Читать и слушать книги

— Без меня у тебя — ничего. Слышишь? Ни-че-го! Ни жилья, ни машины, ни карточки, ни работы. Ты двадцать четыре года сидела у меня на шее!
— Ты прав, — говорю, и голос всё-таки дрожит. — Но знаешь, чего у меня ещё нет? — защёлкиваю чемодан. — Желания провести с тобой под одной крышей ещё хоть одну минуту.
Впервые за двадцать четыре года ему нечего ответить.
***
Мне сорок пять. Половину жизни я была идеальной женой — вела дом, растила детей, молчала, помогала мужу строить бизнес. А он…Он завёл любовницу и был уверен, что я её приму. Что никуда не денусь. А потом я встала посреди светского приёма и сказала правду. При всех. Бокалом по столу.

💖Какой-то богач решил, что нашей деревне игровой клуб важнее моей библиотеки! Теперь я бездомная и безработная. Но складывать лапки я точно не собираюсь! Решено, еду в Лавандово. Бабуля говорит, там есть человек, который мне поможет.
Кто же знал, что на улице меня поймает местный парнишка. Он подарил мне букетик лаванды и привел в свой дом, чтобы я спасла его и отца. Вот только батя мальчика - тот самый мужчина , с которым я провела самую волшебную ночь в своей жизни.

Сестра подняла голову и увидела меня.
Сначала у неё расширились глаза. В них полыхнуло, но не радостью. Сперва - шок, а потом, спустя секунду, - испуг, словно её застали за чем-то неподобающим.
- Надя… - она даже не пыталась скрыть удивление в своём задрожавшем голосе.
Я не ответила, потому что в этот момент уже смотрела на того, кто склонился над конвертом на выписку в её руках.
Есть вещи, которые мозг отказывается принимать с первой секунды. Он ищет возможные ошибки, невероятные совпадения, глупые объяснения: “Может, это не он?” или “Может, просто похож?”
Но это абсолютно точно был Павел.
Мой бывший муж.
- Надя, послушай… - начал он.
- Не смей, - отрезала сразу. Первый раз в жизни я говорила так твёрдо.
Катя сделала осторожный шаг ко мне, ребёнок у неё на руках заворочался.
- Я хотела тебе потом всё объяснить.
- Потом? - с кривой усмешкой переспросила я. - Это когда? Лет через двадцать, на свадьбе моего племянника?

— Я люблю другую.
— А меня ты любил? — спросила Лена.
Макс задумался.
Лена чуть не рассмеялась в голос, глядя на мучение на его лице.
— Ты мне нравилась. Ты на тот момент была идеальным вариантом...
Он не договорил.
Остатки кофе из чашки, которую Лена схватила со стола, оказались у него на лице. Коричневая жидкость стекала по щеке, капала на дорогую рубашку, оставляла пятна, похожие на грязь.
— Ты охренела?! — взвыл Макс, отшатываясь и хватаясь за лицо.
— Нет, дорогой. Это ты охренел. Я тебе не «вариант». Я тебе не вещь. Хочешь уходить — шуруй. Валяться в ногах не стану.
— Да кто тебя просит! — Макс вытер лицо рукавом, оставляя на белой ткани грязные разводы. — Я, наоборот, хочу расстаться по-хорошему. Все-таки десять лет вместе. Как никак, приличный срок.
— Приличный срок это у осужденных, — отрезала Лена. — А то дерьмо, в которое я вляпалась, выйдя за тебя замуж, можно назвать только дефектом моей жизни.

За окном давно стемнело, а я всё ещё здесь – собираю репортаж об открытии нового сезона колеса обозрения «Солнце Москвы». Праздничные кадры, счастливые лица, дети с воздушными шарами. Корреспондент берёт интервью у главы управы на фоне гигантского колеса обозрения. Её голос звенит от энтузиазма: «Колесо обозрения "Солнце Москвы" уже третий год радует москвичей и гостей столицы!».
Камера плывет по толпе. Я уже готова переходить к следующему эпизоду, когда что-то на периферии зрения заставляет меня замереть.
Знакомый силуэт. Знакомые плечи в тёмно-синем костюме.
Ставлю на паузу. Нет. Это невозможно. Но я узнаю этот костюм. Дрожащими пальцами увеличиваю кадр.
Мой муж. Стоит у входа.И он не один. Рядом с ним женщина. Она смеётся, запрокинув голову, и он смотрит на неё.
А потом он наклоняется к ней.
И целует.

