Книги в жанре «Женский роман»
На наш с сыном общий праздник любимый муж и отец преподнёс грандиозный подарок: заявил, что уходит к другой.
Удар я приняла стойко. Однако, когда выяснилось, кем была его любовница, стало ясно, что конец пришёл не только нашему браку, но и многолетней дружбе. А мой бизнес оказался под угрозой…
Удар я приняла стойко. Однако, когда выяснилось, кем была его любовница, стало ясно, что конец пришёл не только нашему браку, но и многолетней дружбе. А мой бизнес оказался под угрозой…
– Наконец-то! Проходите быстрее, ему очень плохо! – она нервно оглядывается через плечо, будто боится, что пациент умрет, пока мы разговариваем.
– Где пациент? – спрашиваю я, проходя в просторную прихожую.
– В спальне, – женщина указывает на приоткрытую дверь в конце коридора. – Ему очень больно, он почти ничего не ел со вчерашнего дня, а сегодня утром стало совсем плохо.
Киваю и быстрым шагом направляюсь к спальне. Мысленно уже прокручиваю возможные сценарии и необходимые препараты для неотложной помощи.
На кровати, скорчившись от боли, лежит мужчина. Он прижимает руки к животу и тихо стонет.
– Здравствуйте, я Вера Сергеевна, врач скорой помощи. Сейчас мы вам помо...
Слова застревают в горле. Время останавливается. Реальность расплывается, как краски под дождем. На кровати, в чужой спальне, в чужой квартире с дизайнерским ремонтом... лежит мой муж. Дмитрий. Который должен быть в командировке в Новосибирске.
– Где пациент? – спрашиваю я, проходя в просторную прихожую.
– В спальне, – женщина указывает на приоткрытую дверь в конце коридора. – Ему очень больно, он почти ничего не ел со вчерашнего дня, а сегодня утром стало совсем плохо.
Киваю и быстрым шагом направляюсь к спальне. Мысленно уже прокручиваю возможные сценарии и необходимые препараты для неотложной помощи.
На кровати, скорчившись от боли, лежит мужчина. Он прижимает руки к животу и тихо стонет.
– Здравствуйте, я Вера Сергеевна, врач скорой помощи. Сейчас мы вам помо...
Слова застревают в горле. Время останавливается. Реальность расплывается, как краски под дождем. На кровати, в чужой спальне, в чужой квартире с дизайнерским ремонтом... лежит мой муж. Дмитрий. Который должен быть в командировке в Новосибирске.
КНИГА ЗАВЕРШЕНА!
– Какого чёрта ты творишь? – муж с ненавистью смотрит на меня.
– То же самое хочу спросить у тебя, – отвечаю холодно.
– Я полюбил другую, – отрезает. – Уйди достойно и не мешай моему счастью. А, я знаю: ты просто завидуешь. Ведь ты останешься одна. Побитая жизнью и ненужная…
– За меня не беспокойся, – держу удар, хотя меня трясёт от боли и гнева. – Лучше подумай, будешь ли ты, милый, нужен своей фее в шалаше?..
Мой муж решил сменить старую надоевшую жену на молодую фею. Вот только с собой в новую жизнь он решил прихватить всё наше имущество.
Но я не позволю себя обокрасть! Он ещё пожалеет, что решил обмануть меня.
А тем временем в мою жизнь возвращается человек, с которым судьба развела нас давным-давно…
– Какого чёрта ты творишь? – муж с ненавистью смотрит на меня.
– То же самое хочу спросить у тебя, – отвечаю холодно.
– Я полюбил другую, – отрезает. – Уйди достойно и не мешай моему счастью. А, я знаю: ты просто завидуешь. Ведь ты останешься одна. Побитая жизнью и ненужная…
– За меня не беспокойся, – держу удар, хотя меня трясёт от боли и гнева. – Лучше подумай, будешь ли ты, милый, нужен своей фее в шалаше?..
Мой муж решил сменить старую надоевшую жену на молодую фею. Вот только с собой в новую жизнь он решил прихватить всё наше имущество.
Но я не позволю себя обокрасть! Он ещё пожалеет, что решил обмануть меня.
