Книги в жанре «Женский роман»
ЗАВЕРШЕНО!
КОРОТКАЯ ПОВЕСТЬ!
– Ваших сыновей дедушка забрал, – лепечет новая нянечка.
– Как ваш отец мог забрать моего сына?! – в бешенстве разворачиваюсь к мужчине, который зло смотрит на меня.
– Какой ещё «мой отец»?! Его в живых нет уже десять лет как! – цедит он ледяным тоном. – Это как ваш папаша забрал моего?!
– Мои родители за тысячу километров отсюда! – выпаливаю ему в лицо.
Мы застываем, до обоих доходит одновременно.
А потом поворачиваемся к няне, которая уже размазывает по лицу слёзы и сопли.
– Какой ещё дед?! – выпаливаем чуть не хором.
– Дед Моро-оз! – выдаёт девчонка.
* * *
Его и мой сыновья ушли из садика с каким-то Дедом Морозом! Сказка?! Если бы!
А искать их придётся вместе с мужчиной, которого я на дух не переношу. Как, впрочем, и он меня.
Вот только чем дольше мы ищем, тем больше я начинаю сомневаться.
Кто и для чего всё это затеял?
КОРОТКАЯ ПОВЕСТЬ!
– Ваших сыновей дедушка забрал, – лепечет новая нянечка.
– Как ваш отец мог забрать моего сына?! – в бешенстве разворачиваюсь к мужчине, который зло смотрит на меня.
– Какой ещё «мой отец»?! Его в живых нет уже десять лет как! – цедит он ледяным тоном. – Это как ваш папаша забрал моего?!
– Мои родители за тысячу километров отсюда! – выпаливаю ему в лицо.
Мы застываем, до обоих доходит одновременно.
А потом поворачиваемся к няне, которая уже размазывает по лицу слёзы и сопли.
– Какой ещё дед?! – выпаливаем чуть не хором.
– Дед Моро-оз! – выдаёт девчонка.
* * *
Его и мой сыновья ушли из садика с каким-то Дедом Морозом! Сказка?! Если бы!
А искать их придётся вместе с мужчиной, которого я на дух не переношу. Как, впрочем, и он меня.
Вот только чем дольше мы ищем, тем больше я начинаю сомневаться.
Кто и для чего всё это затеял?
— Ты подстроила этот взрыв, хотела, чтобы погиб и я. Вот только что-то пошло не по плану, и я выжил, — шипит мне на ухо Саша, и с каждой секундой его рука на моем горле сжимается все сильнее, тем самым перекрывая мне кислород. Я судорожно начинаю ловить ртом воздух, но это слабо помогает.— Назови мне хоть одну причину, почему я не могу придушить тебя прямо здесь и сейчас?! — злостно рявкает, прожигая меня взглядом полным ненависти. Когда он так смотрит на меня, мне и в самом деле хочется умереть. Как мне доказать, что я ни в чём не виновата? Кажется, я уже не в состоянии сделать даже вдох. Я прикрываю глаза, и собрав в себе последние остатки сил, хриплю:— Я…я беременна…
Парню три.
Три жалких месяца. Цинично утешаюсь тем, что пропустил по ощущениям немного – определенно больше года.
Он подвижный «сын». Соломенные жиденькие волосы и ямочки на мягких щечках. Длинные ресницы и любопытный карий взгляд. Малыш четко выделяет из толпы орущих, оглушенных жизнью взрослых белобрысую худую мать.
Я ведь все проверил она не солгала. У мальчугана нет документов, как, впрочем, нет и прав на финансовую помощь от родного государства, а у этой девки в наличии очевидно мозговой провал и танцующие единороги на извилинах, которые использовать по назначению таким совершенно нет резона. Еще бы! Она красавица, молоденькая вертихвостка без стыда и совести, без масла в голове, зато с каким апломбом.
«Брак не будет фиктивным! Поняла?» – одно условие. Она на все согласна. Если мальчик мой, то:
«Это Тимофей. Тимоша, Тимка» – смотрит букой исподлобья.
У «сына» смешное имя, почитающее грозного Всевышнего?
Я это точно не забуду. Отлично.
«Юль, а как тебя зовут?».
Три жалких месяца. Цинично утешаюсь тем, что пропустил по ощущениям немного – определенно больше года.
Он подвижный «сын». Соломенные жиденькие волосы и ямочки на мягких щечках. Длинные ресницы и любопытный карий взгляд. Малыш четко выделяет из толпы орущих, оглушенных жизнью взрослых белобрысую худую мать.
