Читать и слушать книги

На экране снимок УЗИ. Маленькая точка, едва различимый силуэт. Рядом надпись: "9 недель". Я невольно улыбаюсь. Беременность - это всегда чудо, даже если я вижу это на снимке чужого человека.
— Поздравляю, — говорю я искренне, возвращая телефон. — Это ваш первый ребенок?
Марта отвечает не сразу. Она смотрит на меня, и ее улыбка становится почти торжествующей.
— Да, первый, — говорит она наконец. — И я очень рада. Но знаете, Екатерина Андреевна, я пришла не за советами о родах или страхах материнства.
— А за чем? — спрашиваю я, чувствуя, как внутри нарастает тревога.
Она откидывается на спинку кресла, словно наслаждаясь моментом.
— Это ребенок вашего мужа, — говорит она, и каждое слово падает, как камень, разбивая мой мир на куски. — Я его любовница.

- Вера, - сказал он тихо. - Нам надо поговорить.
Я знала. Ещё до того, как он произнёс эту фразу - самую страшную фразу в семейной жизни - я знала.
- Конечно, - сказала я слишком бодрым голосом. - Давай поговорим за ужином. Я утку запекла, с апельсиновым соусом, как ты любишь.
- Вера, - он наконец посмотрел мне в глаза. - Я ухожу.
Два слова. Они повисли между нами, тяжёлые, как бетонные плиты.
- Куда? - глупо спросила я, словно он собирался в командировку.
Александр вздохнул. В этом вздохе было всё: усталость, сожаление и облегчение человека, наконец решившегося прыгнуть с высоты.
- К Ольге. Моей… - он запнулся.
- Секретарше, - закончила я за него. - Вы давно?..
- Восемь месяцев, - ответил он просто.
- Ты уверен? - спросила я тихо, чувствуя как на кусочки рвётся сердце. - В том, что хочешь разрушить всё, что у нас было?
- Я больше не люблю тебя, - ответил он просто. - Прости.

– А знаешь, это всё ты виновата! – скрежетнул зубами муж. - Вечно недовольная, неухоженная. Да у меня на тебя с трудом встаёт! Тут любой здоровый мужик налево пойдёт! – орет он, а Ксюша начинает плакать.
– Говори тише! Ты её напугал, – шиплю я, покачивая дочь.
– Вот я про то и говорю! Совсем зациклилась! Тебя только ребёнок и деньги волнуют. На меня плевать!
– Ну семейная жизнь она такая, знаешь ли! Не вечный праздник! – Меня трясёт. В ушах звенит.
– Нахрен такую! – рявкает Стёпа, я вздрагиваю вместе с дочкой, после чего она начинает плакать с новой силой.
– Всё? Наигрался в семью, значит? –
– Да, прости, наигрался! Вот так, по самое горло наигрался! – Он резко проводит рукой по горлу. – Аж домой возвращаться не хочется. Я сюда как на каторгу каждый день иду!
– Ну так и вали отсюда! Мы и без тебя отлично проживём! – кричу я, а по щекам катятся предательские слёзы.
– На что ты проживёшь? – кривится. – Если я тебе денег давать не буду, ты ж первой приползёшь клянчить.

– Дорогой, ну когда ты наконец скажешь этой клуше? – произнес женский голос, и меня будто ледяной водой окатило.
Клуша? Клуша?! Что тут, черт возьми, происходит?
Я застыла, держа на руках внучку. Вся превратилась в слух.
– Скажу, детка, скажу. Но сначала ты ротиком поработай, как следует, – произнес мужчина, и я уже не заледенела – окаменела.
Голос мужа я узнала бы из миллиона голосов.
– Вот так. Вот так, да. Мне сорок пять всего, а эта дура меня уже дедом называет, ты прикинь.
Влажные звуки. Горячие звуки.
Клуша и дура – я.

— Кто она? — всхлипнула я. — Та девка, которую ты в такси посадил!
Александр стиснул челюсти.
— Я не планировал заводить этот разговор так скоро.
— А что ты планировал? — вздрогнула я. — Продолжать жить со мной, а спать с этой…
— У неё есть имя, — поморщился супруг. — Её Ольгой зовут.
— Да мне плевать, как её зовут! Я её вообще в свою жизнь не звала!
— Ну, как видишь, это решать не тебе, — цинично бросил муж. — Да, у меня есть другая. Жизнь вносит свои коррективы.
— Так это жизнь тебя заставила в постель её к себе затащить?!
— Чувства! — рявкнул в ответ Александр. — Чувства вспыхнули, понимаешь? Что-то, чего между нами давно нет. А, может, никогда и не было! И мне винить себя не за что. И тебе я делать этого не позволю!