А тем временем в мою жизнь возвращается человек, с которым судьба развела нас давным-давно…
Открываю дверь без стука, хочу увидеть его удивление.
Время останавливается.
На кожаном диване в углу кабинета, где обычно проходят совещания, сидит Алексей. Рядом с ним молодая женщина, с короткими платиновыми волосами и агрессивным макияжем. Его рука лежит на ее бедре, а губы... его губы прижаты к ее шее. На столике перед ними бутылка крепкого напитка, два полупустых бокала и россыпь документов.
– Отпразднуем подписание контракта по-настоящему? У меня есть чем тебя удивить...
– У тебя всегда есть чем меня удивить, Лина, – его голос звучит интимно, с той особой хрипотцой, которую я когда-то считала предназначенной только для меня.
***
– Так это и есть твоя жена? – спрашивает она с нотками превосходства в голосе. – Милая... домашняя.
Время останавливается.
На кожаном диване в углу кабинета, где обычно проходят совещания, сидит Алексей. Рядом с ним молодая женщина, с короткими платиновыми волосами и агрессивным макияжем. Его рука лежит на ее бедре, а губы... его губы прижаты к ее шее. На столике перед ними бутылка крепкого напитка, два полупустых бокала и россыпь документов.
– Отпразднуем подписание контракта по-настоящему? У меня есть чем тебя удивить...
– У тебя всегда есть чем меня удивить, Лина, – его голос звучит интимно, с той особой хрипотцой, которую я когда-то считала предназначенной только для меня.
***
– Так это и есть твоя жена? – спрашивает она с нотками превосходства в голосе. – Милая... домашняя.
– Родила что ли? – кивает, вскинув одну бровь. Молчу. – Как будто непохоже… Сколько лет твоему ребенку?
– Не твое дело, – шиплю. На что Степа просто пожимает плечами, идет к столу, берет в руки резюме и демонстративно открывает. А я отвожу глаза… Ну да, в разделе “дети” я указала всю информацию о Маше. – И неужели не прочитал заранее?
– Веришь? Не прочитал, – смотрит то на меня, то в бумаги, – У меня не так много свободного времени. Да и будем откровенны… Интереснее все-таки пообщаться непосредственно с человеком, все спросить… А бумажки… Бумажки – это такое… Куда они денутся.
– А ты философом стал, – замечаю с досадой. Мое сердце бьется как сумасшедшее. Я вижу что Степа беззвучно что-то шепчет одними губами, потом поднимает свои ярко-голубые глаза к потолку, потом замирает… И снова смотрит на меня. Я знаю, что он у меня сейчас спросит…
– А это случаем не мой ребенок?
– Не твое дело, – шиплю. На что Степа просто пожимает плечами, идет к столу, берет в руки резюме и демонстративно открывает. А я отвожу глаза… Ну да, в разделе “дети” я указала всю информацию о Маше. – И неужели не прочитал заранее?
– Веришь? Не прочитал, – смотрит то на меня, то в бумаги, – У меня не так много свободного времени. Да и будем откровенны… Интереснее все-таки пообщаться непосредственно с человеком, все спросить… А бумажки… Бумажки – это такое… Куда они денутся.
– А ты философом стал, – замечаю с досадой. Мое сердце бьется как сумасшедшее. Я вижу что Степа беззвучно что-то шепчет одними губами, потом поднимает свои ярко-голубые глаза к потолку, потом замирает… И снова смотрит на меня. Я знаю, что он у меня сейчас спросит…
– А это случаем не мой ребенок?
— Давай без драм, Настя, — Баграт надевает часы за сто тысяч долларов, излучая высокомерие. — Ревность, допросы, поиски любовниц… Перестань играть в детектива.
— Та женщина на приеме вела себя как твоя любовница!
— Альбина? Успешная бизнес-леди. Деловая партнёрша. Ничего особенного…
— Она целовала тебя при всех!
— Европейский этикет — отмахивается он. — Не стоит видеть в этом что-то большее.
— Европейский этикет? Ты смотрел на эту стерву так, будто имел со всех сторон!
— Малышка, я делаю то, что считаю нужным, — его губы застывают в миллиметре от моих. — А ты — не подсматривай. Это признак плохого воспитания...
