Книги в жанре «Психологическая драма»
Инга двенадцать лет ждала, когда её сын заговорит. Коля — аутист. Он не смотрит в глаза, не отвечает на вопросы и каждый день стучит пальцем по плинтусу — проверяет, на месте ли мир. Инга устала. Муж давно спит на диване.
Однажды она ведёт сына к целителю, который обещает чудо. И чудо случается. Но то, что возвращается, — не её сын.
Психологический триллер о любви, которая убивает. О желании «нормальности», которое разрушает. И о том, что иногда монстра создаём мы сами.
Однажды она ведёт сына к целителю, который обещает чудо. И чудо случается. Но то, что возвращается, — не её сын.
Психологический триллер о любви, которая убивает. О желании «нормальности», которое разрушает. И о том, что иногда монстра создаём мы сами.
Новая редакция: честнее, глубже, бережнее
Книга о кризисе, самоподдержке и возвращении к себе
Эта книга — не учебник в привычном смысле. В ней нет скучных теорий, сложных терминов и универсальных решений. В ней есть живые истории, которые вы узнаете, упражнения, которые вы сможете делать прямо сейчас, сидя на кухне или в метро, и практические инструменты, которые используются в психологическом консультировании и самопомощи в разных формах.
Книга о кризисе, самоподдержке и возвращении к себе
Эта книга — не учебник в привычном смысле. В ней нет скучных теорий, сложных терминов и универсальных решений. В ней есть живые истории, которые вы узнаете, упражнения, которые вы сможете делать прямо сейчас, сидя на кухне или в метро, и практические инструменты, которые используются в психологическом консультировании и самопомощи в разных формах.
Этот роман — не о смерти. Это роман о тех, кто остаётся.
Мы привыкли думать, что самое страшное — умереть. Но на самом деле самое страшное — продолжать жить, когда внутри всё умерло. Лиза каждый день доказывает себе, что она сильная. Но сила не в том, чтобы не плакать. Сила — в том, чтобы встать с колен, когда мир обрушился на тебя дважды.
Доктор Дмитрий говорит ей: «Твой сын видит только тень матери. Позволь себе быть живой». И это самое жестокое и самое целительное, что можно услышать, когда теряешь всё.
Даже если сейчас вам кажется, что солнце погасло навсегда — просто подождите. Кто-то обязательно протянет вам ладонь, чтобы согреть. Даже в самых стерильных стенах. Даже в самой тёмной ночи.
Мы привыкли думать, что самое страшное — умереть. Но на самом деле самое страшное — продолжать жить, когда внутри всё умерло. Лиза каждый день доказывает себе, что она сильная. Но сила не в том, чтобы не плакать. Сила — в том, чтобы встать с колен, когда мир обрушился на тебя дважды.
Доктор Дмитрий говорит ей: «Твой сын видит только тень матери. Позволь себе быть живой». И это самое жестокое и самое целительное, что можно услышать, когда теряешь всё.
Даже если сейчас вам кажется, что солнце погасло навсегда — просто подождите. Кто-то обязательно протянет вам ладонь, чтобы согреть. Даже в самых стерильных стенах. Даже в самой тёмной ночи.
На «Константе» нет кружек. Там не пьют кофе, не спорят по утрам. Там молчат, но не вместе, а порознь. Только идеальная эффективность и абсолютное одиночество.
Там живут те, кем могли стать Глеб и Юлиан.
Реальности сцепились. Чтобы выжить, им придётся объединиться с теми, кем они могли стать. Что важнее — контроль или право на ошибку, расчёт или способность чувствовать? У них есть несколько часов. И тот, другой Юлиан, уже тянется к теплу.
Там живут те, кем могли стать Глеб и Юлиан.
Реальности сцепились. Чтобы выжить, им придётся объединиться с теми, кем они могли стать. Что важнее — контроль или право на ошибку, расчёт или способность чувствовать? У них есть несколько часов. И тот, другой Юлиан, уже тянется к теплу.
Он обнял меня сзади — крепко, уверенно, слишком близко… Его ладони сжали мою талию, скользнули ниже…
***
Мы с Марго дружим с детства. Теперь нам по двадцать один.
