Книги в жанре «Служебный роман»

— Подалки – это холошо, но можно тебе, Дедушка Молоз, загадать желание?
Дочурка стоит перед моим боссом, одетым в костюме главного новогоднего волшебника, который ему очень идёт, подчеркивает ширину плеч, стать и рост.
На деда он даже с бородой не тянет.
— Ну, как такой милахе откажешь? Загадывай, — соглашается Мороз Сергей Иванович.
— Мы хотим получить на Новый год папу!
От этого желания у меня всё внутри обрывается.
— А вообще. Вы же сыщик. Желание – это ненадёжно, — подключается Даня, мой сынок — Дед… дедектив Мороз, найдите нашего папу.
— Ага, а я сейчас его налисую.
Маша бежит к столику, где до этого дети рисовали новогодние ёлки. Возвращается буквально через миг, протягивает листок.
Палка, палка, огуречик.
С такими данными поиск обречен. Да и Пашка сам не будет рад быть найденным…
Мой муж в канун прошлого Нового года ушёл за горошком для оливье и не вернулся…

— Через 15 минут вы сыграете роль моей невесты. Зарплата удваивается. Отказываться нельзя.
— Но… что это значит? Я… не могу?
— Почему? Беременна? — головой мотает. — Муж есть? Так за те деньги, что я тебе заплачу, он от тебя сам откажется.
Замечаю, как она руки в кулаки сжимает, зубастенькая, значит. Уже неплохо.
— Нет. Я не замужем, Марк Андреевич, но…
— Вот и отлично. Значит, никаких препятствий. Теперь слушайте, что от вас потребуется.
***
Дед поставил условие жениться до Нового года или все миллионное наследство будет передано в «Фонд сохранения и защиты сохатых оленей». У меня остался месяц, и все бы ничего, если бы проверяющие юристы не пришли именно сегодня, а рядом со мной не оказалась моя помощница...

🎄Что случится, если в канун Нового года в дверь постучится… твой босс?
Я сбежала на дачу, мечтая о семейном празднике и оливье, но по стечению обстоятельств осталась совсем одна.
И вот теперь, когда дороги перекрыты, свет мигает, а за окном ревёт метель, ко мне вваливается не кто-нибудь, а человек, который не верит ни в чудеса, ни в Новый год, ни, кажется, в людей вообще. Мой босс.
А когда от ненавистного босса не скрыться даже в новогоднюю ночь — жди чудес.

Ирина - новая сотрудница знаменитого архитектурного бюро. Ну и что, что ей 45, а вокруг одна молодежь? Ну и что, что она 15 лет проработала на госслужбе? Ну и что, что за ней сразу пытается приударить амбициозный молодой босс? Стоп, что? Он ещё и на 20 лет младше? Несите огнетушители, это будет горячо!

– Скажи «стоп», – я касаюсь губами ее виска, чувствую, как она задерживает дыхание. – Скажи «нет» – и я отойду.
Она молчит. Секунду. Две. Потом резко поднимает голову – и ее губы находят мои. Она прикусывает мне губу, а я расстегиваю ее заколку и запускаю пальцы в волосы. Целую в шею, там, где сумасшедше бьется пульс. Она стонет – тихо, зло, будто действительно все еще собирается сопротивляться.
– Я старше тебя на двадцать лет, – шепчет она, цепляясь пальцами за мой ремень.
– А я все еще твой босс, – я сжимаю ее крепче. – И, если мне не понравится, я тебя уволю.

У крановщика Бориса Ефимовича украли кран.
Только не подумайте, что это тот, на котором он работает, поднимая тяжёлые грузы на немыслимую высоту, а бытовой.

– Отчаявшаяся, одинокая и в возрасте. То что нужно, – спокойным голосом говорит мужчина.
– Мне всего тридцать пять.
– Для женщины в разводе, без работы, да ещё и с чужим ребенком на руках звучит, как приговор. Ты мне подходишь.
– Потому что я одинока?
– Потому что ты никому не нужна, и ради этой девочки пойдешь на все, чтобы сохранить работу.
– На все? – Вспыхиваю я, надеясь, что он не намекает на…
– Надя, не накручивай себя, за кого ты меня принимаешь?
Он бросает это таким тоном, что я сразу понимаю, такие, как я Бисарову не ровня. Он передвигается на инвалидной коляске, после сложной аварии, но на такую, как я даже не посмотрит.
Я просто отчаявшаяся женщина с ребенком, которая никому не нужна, вынуждена устроиться к этому мужчине на работу, чтобы выжить.

Ненавижу корпоративы. И этот – особенно!
Потому что я должна была быть дома с Лизой и печь имбирные пряники. А вместо этого мчусь в горы. С дочкой в багажнике…

***
Три дня до Нового года.
Два одиноких родителя.
И одно черное платье, которое изменит все.
Легкий новогодний роман о том, что иногда чудеса устраивают дети.

Пять лет. Целых пять лет этот «волшебный» праздник был для меня не запахом мандаринов и надежд, а точным напоминанием: вот тут, прямо под бой курантов, твое сердце разбили в мелкие осколки, которые потом больно впиваются в подошвы весь год.
Поэтому, когда весь офис с начала декабря погрузился в предпраздничную истерику - гирлянды, корпоративы, обсуждение, кто в какого Деда Мороза нарядится, - я чувствовала себя агентом под прикрытием в стане врага. Моя миссия: пережить. Не радоваться, не веселиться. Просто пережить.
Мое спасение пришло в виде приказа о командировке. Срочной. В глубинку. Перед самым Новым годом. Боже, да я готова была расцеловать того неведомого олигарха, который захотел строить себе замок посреди снежной бури прямо перед праздником.

Меня заперли в кабинете с горячим боссом во время новогоднего корпоратива. Он друг и партнёр моего жениха, и в последнее время ведёт себя недопустимо. Телефоны молчат, интернет отключён. А на экране его компьютера я вижу, как мой жених и подруга празднуют без меня… «Что будешь делать?» — спрашивает он. — «Плакать или мстить?»

Однажды метель толкнула меня в объятия взрослого, опытного и совершенно запретного мужчины.
Наша связь была короткой, яркой и закончилась катастрофой.
Он разбил мне сердце, и я потратила годы, чтобы собрать себя по кусочкам и нарастить броню.
Но у судьбы странное чувство юмора. Теперь он выкупил компанию, в которой я работаю.
Он — мой новый босс.

"- Давайте всё забудем,- мой голос сорвался на хрип.
- А если я не хочу забывать?
- Это какая-то шутка?
- Что конкретно? — Павел делает короткий шаг, почти вжимая меня в столешницу своим телом.
- Всё это! — выкрикиваю я, толкаю его, но он не двигается. И даже не усмехается, смотрит тяжело, серьёзно.
- Отойдите, — снова сипло вылетает из горла. - Сперва вы вышвыриваете меня из своей жизни, а спустя два года решаете, что передумали? А между тем ваша любовница устраивает вам десерт прямо под столом!
- Ревнуешь?
- Нет, — отвечаю я, но это звучит жалко и неубедительно.
И вдруг Павел наклоняется ниже и жадно впивается в мои губы"