— Ублюдок!
— Я успешный мужчина, который может позволить себе всё, — самодовольно улыбается. — Я — Баграт Бояров, и весь мир вращается вокруг моих желаний. А ты — моя жена. И я тебя никому не отдам.
***
Его наглость не знает границ.
Но я обязательно раскрою все тайны!
И тогда он поймет… со мной лучше не играть.
— Та женщина на приеме вела себя как твоя любовница!
— Альбина? Успешная бизнес-леди. Деловая партнёрша. Ничего особенного…
— Она целовала тебя при всех!
— Европейский этикет — отмахивается он. — Не стоит видеть в этом что-то большее.
— Европейский этикет? Ты смотрел на эту стерву так, будто имел со всех сторон!
— Малышка, я делаю то, что считаю нужным, — его губы застывают в миллиметре от моих. — А ты — не подсматривай. Это признак плохого воспитания...
— Ублюдок!
— Я успешный мужчина, который может позволить себе всё, — самодовольно улыбается. — Я — Баграт Бояров, и весь мир вращается вокруг моих желаний. А ты — моя жена. И я тебя никому не отдам.
***
Его наглость не знает границ.
Но я обязательно раскрою все тайны!
И тогда он поймет… со мной лучше не играть.
— Скажи мне честно. Ты её любишь? — мой голос звучит глухо, будто я говорю не мужу, а в пространство между нами. Между чужими, когда-то близкими.
Павел не отвечает сразу. Смотрит куда-то в сторону, мимо меня. В точку за моим плечом.
— Я не знаю, — наконец выдыхает. — Я просто… отдыхаю с ней. С тобой же вечно всё сложно и душно.
— Сложно — это вырастить сына? Заботиться о тебе, когда ты болел? Бегать между кухней и ноутбуком, чтобы заработать?
— Я не просил об этом, — бросает он.
— Нет. Ты не просил. Ты просто принимал как должное. Ел, спал, жил — как в отеле, где не надо благодарить. А теперь еще захотел “отдохнуть”?!
Мне казалось, у нас всё… как у всех. Он работает, я забочусь о доме, о сыне, о нём.
Не заметила, как стала фоном. Как муж перестал прикасаться ко мне, говорить со мной по душам, смотреть с любовью...
Думала, что у нас просто кризис. Усталость. Рутины много.
Но нет... У нас любовница.
И теперь выбор за мной. Закрыть глаза или уйти.
Павел не отвечает сразу. Смотрит куда-то в сторону, мимо меня. В точку за моим плечом.
— Я не знаю, — наконец выдыхает. — Я просто… отдыхаю с ней. С тобой же вечно всё сложно и душно.
— Сложно — это вырастить сына? Заботиться о тебе, когда ты болел? Бегать между кухней и ноутбуком, чтобы заработать?
— Я не просил об этом, — бросает он.
— Нет. Ты не просил. Ты просто принимал как должное. Ел, спал, жил — как в отеле, где не надо благодарить. А теперь еще захотел “отдохнуть”?!
Мне казалось, у нас всё… как у всех. Он работает, я забочусь о доме, о сыне, о нём.
Не заметила, как стала фоном. Как муж перестал прикасаться ко мне, говорить со мной по душам, смотреть с любовью...
Думала, что у нас просто кризис. Усталость. Рутины много.
Но нет... У нас любовница.
И теперь выбор за мной. Закрыть глаза или уйти.
– Жаль, что я не встретил ее раньше, чем тебя, – заявляет муж.
Оборачиваюсь к нему.
– Ты о чем? – спрашиваю тихо.
– О ком. О Есении, твоей сестре. Мы разводимся с тобой, Вера, я ухожу к ней.
Я справилась с ударом. Ушла с прямой спиной и сухими глазами.
Прошел год. Он заявился на мой день рождения вместе со своей новой женщиной.
И вместо поздравления выдал:
– А ты похорошела, Вер. Гены у тебя что надо. Родишь нам с Есенией ребенка, я хорошо заплачу.
Оборачиваюсь к нему.
– Ты о чем? – спрашиваю тихо.
