысячи других: жена, мать, «та, что держит». Пока однажды не узнаёт об измене.
И всё рушится. Но не сразу.
Сначала — молчание.
Потом — стыд.
А потом — голос.
«Измена. И точка» — это не просто роман о предательстве. Это путь женщины от жертвы к авторке собственной жизни. От «со мной так нельзя» — к «я так больше не буду».
Без идеальных решений.
Без фальшивых побед.
Просто взрослая, честная история о том, как женщина становится собой — не благодаря любви. А несмотря на неё.
Муж бросил меня, выставив все мои вещи в подъезд и как настоящий Козлов, вместо разговора просто написал несколько СМС:
“Люд, не реви только.”
“Мама права. Ты безалаберная, совершенно нехозяйственная. И хамка к тому же.”
"И с весом твоим давно пора что-то делать..."
“Мне лучше жениться на Вике.”
“На развод подам завтра.”
"Прости. Так будет лучше.”
Идти мне некуда. Последний шанс — бабушкин дом в забытой богом деревне. Но вместо дома я нашла руины. Провалившаяся крыша, выбитые окна, заросший бурьяном двор.
Но я сделаю все, чтобы эта история была о том, как предательство стало моим спасением.
“Люд, не реви только.”
“Мама права. Ты безалаберная, совершенно нехозяйственная. И хамка к тому же.”
"И с весом твоим давно пора что-то делать..."
“Мне лучше жениться на Вике.”
“На развод подам завтра.”
"Прости. Так будет лучше.”
Идти мне некуда. Последний шанс — бабушкин дом в забытой богом деревне. Но вместо дома я нашла руины. Провалившаяся крыша, выбитые окна, заросший бурьяном двор.
Но я сделаю все, чтобы эта история была о том, как предательство стало моим спасением.
- А ты красивая, страдания придают тебе определенный шарм, - муж пытается взять меня за руку, но я одергиваю его.
- Гош, я думаю, тебе на стороне будет лучше. Уходи, - каждое мое слово выверено, нет никаких эмоций.
- Я не хочу с тобой воевать, - говорит он. - Я хочу, чтобы мы поговорили.
- Ты думаешь, я хочу с тобой обсуждать, с кем ты спал? - спрашиваю я. - Что ты собираешься мне сказать?
- Ален, не скажу. И отпираться не буду, да, у меня есть маленькая слабость, но тебе-то что? И встречаться дальше с ней буду, ты же сама говорила, что хочешь, чтобы я был счастлив, вот она и делает меня счастливым.
Предатели и лгуны будут наказаны.
Для героини хэ обязателен.
- Гош, я думаю, тебе на стороне будет лучше. Уходи, - каждое мое слово выверено, нет никаких эмоций.
- Я не хочу с тобой воевать, - говорит он. - Я хочу, чтобы мы поговорили.
- Ты думаешь, я хочу с тобой обсуждать, с кем ты спал? - спрашиваю я. - Что ты собираешься мне сказать?
- Ален, не скажу. И отпираться не буду, да, у меня есть маленькая слабость, но тебе-то что? И встречаться дальше с ней буду, ты же сама говорила, что хочешь, чтобы я был счастлив, вот она и делает меня счастливым.
Предатели и лгуны будут наказаны.
Для героини хэ обязателен.
Тут Игорь зло рассмеялся, медленно приблизившись ко мне.
– А, я понял, ты собираешь свои манатки, чтобы уйти. Какая радостная новость. А я уже и не знал, как изжить тебя из своего дома. И знаешь, ты...
– Да-да. Знаю-знаю. Я толстая, я тебя не возбуждаю и всё такое. Кстати, вместо того, чтобы как трус изживать меня, мог просто со мной поговорить. Без оскорблений, как взрослый и адекватный мужчина, а не кусок... понятно чего.
– Дура! Ночью же будешь рыдать из-за меня в подушку. И куда ты пойдёшь? Кому ты нужна?
– В первую очередь я нужна себе и сыну.
– А зачем это ты собираешь вещи сына? Ты что, думаешь, что я отдам тебе ребёнка? Нет, Таня, он мой. А ты можешь валить из моего дома.
– А, я понял, ты собираешь свои манатки, чтобы уйти. Какая радостная новость. А я уже и не знал, как изжить тебя из своего дома. И знаешь, ты...
– Да-да. Знаю-знаю. Я толстая, я тебя не возбуждаю и всё такое. Кстати, вместо того, чтобы как трус изживать меня, мог просто со мной поговорить. Без оскорблений, как взрослый и адекватный мужчина, а не кусок... понятно чего.
