Читать и слушать книги
Мой отпуск закончился через восемнадцать минут после отправления поезда.
В служебном вагоне нашли убитого инспектора. Мужчина, с которым я успела познакомиться на вокзале, оказался главным подозреваемым. У него были старый ключ, громкая ссора с погибшим и очень плохое алиби.
А еще привычка смотреть на меня так, что я забывала приготовленный вопрос.
Я проверяю поддельные световые оттиски. Я знаю, как легко принять красивую картинку за правду. Поэтому Рэю Сорену придется ответить на все мои вопросы, даже если после этого он больше не захочет меня целовать.
Но кто-то очень старательно сделал его виновным. И, чтобы найти настоящего убийцу, мне придется усомниться в человеке, которому Рэй верит больше всех.
В служебном вагоне нашли убитого инспектора. Мужчина, с которым я успела познакомиться на вокзале, оказался главным подозреваемым. У него были старый ключ, громкая ссора с погибшим и очень плохое алиби.
А еще привычка смотреть на меня так, что я забывала приготовленный вопрос.
Я проверяю поддельные световые оттиски. Я знаю, как легко принять красивую картинку за правду. Поэтому Рэю Сорену придется ответить на все мои вопросы, даже если после этого он больше не захочет меня целовать.
Но кто-то очень старательно сделал его виновным. И, чтобы найти настоящего убийцу, мне придется усомниться в человеке, которому Рэй верит больше всех.
Мой дом уничтожен огнём его флота... Мой отец убит... А я… я стала главным трофеем. На моем теле горит его клеймо, а в обязанностях подчиняться по первому щелчку. Он думает, что сломал меня. Думает, что я стану послушной игрушкой в его руках. Я заставлю его захлебнуться собственной кровью. Даже если для этого мне придется рискнуть тем единственным, что у меня осталось…
Примечание!
В книге присутствуют сцены интимного характера, строго 18+. Все участники сцен интимного характера - совершеннолетние.
Примечание!
В книге присутствуют сцены интимного характера, строго 18+. Все участники сцен интимного характера - совершеннолетние.
Я владел сетью частных охранных предприятий и закрытых клубов, где решались вопросы, которые нельзя было выносить на свет. Моя жизнь была выверена до секунды. В ней не было места случайностям, слабости или сентиментальности. До того дня, пока на пороге моего загородного поместья, затерянного в глухих карельских лесах, не появилась она.
Её звали Майя. Ей было двадцать шесть лет, но в тот момент, когда она стояла передо мной в холле моего каменного дома, она казалась совсем юной и невероятно хрупкой. Она была похожа на фарфоровую статуэтку, которую неосторожно вынесли на мороз. Тонкие запястья, бледная кожа, сквозь которую просвечивали голубые вены, и огромные, испуганные глаза цвета зимнего неба. Она дрожала...
Её звали Майя. Ей было двадцать шесть лет, но в тот момент, когда она стояла передо мной в холле моего каменного дома, она казалась совсем юной и невероятно хрупкой. Она была похожа на фарфоровую статуэтку, которую неосторожно вынесли на мороз. Тонкие запястья, бледная кожа, сквозь которую просвечивали голубые вены, и огромные, испуганные глаза цвета зимнего неба. Она дрожала...
Агата Павлова, студентка весьма вольных нравов, найдена задушенной в лесу рядом с элитным поселком. Под подозрением - несколько семей, живущих в соседних домах. Все они люди приличные, успешные, интеллигентные. Но майор Колин Розанов уверен: убийца среди них. Его девушка Ксюша, которая помогает ему в расследовании, пытается доказать невиновность подозреваемых. Тем более, что сын одного из этих "хороших людей" попросил ее о защите...
В двадцать лет я думала, что любовь можно узнать по одному признаку: она навсегда. Потом родители объявили, что разъезжаются. А я как раз встретила Кирилла.
Он делает смешные бумажные открытки, умеет слушать и хочет быть со мной. Только обещать, что никогда не разлюбит, не готов. Мне бы радоваться первому настоящему свиданию, но между нашими встречами все время оказываются мамины просьбы, папины коробки и страх однажды услышать знакомое: «Мы решили жить отдельно».