Я ведь все проверил она не солгала. У мальчугана нет документов, как, впрочем, нет и прав на финансовую помощь от родного государства, а у этой девки в наличии очевидно мозговой провал и танцующие единороги на извилинах, которые использовать по назначению таким совершенно нет резона. Еще бы! Она красавица, молоденькая вертихвостка без стыда и совести, без масла в голове, зато с каким апломбом.
«Брак не будет фиктивным! Поняла?» – одно условие. Она на все согласна. Если мальчик мой, то:
«Это Тимофей. Тимоша, Тимка» – смотрит букой исподлобья.
У «сына» смешное имя, почитающее грозного Всевышнего?
Я это точно не забуду. Отлично.
«Юль, а как тебя зовут?».
Елена – успешный психоаналитик. Её жизнь размерена и определена. Ей кажется, что она всё контролирует, и она уверена в успехе. Всё начинает меняться после встречи с девочкой-подростком, ищущей у неё защиты. Елена помнит о профессиональной этике и о том, что нельзя вмешиваться в чужую жизнь. Но история девочки трогает её. А знакомство с её матерью и отчимом порождает много вопросов. Почему все они говорят разное? И кто в этой семье действительно агрессор, а кто жертва? А также, какие тайны прошлого скрывают эти люди и почему в этом замешана наставница Елены. И самое главное – какую роль во всём происходящем сама Елена готова играть при условии, что отчим девочки становится ей небезразличен.
- Я приехал по делам. И, похоже, задержусь в городе на несколько дней. Встречать Новый год буду здесь. Так вышло.
- Прости за пальто, - говорю я и замечаю, что за столиком мне машут мама с Алиной. На руках сестры сидит Сеня.
- Ничего. Очистится. Очередное доказательство, что кофе надо пить по-человечески, а не на ходу, - Игорь улыбается и замечает, куда я смотрю. – Твои близкие?
- Да, - выдыхаю я.
- Сестра очень на тебя похожа. Она вышла замуж?
- Что?
- У нее ребенок.
- А, да. Замуж.
- Симпатичный мальчик. В вашу породу пошел.
- Да, - снова выдавливаю из себя это слово. И добавляю нервно: – Мне пора. Удачно встретить Новый год.
Я ухожу и благодарю небеса за то, что Сеня растет моей копией. Родись он похожим на Игоря, сейчас нам всем было бы невесело…
- Прости за пальто, - говорю я и замечаю, что за столиком мне машут мама с Алиной. На руках сестры сидит Сеня.
- Ничего. Очистится. Очередное доказательство, что кофе надо пить по-человечески, а не на ходу, - Игорь улыбается и замечает, куда я смотрю. – Твои близкие?
- Да, - выдыхаю я.
- Сестра очень на тебя похожа. Она вышла замуж?
- Что?
- У нее ребенок.
- А, да. Замуж.
- Симпатичный мальчик. В вашу породу пошел.
- Да, - снова выдавливаю из себя это слово. И добавляю нервно: – Мне пора. Удачно встретить Новый год.
Я ухожу и благодарю небеса за то, что Сеня растет моей копией. Родись он похожим на Игоря, сейчас нам всем было бы невесело…
У него есть тайный сын. Значит, скоро не будет любимой жены...
У Данилы Магницкого есть всё, о чём можно мечтать: бизнес-империя, уважение, красавица-жена Марина, которую он любит до безумия. И есть то, о чём никто не должен знать: внебрачный сын в другом городе. Эта двойная жизнь — его крест и его тайное счастье.
Пока однажды Марина не начинает отдаляться. Её взгляд стал пустым, прикосновения — ледяными. Она улыбается, но не ему. Говорит, что всё хорошо, но это ложь, которую он слышит каждый день.
А в их доме появляется Кирилл — старый друг Данилы, бывший парень Марины, гламурный «дефлоратор» из Голливуда. И с ним Марина оживает. В её смехе снова появляется радость, в глазах — огонь, который Данила безуспешно пытался разжечь месяцами...
У Данилы Магницкого есть всё, о чём можно мечтать: бизнес-империя, уважение, красавица-жена Марина, которую он любит до безумия. И есть то, о чём никто не должен знать: внебрачный сын в другом городе. Эта двойная жизнь — его крест и его тайное счастье.
Пока однажды Марина не начинает отдаляться. Её взгляд стал пустым, прикосновения — ледяными. Она улыбается, но не ему. Говорит, что всё хорошо, но это ложь, которую он слышит каждый день.
А в их доме появляется Кирилл — старый друг Данилы, бывший парень Марины, гламурный «дефлоратор» из Голливуда. И с ним Марина оживает. В её смехе снова появляется радость, в глазах — огонь, который Данила безуспешно пытался разжечь месяцами...