Он появился внезапно, как будто материализовался из серой дождевой пелены. Высокий, под два метра, в идеально сидящем черном пальто, которое даже не успело намокнуть.
Его движения были точными, экономными — ни одного лишнего жеста, ни одного неверного шага. Когда он снял перчатки, я заметила длинные, тонкие пальцы пианиста и безупречно подстриженные ногти.
— Анна Клименко? — Его голос был ровным, глубоким, словно доносился из глубины пещеры. — Артём Громов.
Он сел напротив, поставив на стол тонкий кожаный портфель из мягчайшей кожи. Когда он открыл его, я уловила слабый запах дорогой кожи и... чего-то еще. Пороха? Или это мне показалось?
Про Громова говорили, что он хороший адвокат. И что умеет не только ручку “паркер” в руках держать.

- Ты сама просила меня ей помочь, так чего сейчас плачешь? Это ты просила проявить участие с чисто мужской стороны, - вытирая мои слезы, спокойно говорит муж.
- Но я не просила тебя с ней спать, Руслан! Я не просила тебя изменять! – голос срывается в болезненный хрип.
Муж смотрит на меня внимательно и пожимает плечами.
- А я решил иначе, Алин.

Двадцать лет брака закончились в один миг. Я попросила мужа помочь подруге с разводом, ну он и помог. Теперь она, его любовница, а я… я с ним развелась. Вот только даже спустя полтора года, он все еще это не принял.
Ведь он решил иначе.

Мой супруг сообщил, что у него появилась молодая пассия. Когда я отказалась мириться с этой ситуацией и жить в каком-то нелепом трио, он пригрозил оставить меня без средств к существованию. Я не приняла эту ситуацию, ведь роль второй жены – не для меня.

– Да, у меня есть любовница, – произносит он буднично, будто сообщает о походе в магазин. – Молодая.
– И ты вот так буднично решил мне об этом сказать? – дрожащим голосом говорю предателю.
– А как я должен был это тебе сказать? Я не хочу тебя больше обманывать, – нагло бросает мне в глаза. – Ты должна принять этот факт.
– Принять измену собственного мужа?
– Лера, что в этом такого? – его тон холодный и властный. – Успешные мужчины заводят любовниц. Это нормально. Просто я решил тебя не обманывать.
– Какой ты благородный, – ехидно улыбаюсь. – Благодарю за заботу.
Мои руки трясутся, но я не плачу и не кричу. Просто стою, чувствуя, как внутри что-то медленно умирает.

— Я не заинтересован в серьёзных отношениях. Поэтому только так… — босс показывает на документ, который я имела неосторожность подписать.
Контракт на фиктивные отношения.
Ещё вчера я бы гордо удалилась, хлопнув дверью на подобное предложение, но сегодня мой мир перевернулся.
— Кто поверит, что я ваша невеста? — недоверчиво хмыкаю, выразительно скосив взгляд на совместное фото босса и его бывшей.
Фоторамка тут же летит в мусорное ведро.
— А если так?
Мой безымянный палец берёт в плен красивое помолвочное кольцо.
— Я согласна, только вместо оплаты вы должны будете выполнить моё условие…
— Какое?
Ну всё! Чувствую, сейчас и кольцо заберут, и с работы уволят. Но другого шанса решить свою проблему я не вижу.
____________
Викторию и Александра бросили пары на пороге ответственного шага, но цепочка случайных совпадений свела их вместе. Готовы ли они принять правила игры, чтобы осуществить свои желания и взять ответственность за последствия?

Он всегда говорил: «У нас нет секретов».
И вот сообщение на его телефон.
«Ты сегодня приедешь? Я скучаю…»
Сердце замирает. Потом начинает биться так, будто хочет вырваться из груди.
Мои пальцы дрожат. Я листаю вверх – там ещё сообщения.
«Ты обещал».
«Не заставляй меня ждать».
«Я знаю, ты сейчас один».
Нет, нет, нет!!!
Горло сжимает спазм. Я хватаюсь за тумбочку, чтобы не упасть.
Значит, он… Изменял.
Кто она? Когда? Как долго?
В животе сводит так, что я сгибаюсь пополам. Воздух не проходит. Сердце бьётся где-то в горле, бешено, срываясь с ритма.
Вспоминаю его задержки. Его телефон, который он теперь везде берёт с собой. Его взгляд, который стал скользить мимо…
Я дура! Слепая, наивная дура
Слёзы льются без звука. Горячие, ядовитые.
Я ненавижу его!
Но хуже всего – где-то глубоко, под всей этой болью, я всё ещё люблю его.
И от этого – ещё больнее.
Как он мог?
⚡⚡⚡