Читать и слушать книги

Между ними ничего общего. Она – трудолюбивая пчелка, которая готова работать круглые сутки, лишь бы исполнить свою мечту и открыть собственный массажный кабинет. Он – раздолбай и балагур, стритрейсер, привыкший менять девчонок, как перчатки. Они работают в одном здании, но никогда друг друга не замечали, если бы не вмешался господин случай. Один поцелуй, одна пощечина, но неужели дело действительно в неприязни?

Они работали совсем рядом, но их пути никогда не пересекались — до того дня, когда судьба свела их на горном курорте. Здесь, среди туманов и тёплого света костров, началось то, что изменило всё.
Он — сдержанный и немного загадочный. Она — мечтательная и недоверчивая после прошлых разочарований. Их отпуск превратился в вихрь случайных встреч, неловких моментов и внезапного влечения, которое уже нельзя было игнорировать. Но когда кажется, что счастье вот-вот станет реальностью, старые страхи и сомнения угрожают разрушить хрупкое доверие.
И только один маленький, липкий маршмеллоу, поджаренный на огне специально для неё, станет тем самым ключом к её сердцу. Потому что настоящая любовь — это не громкие слова, а те незаметные жесты, которые говорят: «Ты — единственная».

РАССКАЗ
— Я знаю, что ты мне изменяешь.
Муж неохотно оторвался от бумаг. Посмотрел на меня с абсолютным равнодушием.
— Доказательства.
— Нет у меня доказательств!
— Нет доказательств – тема закрыта. – Он сложил документы в папку и встал. – Работать ты мне спокойно не дашь, поеду в офис.
— Ты к ней поедешь!
— А если и так? Что ты хочешь? Развод? – Он взял пиджак со спинки кресла и надел. – Развод ты не получишь. Никогда. Мне нужна семья. А если ты всё-таки решишь подать на развод, напоминаю о брачном договоре. Ты не получишь ни денег, ни дочь.

Герман — профессиональный барбер. Он — чертовски красив и знает это. Он — Нарцисс, и не стесняется своего по праву заслуженного звания.
Ясмина — профессиональный аэрографист. Она симпатична и отлично сложена, но при этом очень скромна и стеснительна. Она — Фиалка, и терпеть не может это данное ей сотрудниками прозвище.
Герман и Ясмина не были знакомы, хоть и работали в одном здании. Но, в поисках необходимых им людей, вдруг узнали, что искали именно друг друга.
Такие разные: Нарцисс и Фиалка. Но быть ли им вместе?

Он открывает домик моими ключами, клацает свет внутри. Бросает мою сумочку на постель.
Затем так по-хозяйски скрывается в ванной, что мне остается только упереть руки в бока и пялиться.
- Сейчас же прими горячий душ! Я повысил температуру на обогревателе. А я схожу в общий дом, принесу тебе чая. Не закрывай дверь на замок!
- Что ты так раскомандовался! Я могу о себе позаботиться!
- Видимо, ты еще маленькая. Оставь тебя на минуту без внимания и ты что-либо вытворишь!
И испарился, хлопнув дверью.
Вот самоуверенный, самодовольный... хам!

– Стёп, ты мне что, изменил? – шепчу слишком высоким для привычного голосом.
Муж поднимает голову, окидывает меня внимательным цепким взглядом, от которого становится не по себе.
Пожимает плечами.
– Да, изменил. И что ты будешь с этим делать, Свет?
Меня просто сбивает с ног подобная прямолинейность. Ну ничего себе… даже ухом не повел… как будто я о погоде его спросила, или как дела на работе.
– Развод, – вырывается у меня неожиданно, – я с тобой разведусь.
– Как знаешь, Светик. Дело твоё.
------------------------------
О беременности я узнала только после развода, когда уехала и начала новую жизнь. Ничего не сказала мужу. Решила, что это будет моей местью за его предательство.
Как же я ошиблась, думая, что он не узнает и не найдет…