Я часто ночевала в их доме, её мама всегда была мне как родная…
Но теперь у неё новый муж. Отчим моей подруги. Слишком молодой. Слишком красивый. Слишком опасный.
И то, как он смотрит на меня… Разве так смотрят мужчины, которые должны оставаться в стороне? Или мне всё это только кажется?..
***
Мы с Марго дружим с детства. Теперь нам по двадцать один.
Я часто ночевала в их доме, её мама всегда была мне как родная…
Но теперь у неё новый муж. Отчим моей подруги. Слишком молодой. Слишком красивый. Слишком опасный.
И то, как он смотрит на меня… Разве так смотрят мужчины, которые должны оставаться в стороне? Или мне всё это только кажется?..
История о взрослении.
О принятии.
О кризисе среднего возраста и о подростковом бунте.
О том, как непросто быть мамой. Как сложно ребёнку, уставшему от гиперопеки.
И о том, что родители и дети могут услышать и понять друг друга, если на самом деле захотят.
О принятии.
О кризисе среднего возраста и о подростковом бунте.
О том, как непросто быть мамой. Как сложно ребёнку, уставшему от гиперопеки.
И о том, что родители и дети могут услышать и понять друг друга, если на самом деле захотят.
Меня зовут Ада Беккер.
Я умирала девять раз.
И каждый раз — из-за них.
В этой жизни я решила одно: я не буду бороться.
Пусть сестра толкает меня в бассейн.
Пусть родители делают вид, что меня нет.
Пусть брат спасает только потому, что иначе «Агата расстроится».
Я просто хочу закончить эту историю.
Но когда жертва перестаёт бояться — монстры начинают паниковать.
Сколько жизней нужно прожить, чтобы понять: дело никогда не было в тебе?
Я умирала девять раз.
И каждый раз — из-за них.
В этой жизни я решила одно: я не буду бороться.
Пусть сестра толкает меня в бассейн.
Пусть родители делают вид, что меня нет.
Пусть брат спасает только потому, что иначе «Агата расстроится».
Я просто хочу закончить эту историю.
Но когда жертва перестаёт бояться — монстры начинают паниковать.
Сколько жизней нужно прожить, чтобы понять: дело никогда не было в тебе?
Элинор — сестра Ордена Филомены. Рамон — простой мастер-наладчик . Оба пожинают плоды ошибок юности, проклинают людей и обстоятельства. Они встретились в необъятном Гранд-Леонарде, чтобы найти друг в друге утешение, а затем вместе построить собственную комфортную реальность. Правда, выбрали они для этого весьма необычный способ... Чем закончится их эксперимент?
Вновь этот город несбывшихся надежд, и снова юная гитаристка - Тори, стремится собрать осколки судьбы.
Чего ожидать от череды перемен в хлипко склеенной жизни в стиле рок? Когда оставляют одну во тьме, те, на кого следует молиться. Когда в любимое детище - в рок-группу, застрявшую между падением и стремлением ввысь, вторгаются и новый друг, и старый враг. Когда сама себе не принадлежишь, и задаваясь вопросом: «Смысл?» - не находишь ответа.
И всё бы ничего, если бы не демоны - они разрушают её жизнь, превращая каждый день в кошмар наяву. И речь не о тех демонах что обитают в преисподней, речь о тех демонах, что таятся в наших умах.
Чего ожидать от череды перемен в хлипко склеенной жизни в стиле рок? Когда оставляют одну во тьме, те, на кого следует молиться. Когда в любимое детище - в рок-группу, застрявшую между падением и стремлением ввысь, вторгаются и новый друг, и старый враг. Когда сама себе не принадлежишь, и задаваясь вопросом: «Смысл?» - не находишь ответа.
И всё бы ничего, если бы не демоны - они разрушают её жизнь, превращая каждый день в кошмар наяву. И речь не о тех демонах что обитают в преисподней, речь о тех демонах, что таятся в наших умах.
Гордиан попытался сделать с собой такое, после чего все обычно заканчивается. Тем не менее, он... просыпается, а значит, все еще осознает себя. Впрочем, пробуждение ли это, или все еще сон? И что таит в себе это незнакомое место, где он оказался по чьей-то злой воле?
Выберите полку для книги