Читать и слушать книги
— Ты на себя в зеркало давно смотрела? — муж цинично застегивал запонки, даже не глядя на меня. — Вечно недовольная, постоянно что-то от меня требуешь! А эти попытки залететь? Мы три года не спим с тобой нормально, мы проект по разведению детей выполняем! Я мужик, Алена. Мне живая женщина нужна, а не робот по производству наследников!
Я сжала в кармане пальто тест с долгожданными двумя полосками, молча подписала отказ от его бизнеса, собрала вещи и уехала в глухую деревню.
Я справлюсь и встану на ноги вопреки всему. Вот только бывший муж узнал правду и приехал забирать «свое».
Но здесь у него больше нет прав.
В тексте:
🖤Измена и развод
🖤Тайная беременность
🖤Сильная героиня, поднимающая бизнес с нуля
🖤Суровый, надежный главный герой
🖤Обязательный Хэппи-Энд (но не для бывшего)
Я сжала в кармане пальто тест с долгожданными двумя полосками, молча подписала отказ от его бизнеса, собрала вещи и уехала в глухую деревню.
Я справлюсь и встану на ноги вопреки всему. Вот только бывший муж узнал правду и приехал забирать «свое».
Но здесь у него больше нет прав.
В тексте:
🖤Измена и развод
🖤Тайная беременность
🖤Сильная героиня, поднимающая бизнес с нуля
🖤Суровый, надежный главный герой
🖤Обязательный Хэппи-Энд (но не для бывшего)
Я подхожу к двери и кладу ладонь на холодную ручку. Сердце бьет по ребрам.
Открываю и дверь и вижу на кровати — они. Он в расстегнутой генеральской рубашке, при всех орденах. И она — в моем халате.
— Ой, — тянет она, — а мы, кажется, заказывали еду, но не бабу в возрасте.
Виктор дергается, пытается подняться. Его медали звенят.
— Лена? Это не то, что ты думаешь!
Она кладет руку ему на плечо. Демонстративно. Глядя мне в глаза.
— Может, объяснишь своей жене, кто теперь главная женщина в твоей жизни?
Я смотрю на нее. На мой браслет с гравировкой «Моей единственной. Навсегда» на ее запястье.
— Ты никто. Ты просто старая жена, которую он уже год как не замечает. Витюша на мне женится. Все, что у тебя есть, будет моим.
Они думали, что я сломаюсь, но не знали, с кем связались. Я — жена генерала. И я не прощаю предателей. Никогда.
Открываю и дверь и вижу на кровати — они. Он в расстегнутой генеральской рубашке, при всех орденах. И она — в моем халате.
— Ой, — тянет она, — а мы, кажется, заказывали еду, но не бабу в возрасте.
Виктор дергается, пытается подняться. Его медали звенят.
— Лена? Это не то, что ты думаешь!
Она кладет руку ему на плечо. Демонстративно. Глядя мне в глаза.
— Может, объяснишь своей жене, кто теперь главная женщина в твоей жизни?
Я смотрю на нее. На мой браслет с гравировкой «Моей единственной. Навсегда» на ее запястье.
— Ты никто. Ты просто старая жена, которую он уже год как не замечает. Витюша на мне женится. Все, что у тебя есть, будет моим.
Они думали, что я сломаюсь, но не знали, с кем связались. Я — жена генерала. И я не прощаю предателей. Никогда.
В день нашей двадцатой годовщины муж дарит мне не цветы, а беременную любовницу за праздничным столом. Потом блокирует карту, показывает заранее подготовленный развод и предлагает жалкие триста тысяч за двадцать лет моей жизни. Он уверен, что мне некуда идти и я подпишу всё, лишь бы не остаться одной. Но Андрей ошибся: я больше не его удобная жена — и теперь он сам пожалеет, что решил выбросить меня из собственной жизни.
– Даже не знаю, что мне нравится больше, – протянул незнакомый женский голос. – Новые тачки или ты.