В преддверии уходящего старого года ко мне приехала фура счастья и несколько тонн проблем. Видимо премия отменяется, и Новый год я встречу скромно. Но кто же знал, что это не самый худший вариант, и пустая трасса неприятностей с кислой физиономией вынужденного помощничка окажется тяжёлым испытанием. Особенно для моего женского сердца.
Четверть века я жила с подлецом.
Спала с подлецом.
Строила планы с подлецом.
Любила подлеца.
Детей от подлеца родила.
А он изменил мне со своей студенткой.
Она же в дочери ему годится!
Но он не просто изменил, он позволял ей оскорблять меня. Ещё и поддакивал.
Что он там собрался объяснять?
Слышу шаги за спиной и то, как закрывается дверь на кухню.
Оборачиваюсь. Это Равиль. Оторвался от своей любовницы.
- Ну хоть трусы для приличия натянул, - бросаю язвительно.
Спала с подлецом.
Строила планы с подлецом.
Любила подлеца.
Детей от подлеца родила.
А он изменил мне со своей студенткой.
Она же в дочери ему годится!
Но он не просто изменил, он позволял ей оскорблять меня. Ещё и поддакивал.
Что он там собрался объяснять?
Слышу шаги за спиной и то, как закрывается дверь на кухню.
Оборачиваюсь. Это Равиль. Оторвался от своей любовницы.
- Ну хоть трусы для приличия натянул, - бросаю язвительно.
– Люда! – дернула за руку подругу Ирма. – Пойдем уже.
– Да погоди! Кто-то же из них Костя! – Людмила серьезно вздохнула, нахмурила брови. – Ну красавчики! Чем же вы еще различаетесь?
Стриптизеры дернули какие-то колечки в своих очаровательных шортиках и…
– Люда! – взвизгнула Ирма.
– Нет! – тряхнула рыжей шевелюрой неугомонная дизайнерша. – Никто из вас не мой Костя! У Кости, – она послала обнаженным мужикам высокомерный взгляд, – значительно больше!
Мужчины, скривившись, расступились, и тут…
– Люда, – прохрипел все видевший Домбровский.
– Да погоди! Кто-то же из них Костя! – Людмила серьезно вздохнула, нахмурила брови. – Ну красавчики! Чем же вы еще различаетесь?
Стриптизеры дернули какие-то колечки в своих очаровательных шортиках и…
– Люда! – взвизгнула Ирма.
– Нет! – тряхнула рыжей шевелюрой неугомонная дизайнерша. – Никто из вас не мой Костя! У Кости, – она послала обнаженным мужикам высокомерный взгляд, – значительно больше!
Мужчины, скривившись, расступились, и тут…
– Люда, – прохрипел все видевший Домбровский.
- Я тебе изменил.
Я повернулась к мужу, думая, что ослышалась. Желая, чтобы это была какая-то идиотская шутка.
Встретив мой потрясенный взгляд, он лишь жестоко повторил:
- Я тебе изменил, Тая. Прямо там, на корпоративе. С той, что, в отличие от тебя, способна меня удовлетворить… А ты останешься в итоге одна…
- Хватит!
Отчаянный крик сорвался с губ, я больше не могла слышать ни единого его слова.
- Уходи.
Этим коротким словом я подытожила наши отношения. С этим словом во мне окончательно погибло все живое.
***
У нас с мужем был счастливый брак, которому многие завидовали. Но одно страшное происшествие раскололо наши жизни напополам…
Я думала, что мы выстоим, мы сумеем. Но он нашёл самый простой выход из ситуации – изменил.
И теперь мы окончательно все потеряли.
Или… наоборот - обрели?..
Я повернулась к мужу, думая, что ослышалась. Желая, чтобы это была какая-то идиотская шутка.
Встретив мой потрясенный взгляд, он лишь жестоко повторил:
- Я тебе изменил, Тая. Прямо там, на корпоративе. С той, что, в отличие от тебя, способна меня удовлетворить… А ты останешься в итоге одна…
- Хватит!
Отчаянный крик сорвался с губ, я больше не могла слышать ни единого его слова.
- Уходи.
Этим коротким словом я подытожила наши отношения. С этим словом во мне окончательно погибло все живое.
***
У нас с мужем был счастливый брак, которому многие завидовали. Но одно страшное происшествие раскололо наши жизни напополам…
Я думала, что мы выстоим, мы сумеем. Но он нашёл самый простой выход из ситуации – изменил.
И теперь мы окончательно все потеряли.
Или… наоборот - обрели?..
Выберите полку для книги