Я всегда думала, что у меня хоть и не идеальная жизнь, но идеальный муж.
Пока не открыла дверь гримерки и не увидела его с ассистенткой.
Он даже не стал врать. Просто пожал плечами и холодно бросил:
— Это было пару раз. Ты же умная, поймёшь. Я мужик, мне надо. А ты последнее время слишком трепетная лань, я устал ждать.
В ту секунду что-то внутри меня лопнуло.
Я стояла среди осколков своей жизни и всё, что я вытерпела за два года борьбы с раком, — ради этого?
Наутро я уехала. В никуда. Но получится ли просто так отпустить любовь?

— Здравствуйте, это Софочка?
— Да, это я, — осторожно отвечаю. — А кто спрашивает?
— Ой, я так волнуюсь! — голос на другом конце тонкий, девичий. — Это Настя. Я… мы с вашим братом скоро поженимся. И я очень хочу с вами познакомиться!
— Простите, вы, номером ошиблись. У меня брата нет.
— Как нет? — в голосе девушки неподдельное удивление. — Но… вы же Софочка?
— Да.
— Ну, вот видите! — торжествует незнакомка. — Тогда Максим вам кто?
— А Максим мне, на секундочку, муж.
На том конце провода — тишина.
— Не может быть. Он сказал, что вы его сестра. Что у вас была тяжелая ситуация, развод, депрессия. И что вы с малышкой одни. Он вас содержит, помогает, чтобы вы… чтобы вы ничего с собой не сделали.
Не мужчина — мечта. И нимб прямо полировать можно.
Супруг решил, что может иметь сразу двух женщин. Руководить одновременно двумя реальностями.
Но он жестоко ошибся.
Мы покажем ему, чего стоят наши слезы.
Судьба тоже уже приготовила бумеранг.
Такой, о котором он даже не думал.

На улице, прислонившись к своей иномарке, стоял… Никита.
Мой Никита. Мой муж, который должен был быть на важном совещании. Он ведь написал, что вернется очень поздно.
– Лена? – он вскинул брови. Он явно не ожидал увидеть меня здесь, на рабочем выезде. – Ты же должна быть дома.
– Вызвали... – только и смогла выдавить я.
В этот момент девушка, которую мы вели под руки, вдруг вырвалась и бросилась к моему мужу.
– Никита! Никиточка! – она зарыдала, утыкаясь ему прямо в грудь. – Я упала... подскользнулась в ванной. Случайно. Но теперь живот болит. Никит, мне страшно. Я так боюсь за нашего малыша…
Я стояла как вкопанная. Мир вокруг замер. Звуки сирены, крики мамаши – все стало приглушенным, будто я оказалась глубоко под водой.
Никита... мой муж, который десять лет твердил мне, что «раз не получается, значит еще не время», сейчас нежно гладил эту девицу по волосам, шептал ей слова утешения и при этом смотрел прямо на меня. Холодно и цинично.

– Я знаю, тебе это будет больно слышать, но… Мы с тобой давно разведены.

Пауза. Несколько секунд я даже не понимаю, что муж сказал.

– Подожди… Это как? – шепчу.

– Вот так, – Андрей вытаскивает листы, поворачивает ко мне. – Два года назад я всё оформил. Через людей. Тебя не трогал, чтобы не травмировать. Мы же и так жили… ну ты понимаешь… как соседи. – В его голосе жалость, как в плохом спектакле.

– Два года? – у меня плывёт картинка перед глазами. – Как это? Я ничего не знаю, я… я ничего не подписывала. А как же… – у меня в голове одна мысль, как набат, – как же квартира?

Он улыбается уголком рта. Хищно.

– А квартира, Кариночка, оформлена на меня, – произносит отчётливо, будто диктует ребёнку. – Так будет лучше. И безопаснее. – Пауза. – Не делай круглые глаза, ты же взрослая. Развод разводом, а бизнес – это бизнес.
____

Муж тайно со мной развелся и лишил жилья. А почти через год явился обратно, заявив что готов вернуть нашу семью…

– Она еще дышит! - крикнул кто-то еще, мужчина. - Вызовите скорую! Быстро!
Теплая рука коснулась моего плеча, осторожно, бережно.
– Не двигайтесь, - женщина наклонилась ко мне. Я видела её лицо сквозь пелену - среднего возраста, с добрыми глазами, полными слёз. - Сейчас приедет помощь. Держитесь. Как вас зовут
– Света, - попыталась выговорить я. Получилось только невнятное бульканье.
– Господи, сколько крови, - голос мужчины дрожал. - Что за сволочь... это был внедорожник, черный... я запомнил часть номера! А173... дальше не разглядел, слишком быстро уехал.
А173.
Номер Олега начинался именно так. А173ВМ.
Как это возможно? Нет. Это совпадение. Таких машин сотни! Но вмятина. Эта чертова вмятина на бампере. Я видела её. Видела.
Неужели мой муж только что сбил меня и уехал?