– Дура! Ночью же будешь рыдать из-за меня в подушку. И куда ты пойдёшь? Кому ты нужна?
– В первую очередь я нужна себе и сыну.
– А зачем это ты собираешь вещи сына? Ты что, думаешь, что я отдам тебе ребёнка? Нет, Таня, он мой. А ты можешь валить из моего дома.
В руке сжимаю заветную палочку с двумя полосками, пролетаю над улицей, наше желание с мужем сегодня сбылось.
Поднимаюсь на второй этаж, прохожу по коридору, останавливаюсь у двери кабинета мужа, красивым золотыми буквами на табличке выгравировано «Соколов Алексей Витальевич», делаю глубокий вдох, хочу ворваться с криками…но слышу легкое постанывание, рука замирает.
Я боюсь пошевелиться, может муж ушел, а там кто - то занял его кабинет, и я ворвусь без приглашения, нарушу их уединение.
- Леша! - раздирающий душу женский крик, нарушает тишину в коридоре.
Мои мечты и счастье рушатся в это миг, оказывается я была слепа и сильно ошибалась в муже, но я должна спасти маленькое сердечко, которое во мне только начало жить.
Поднимаюсь на второй этаж, прохожу по коридору, останавливаюсь у двери кабинета мужа, красивым золотыми буквами на табличке выгравировано «Соколов Алексей Витальевич», делаю глубокий вдох, хочу ворваться с криками…но слышу легкое постанывание, рука замирает.
Я боюсь пошевелиться, может муж ушел, а там кто - то занял его кабинет, и я ворвусь без приглашения, нарушу их уединение.
- Леша! - раздирающий душу женский крик, нарушает тишину в коридоре.
Мои мечты и счастье рушатся в это миг, оказывается я была слепа и сильно ошибалась в муже, но я должна спасти маленькое сердечко, которое во мне только начало жить.
- Здравствуйте, вы к кому? – рассматриваю девушку в красном платье с головы до ног.
- Здравствуйте, а Сережа дома? – голос нежный спокойный, но с нотками бестии.
- А вы собственно кто? – таращусь на неё с непониманием, кто может называть моего мужа Сережей.
- Я его невеста – выворачивает ручку сумочки в руках.
- Ты что здесь забыла? – за спиной слышится голос мужа.
- Сереженька – лилейный голос льется с её губ – Я пришла к тебе с хорошей новостью.
Мой мир разрушен, десять лет брака сгорели в огне предательства моего единственного близкого человека...
- Здравствуйте, а Сережа дома? – голос нежный спокойный, но с нотками бестии.
- А вы собственно кто? – таращусь на неё с непониманием, кто может называть моего мужа Сережей.
- Я его невеста – выворачивает ручку сумочки в руках.
- Ты что здесь забыла? – за спиной слышится голос мужа.
- Сереженька – лилейный голос льется с её губ – Я пришла к тебе с хорошей новостью.
Мой мир разрушен, десять лет брака сгорели в огне предательства моего единственного близкого человека...
Он изменил. Она ушла. Казалось бы, обычная история.
Но когда женщина теряет всё — она впервые получает главное. Себя.
Анна была «правильной». Уютной. Удобной. Жена, которая понимала, прощала и верила.
Пока однажды в её доме не появился запах чужой женщины.
Это не история мести.
Это не история о том, как «построить новую жизнь».
Это история о женщине, которая рухнула — и выжила.
Не ради него. Не назло.
Ради себя.
Она пройдёт через предательство, одиночество, коммуналку, тишину и первые шаги в новом теле.
Она научится говорить. Слышать. И быть рядом — не теряя себя.
Роман о боли, которую мы переживаем молча.
О праве быть слабой.
О том, как женщина может стать собой — после.
Но когда женщина теряет всё — она впервые получает главное. Себя.
Анна была «правильной». Уютной. Удобной. Жена, которая понимала, прощала и верила.
Пока однажды в её доме не появился запах чужой женщины.
Это не история мести.
Это не история о том, как «построить новую жизнь».
Это история о женщине, которая рухнула — и выжила.
Не ради него. Не назло.
Ради себя.
Она пройдёт через предательство, одиночество, коммуналку, тишину и первые шаги в новом теле.
Она научится говорить. Слышать. И быть рядом — не теряя себя.
Роман о боли, которую мы переживаем молча.
О праве быть слабой.
О том, как женщина может стать собой — после.
Выберите полку для книги