— Мне не нужна лишняя шумиха. Мы продолжим жить так, будто ничего и не случилось, — муж произносит будничным тоном.
— Как ты сказал? Будто ничего и не случилось ?
— Именно так я и сказал, Аля.
— То есть тот факт, что твоя любовница беременная и претендует на мое туристическое агентство, тебя совсем не волнует?
— Аля, возьми себя в руки и сними уже розовые очки. Все мужчины изменяют.
— Вот и пусть изменяют. Я подаю на развод.
— До выборов этого не будет. Если я не выиграю по твоей вине, ни ты, ни дети не смогут продолжать прежний образ жизни.
— Ты угрожаешь? У дочери выпускной в школе через несколько недель, она сдает экзамены. У Степы игра в Санкт-Петербурге.
— Вот и подумай о детях. А не о моей любовнице. Ничего страшного не случилось.

Распахиваю дверь и застываю на месте.
- Давай, детка, давай, я уже почти… - говорит муж нашей няне.
- Ну что вы, не спешите, я вам не помешаю! - вмешиваюсь я и с удовлетворением наблюдаю, как он дергается, как ошпаренный, и отталкивает от себя девушку.
- Зай, это не то, о чем ты подумала.
- Ты идиот?! - спрашиваю сквозь смех. - Ничего более убедительного не придумал?
- Вика, давай успокоимся и поговорим, как взрослые люди, - блеет мой муж и спешно натягивает штаны. Няня тем временем, кажется, ничуть не смущена ситуацией и даже не делает попытки укрыться или провалиться от стыда сквозь землю.
- Разговаривать будешь с моим адвокатом. Собирай свои манатки и вместе с этой шлюхой сваливай из моей жизни нахрен, - сама удивляюсь, как мне удается не сорваться на истерику и не рыдать.

— Мне Павел изменил, — мой голос предательски дрожит.
На лице Макара Константиновича ничего не отражается. Ни удивления, ни сочувствия. Только напряжённость в линии челюсти. Он медленно делает шаг вперёд.
— Он… у него другая.
В комнате наступает тишина. Я чувствую, как воздух становится гуще, как обостряются все мои чувства. Макар Константинович не спешит говорить. Он просто стоит, тяжело разглядывая меня, словно оценивая масштаб катастрофы.
— Где он сейчас? — наконец спрашивает он.
Я прикусываю губу.
— Не знаю… дома, наверное. Или… нет, не знаю.
Он медленно качает головой.
— Изменил... Шли его на ***, — спокойно констатирует мамин муж.
— Макар! — осаживает его мама.
Наверное, это единственная женщина, которая в его присутствии смеет повышать голос.
Я вздрагиваю. Его голос ледяной, безразличный. Он не говорит слов утешения, не предлагает помощь. Только констатирует факт.
— А что? — спокойно спрашивает он. — Ему только туда и дорога.
— Что мне делать? — мой голос звучит глу

Виктория начинает подозревать мужа в измене и нанимает частного детектива. Одновременно юрист ее семьи рассказывает о своих подозрениях… Ее мир начинает рушиться, но она сильная и не позволит уничтожить себя.

***
— Да что ты опять начинаешь? Я же говорю: работа у меня! — перебивает он, и в голосе слышится раздражение.
Отпускаю штору, разворачиваюсь.
— Я просто хочу знать, когда ты будешь.
— Не знаю! Как закончу, так закончу.
Отрывисто, грубо.
— Ты стал часто задерживаться, Артём. Ты изменился.
— Чушь.
— Это не чушь. Ты холодный. Ты не интересуешься тем, что происходит дома. Ты даже не спрашиваешь, как я…
— Ты меня душишь! — его голос резко поднимается, словно он еле сдерживал раздражение всё это время. — Ты хочешь, чтобы я был рядом двадцать четыре на семь? Хочешь, чтобы я бросил работу? Ты вообще понимаешь, что я стараюсь для нас, а ты только жалуешься?