Я машинально остановилась возле кабинета мужа. Взглянула на табличку у него на двери «Воронцов Лев, коммерческий директор автосалона». Ошибки не было.
Секунду спустя раздался смех мужа.
– Выбор очевиден, – ответил он. – Но чтобы не выбирать, в следующий раз можем заняться этим прямо в одном из новеньких автомобилей.
Я не сразу поверила, что действительно это услышала.
Посмотрев на закрытую дверь, поняла, что если сейчас развернусь и уйду, то остаток жизни буду мучить себя вопросами.
Решительно толкнув дверь, вошла внутрь.
Медленно перевела взгляд со Льва на девушку и обратно.
– Ты тут чем торгуешь? Машинами… или собой? – спросила, чувствуя, как сильно болит под ребрами.
Я машинально остановилась возле кабинета мужа. Взглянула на табличку у него на двери «Воронцов Лев, коммерческий директор автосалона». Ошибки не было.
Секунду спустя раздался смех мужа.
– Выбор очевиден, – ответил он. – Но чтобы не выбирать, в следующий раз можем заняться этим прямо в одном из новеньких автомобилей.
Я не сразу поверила, что действительно это услышала.
Посмотрев на закрытую дверь, поняла, что если сейчас развернусь и уйду, то остаток жизни буду мучить себя вопросами.
Решительно толкнув дверь, вошла внутрь.
Медленно перевела взгляд со Льва на девушку и обратно.
– Ты тут чем торгуешь? Машинами… или собой? – спросила, чувствуя, как сильно болит под ребрами.
У неё есть ресторан, муж и младшая сестра. Но однажды ночью соус на плите сворачивается, а вместе с ним — вся её прежняя жизнь.
Оксана привыкла всё контролировать: температуру, поставки, меню. Она не привыкла проверять приложение для доставки на телефоне мужа. Особенно когда букет адресован её собственной сестре. В ту секунду рушится не просто брак — рушится иллюзия, что она была главной в собственной истории.
Оксана не будет делить ресторан и позволять себя жалеть. Она уходит в работу, в тишину служебной квартиры. А когда на пути снова появляется тот, кого она не заметила двенадцать лет назад, придется выбирать: защищаться или довериться.
— Я не тороплю тебя. Просто хочу, чтобы ты знала: я здесь не из-за пиара. Я здесь, потому что двенадцать лет — это долго, чтобы забыть человека, но недостаточно, чтобы захотеть повторить с кем-то другим то, что я хотел с тобой.
Оксана привыкла всё контролировать: температуру, поставки, меню. Она не привыкла проверять приложение для доставки на телефоне мужа. Особенно когда букет адресован её собственной сестре. В ту секунду рушится не просто брак — рушится иллюзия, что она была главной в собственной истории.
Оксана не будет делить ресторан и позволять себя жалеть. Она уходит в работу, в тишину служебной квартиры. А когда на пути снова появляется тот, кого она не заметила двенадцать лет назад, придется выбирать: защищаться или довериться.
— Я не тороплю тебя. Просто хочу, чтобы ты знала: я здесь не из-за пиара. Я здесь, потому что двенадцать лет — это долго, чтобы забыть человека, но недостаточно, чтобы захотеть повторить с кем-то другим то, что я хотел с тобой.
- Что слышала! - повышает голос мой муж. - Сырники обратно. Круассан тоже. Возьми яйца, овощи. Вон салат есть. Нормальный здоровый завтрак.
- Я взяла огурцы и помидоры.
- Ага, чтобы они не скучали рядом с тестом и жиром.
Мне хочется ударить его тарелкой. Не сильно. Так, воспитательно. Чтобы понял, что публично унижать жену - плохая идея.
- Никита, сегодня мой день рождения.
- Вот именно. Не надо начинать день рождения с обжорства.