– О ком. О Есении, твоей сестре. Мы разводимся с тобой, Вера, я ухожу к ней.
Я справилась с ударом. Ушла с прямой спиной и сухими глазами.
Прошел год. Он заявился на мой день рождения вместе со своей новой женщиной.
И вместо поздравления выдал:
– А ты похорошела, Вер. Гены у тебя что надо. Родишь нам с Есенией ребенка, я хорошо заплачу.
Я вскакиваю с дивана. Стас не шелохнется. И когда кажется, что все позади, он в один прыжок догоняет меня, хватает за запястье и разворачивает к себе. Теперь его поцелуй вовсе не нежный. Он настырный, жадный, ломающий сопротивление. Но я сопротивляюсь, пытаюсь оттолкнуть Стаса, а он только прижимает меня спиной к стене и снова впивается в мои губы.
— Подожди… — шепчу я, выворачиваясь.
И эти слова его останавливают.
Я осторожно, будто прижимаясь, упираюсь ладонями в его грудь. Она ходит ходуном.
Нам нельзя. Нельзя! Мы оба пожалеем об этом. Мой сын меня возненавидит… Мой бывший муж лишит меня денег...
Стас упирается кулаком о стену над моей головой.
— Я не буду за это просить у тебя… — Он не договаривает — я останавливаю его поцелуем.
💔 чувственно и откровенно
💔 ОЧЕНЬ эмоционально
💔 она старше
💔 ХЭ
💔 неидеальная любовь
— Подожди… — шепчу я, выворачиваясь.
И эти слова его останавливают.
Я осторожно, будто прижимаясь, упираюсь ладонями в его грудь. Она ходит ходуном.
Нам нельзя. Нельзя! Мы оба пожалеем об этом. Мой сын меня возненавидит… Мой бывший муж лишит меня денег...
Стас упирается кулаком о стену над моей головой.
— Я не буду за это просить у тебя… — Он не договаривает — я останавливаю его поцелуем.
💔 чувственно и откровенно
💔 ОЧЕНЬ эмоционально
💔 она старше
💔 ХЭ
💔 неидеальная любовь
- Что ты делаешь?! - Слышу я голос мужа с нотками испуга. - Люсь, не здесь! - До моих ушей доносится нервное хихиканье. - Подожди! Катя может зайти!
Почти не дышу. Сердце грохочет так, что хочется зажмуриться, закрыть ладонями уши и сжаться в комок. Больно… как же больно!
- И пусть, - мурлыкающие интонации в голосе Люси - моей подруги, взъерошивают мне нервы. - Пусть узнает. Давно пора ей признаться во всём. Или ты ждёшь, когда у меня пузо на нос полезет? А как же платье, свадьба?
- Успеем, не переживай, - отвечает ей Алексей. Я слышу возню, будто Люся прижимается к моему мужу, пока он поправляет одежду.
Сначала я испытываю шок, потом удивление, затем негодование, которое сменяется отторжением, а вот на смену ему приходит холодная ненависть.
Делаю вдох, вдох, вдох, и не одного выдоха. Понимаю, что мне необходимо собраться с мыслями и взять себя в руки. Ведь тот, кто задался целью отомстить, должен полностью контролировать все риски, эмоции и своих врагов.
Почти не дышу. Сердце грохочет так, что хочется зажмуриться, закрыть ладонями уши и сжаться в комок. Больно… как же больно!
- И пусть, - мурлыкающие интонации в голосе Люси - моей подруги, взъерошивают мне нервы. - Пусть узнает. Давно пора ей признаться во всём. Или ты ждёшь, когда у меня пузо на нос полезет? А как же платье, свадьба?
- Успеем, не переживай, - отвечает ей Алексей. Я слышу возню, будто Люся прижимается к моему мужу, пока он поправляет одежду.
Сначала я испытываю шок, потом удивление, затем негодование, которое сменяется отторжением, а вот на смену ему приходит холодная ненависть.
Делаю вдох, вдох, вдох, и не одного выдоха. Понимаю, что мне необходимо собраться с мыслями и взять себя в руки. Ведь тот, кто задался целью отомстить, должен полностью контролировать все риски, эмоции и своих врагов.
Выберите полку для книги