Когда день переезда совпадает с моим первым выступлением, сохранить все сразу уже не получается. И прежде чем просить Кирилла остаться, мне придется понять, почему я сама все время исчезаю из собственной жизни.
Он делает смешные бумажные открытки, умеет слушать и хочет быть со мной. Только обещать, что никогда не разлюбит, не готов. Мне бы радоваться первому настоящему свиданию, но между нашими встречами все время оказываются мамины просьбы, папины коробки и страх однажды услышать знакомое: «Мы решили жить отдельно».
Когда день переезда совпадает с моим первым выступлением, сохранить все сразу уже не получается. И прежде чем просить Кирилла остаться, мне придется понять, почему я сама все время исчезаю из собственной жизни.
- Не трогайте меня пожалуйста..
Послышался тихий голосок за контейнерами и наконец девица появилась. В руках она также сжимала телефон и была напугана не меньше , чем я , когда увидел Вершинина.
- Это будет зависеть от твоего поведения и той информации, что ты мне дашь…
Она попятилась на полшага назад и уперлась в стену. Вот только сейчас я смог ее рассмотреть. Из под несуразной шапки хаотично торчали темные пряди. А темная дутая куртка явно была не новой.
Девица прижалась еще сильней. Красивое лицо попало в свет уличного фонаря. Все как я люблю . Темные волосы, миндалевидные глаза и пухлые губы . Только она была не той, кого я снимал в клубе.
Послышался тихий голосок за контейнерами и наконец девица появилась. В руках она также сжимала телефон и была напугана не меньше , чем я , когда увидел Вершинина.
- Это будет зависеть от твоего поведения и той информации, что ты мне дашь…
Она попятилась на полшага назад и уперлась в стену. Вот только сейчас я смог ее рассмотреть. Из под несуразной шапки хаотично торчали темные пряди. А темная дутая куртка явно была не новой.
Девица прижалась еще сильней. Красивое лицо попало в свет уличного фонаря. Все как я люблю . Темные волосы, миндалевидные глаза и пухлые губы . Только она была не той, кого я снимал в клубе.
Она сделала два шага и остановилась у края моего стола. Я встал. Мой рост и физическая сила были моим инструментом, но я никогда не использовал их для грубого давления. Я использовал их, чтобы заполнить собой всё её пространство, чтобы ей негде было скрыться от моего присутствия. Я обошёл стол и остановился в шаге от неё. Я чувствовал запах её духов — холодный сандал и едва уловимая горечь бергамота.
— Сегодня ты уйдёшь отсюда в своей одежде, — продолжил я, наблюдая, как по её шее пробегает лёгкая дрожь. — Ты поедешь домой. Ты примешь душ. Ты наденешь шёлковое платье, которое я купил тебе на прошлой неделе. То самое, тёмно-синее, с открытой спиной. И ты вернёшься сюда в десять часов вечера...
— Сегодня ты уйдёшь отсюда в своей одежде, — продолжил я, наблюдая, как по её шее пробегает лёгкая дрожь. — Ты поедешь домой. Ты примешь душ. Ты наденешь шёлковое платье, которое я купил тебе на прошлой неделе. То самое, тёмно-синее, с открытой спиной. И ты вернёшься сюда в десять часов вечера...
Олеся Круглова приняла после мужа завод: сто двадцать семь человек, отгрузка двадцатого числа. Второго декабря ей приносят требование на сорок один миллион и десять дней на ответ. Основание — её поручительство по займу, которого она не брала, с подписью, удостоверенной нотариусом в день, когда она была за девятьсот километров от города.
Кира Мещерякова берётся за дело, от которого отказались четыре юриста: подпись выглядит настоящей, бумаги чисты, срок идёт. Спорить о подписи бесполезно — спорить нужно о деньгах: двенадцать миллионов платежей, ушедших не по тому счёту, и женщина с коричневой сумкой, ставившая чужие фамилии за десять тысяч за раз.
У бюро два месяца, тридцать одна позиция залога и сто двадцать семь человек, которые останутся без работы, если счёт не сойдётся. А ещё — управляющий, присланный закрыть завод и считающий её цифры точнее, чем свои.
Кира Мещерякова берётся за дело, от которого отказались четыре юриста: подпись выглядит настоящей, бумаги чисты, срок идёт. Спорить о подписи бесполезно — спорить нужно о деньгах: двенадцать миллионов платежей, ушедших не по тому счёту, и женщина с коричневой сумкой, ставившая чужие фамилии за десять тысяч за раз.