__________
В последнее время мой муж Никита сильно переживает за мое питание. Оказывается, не просто так. Пока я соблюдаю строгую диету, он изменяет мне с лучшей подругой. Именно такой сюрприз они устроили на мой сороковой день рождения. А я приведу себя в порядок, обязательно приду в форму, но не для него.
- Я взяла огурцы и помидоры.
- Ага, чтобы они не скучали рядом с тестом и жиром.
Мне хочется ударить его тарелкой. Не сильно. Так, воспитательно. Чтобы понял, что публично унижать жену - плохая идея.
- Никита, сегодня мой день рождения.
- Вот именно. Не надо начинать день рождения с обжорства.
__________
В последнее время мой муж Никита сильно переживает за мое питание. Оказывается, не просто так. Пока я соблюдаю строгую диету, он изменяет мне с лучшей подругой. Именно такой сюрприз они устроили на мой сороковой день рождения. А я приведу себя в порядок, обязательно приду в форму, но не для него.
— Прикинь, я своей правду сказал, а она не поверила.
— Зачем признался?
— Она пристала: изменяешь, не изменяешь. Я взбесился. Сразу успокоилась! Сказала, шучу, быть того не может.
— Вот бабы глупые!
У нас с мужем нет паролей на телефонах, впервые за двадцать лет я решаюсь прочитать его переписку. После долгой командировки, страха, молитв за него, когда он ТАМ.
Бес попутал? Все изменяли, и он изменил?
Нахожу видео, будто с Белоснежкой из «9 роты»!
Дальше — больше. С десяток разных любовниц на видео. В мирное время…
— Кристиночка, родная! — порывисто говорит муж. — Это не то, что ты думаешь! Я люблю тебя больше жизни! Ты лучшая женщина в мире!
Сердце щемит от боли.
— Зачем же ты изменял мне?
— Да просто… Это нормально для мужика! Развлечение, разнообразие! Этих баб и нормальными-то назвать нельзя. А ты — другое! Мое золотце…
Но я не прощаю предательство и ухожу.
А он еще не знает, какую расплату приготовила судьба для него и Белоснежки...
— Зачем признался?
— Она пристала: изменяешь, не изменяешь. Я взбесился. Сразу успокоилась! Сказала, шучу, быть того не может.
— Вот бабы глупые!
У нас с мужем нет паролей на телефонах, впервые за двадцать лет я решаюсь прочитать его переписку. После долгой командировки, страха, молитв за него, когда он ТАМ.
Бес попутал? Все изменяли, и он изменил?
Нахожу видео, будто с Белоснежкой из «9 роты»!
Дальше — больше. С десяток разных любовниц на видео. В мирное время…
— Кристиночка, родная! — порывисто говорит муж. — Это не то, что ты думаешь! Я люблю тебя больше жизни! Ты лучшая женщина в мире!
Сердце щемит от боли.
— Зачем же ты изменял мне?
— Да просто… Это нормально для мужика! Развлечение, разнообразие! Этих баб и нормальными-то назвать нельзя. А ты — другое! Мое золотце…
Но я не прощаю предательство и ухожу.
А он еще не знает, какую расплату приготовила судьба для него и Белоснежки...
Я стою в коридоре нашего офиса. Дверь в кабинет мужа приоткрыта. В руках у меня коробочка с детскими пинетками, а внутри — новая жизнь. Я пришла сказать Диме, что стану матерью. Но из-за двери доносится женский смех, и я замираю на месте.
— Дима, ты обещал, что разведешься с ней до конца лета. Лето заканчивается. Я устала ждать.
— Я разведусь. Просто нужно время. Ты же не хочешь остаться ни с чем?
— Не хочу. Я вообще не понимаю, как ты столько лет с ней живешь. Она же холодная, как рыба. И детей у нее никогда не будет. Ты сам говорил — она бесплодная.
Коробка падает из моих рук. Я распахиваю дверь. Мой муж в кресле. Она — на его столе, вульгарно закинув ногу на ногу. Смотрит на меня и растягивает губы в улыбке:
— Ой, привет. А ты, наверное, та самая бесплодная?
***
Каждый получит то, что заслуживает. Бывший — пустоту. А я — свободу.
— Дима, ты обещал, что разведешься с ней до конца лета. Лето заканчивается. Я устала ждать.
— Я разведусь. Просто нужно время. Ты же не хочешь остаться ни с чем?
— Не хочу. Я вообще не понимаю, как ты столько лет с ней живешь. Она же холодная, как рыба. И детей у нее никогда не будет. Ты сам говорил — она бесплодная.
Коробка падает из моих рук. Я распахиваю дверь. Мой муж в кресле. Она — на его столе, вульгарно закинув ногу на ногу. Смотрит на меня и растягивает губы в улыбке:
— Ой, привет. А ты, наверное, та самая бесплодная?
***
Каждый получит то, что заслуживает. Бывший — пустоту. А я — свободу.
Следующие несколько дней трещины стали заметнее. Алексей начал чаще задерживаться. Говорил, что «дедлайны», «команда просит помочь». Однажды я увидела, как он быстро убрал телефон, когда я вошла в комнату. В другой раз заметила в его машине незнакомый женский шарф. Когда я спросила, он отмахнулся: «Коллега забыла, подвёз».
Свекровь звонила чаще обычного. Она всегда опекала Алексея и часто давала советы.
— Анечка, ты бы больше времени уделяла дому, — говорила она заботливо. — Мужчине нужна жена, которая создаёт уют. Лёша устаёт, ему нужна поддержка. Я вот недавно в салоне познакомилась с хорошей девочкой, Кристиной. Очень милая, простая.
Её слова неприятно царапали, но я старалась не обращать внимания. Почему она так часто сравнивает меня с кем-то?
Свекровь звонила чаще обычного. Она всегда опекала Алексея и часто давала советы.
— Анечка, ты бы больше времени уделяла дому, — говорила она заботливо. — Мужчине нужна жена, которая создаёт уют. Лёша устаёт, ему нужна поддержка. Я вот недавно в салоне познакомилась с хорошей девочкой, Кристиной. Очень милая, простая.
Её слова неприятно царапали, но я старалась не обращать внимания. Почему она так часто сравнивает меня с кем-то?
Мне нужно было с кем-то поговорить. С кем-то, кто не будет жалеть, а просто выслушает. Я набрала Оксану. Моя лучшая подруга, мой алтарь доверия. Она вчера ушла с праздника раньше всех, сославшись на мигрень.
- Оксан, проснись! - я чуть не кричала в трубку, когда она наконец ответила. - Он не пришёл. Он там, в старом городе. Я вижу его на карте. Помоги мне, я сойду с ума!
Голос Оксаны был странным. Каким-то слишком ровным, заторможенным.
- Юль, успокойся. Ты просто накрутила себя. Старый город? Может, там встреча в неформальной обстановке? Инвесторы любят такие места. Хочешь, я заеду утром? Мы его выследим. Я буду твоим водителем. Мы выведем его на чистую воду, если тебе так спокойнее.
Я выдохнула. Вот она, женская солидарность. Если бы я тогда знала, что эта «солидарность» пахнет тем же приторным парфюмом, что и пиджак моего мужа…
- Оксан, проснись! - я чуть не кричала в трубку, когда она наконец ответила. - Он не пришёл. Он там, в старом городе. Я вижу его на карте. Помоги мне, я сойду с ума!
Голос Оксаны был странным. Каким-то слишком ровным, заторможенным.
- Юль, успокойся. Ты просто накрутила себя. Старый город? Может, там встреча в неформальной обстановке? Инвесторы любят такие места. Хочешь, я заеду утром? Мы его выследим. Я буду твоим водителем. Мы выведем его на чистую воду, если тебе так спокойнее.
Я выдохнула. Вот она, женская солидарность. Если бы я тогда знала, что эта «солидарность» пахнет тем же приторным парфюмом, что и пиджак моего мужа…
Выберите полку для книги