У бюро два месяца, тридцать одна позиция залога и сто двадцать семь человек, которые останутся без работы, если счёт не сойдётся. А ещё — управляющий, присланный закрыть завод и считающий её цифры точнее, чем свои.
— Моя дочь. Елизавета. Ей двадцать четыре. Она... она сложная. Дерзкая. Неуправляемая. Она разрушила уже три помолвки, опозорила нашу семью в высшем свете. Её мать не выдержала и ушла в монастырь. Я... я не знаю, что с ней делать.
— Я предлагаю контракт, — продолжил он, доставая папку. — Елизавета переезжает к тебе. На один год. Ты делаешь с ней всё, что считаешь нужным. Перевоспитываешь, ломай, учи — мне всё равно. Через год, если она станет человеком, я отдам тебе всё, что осталось — землю в Подмосковье, долю в старом бизнесе. Если не станет... долг останется, но я уйду в банкротство, и ты потеряешь только время.
— Я предлагаю контракт, — продолжил он, доставая папку. — Елизавета переезжает к тебе. На один год. Ты делаешь с ней всё, что считаешь нужным. Перевоспитываешь, ломай, учи — мне всё равно. Через год, если она станет человеком, я отдам тебе всё, что осталось — землю в Подмосковье, долю в старом бизнесе. Если не станет... долг останется, но я уйду в банкротство, и ты потеряешь только время.
Я всегда знал, что моя природа двойственна. Как древний вепрь, я могу быть неумолимым, грубым и пугающим в своей первозданной силе, но в то же время я способен на бесконечную, почти трепетную нежность к тем, кто добровольно вверит мне свою хрупкость.
Мой дом стоит на краю густого, тёмного леса, где вековые сосны шепчутся о вечности, а туман по утрам стелется по земле, словно живое существо. Здесь, вдали от суеты большого города, от чужих глаз и бессмысленных суждений, я создаю свой мир. Мир, в котором власть и подчинение становятся не игрой, а высшей формой психологической близости...
Мой дом стоит на краю густого, тёмного леса, где вековые сосны шепчутся о вечности, а туман по утрам стелется по земле, словно живое существо. Здесь, вдали от суеты большого города, от чужих глаз и бессмысленных суждений, я создаю свой мир. Мир, в котором власть и подчинение становятся не игрой, а высшей формой психологической близости...
Книги онлайн читать скачать слушать
Выберите полку для книги
Литмаркет - книжный портал самиздата с тысячами книг
Онлайн библиотека в которой сами писатели выкладывают свои произведения. Лучшая проза, фантастика и фэнтези, многие другие романы, большинство из них бесплатны. Чтение возможно онлайн, как регистрацией так и без. Декламаторы озвучивают книги, давая возможность прослушивать их онлайн. Выборки по жанрам, топам, поиску, завершенности, циклам, тысячам тэгов, сериям, возможностью скачивания, авторам, размеру книг, формату, популярности, виду монетизации, новинкам и топам лучших.Живое общение с авторами, многочисленные комментарии, авторские блоги, озвучка от лучших декламаторов, чтение онлайн, скачивание.
В электронной библиотеке Литмаркет, можно читать книги как полностью, так и в процессе написания. Есть завершенные романы, с опцией скачивания - как бесплатно так и платные произведения. Скачивание в форматах фб2 и epub. Покупайте книги по подписке либо читайте ознакомительные отрывки. Слушайте аудиокниги, в скором появится возможность скачивания аудиокниг. Портал запоминает месте где вы остановились. Есть взможность ускорить воспроизведение. Сайт адаптивный, вы свободно можете читать онлайн либо слушать аудиокниги с телефона. На портале вы можете найти книги популярных жанров:
- читать фэнтези, книги о любви
- фантастика, магические романы
- любовные романы, Магия и приключения
- попаданцы, Хоррор
- популярные книги (детективы, приключения, исторические и др), книги о войне
- самые популярные аудиокниги, попаданцы
Аудиоплеер позволяет слушать онлайн. Библиотека хранит купленные книги, отложенные для будущего прочтения, а так же является фильтром для произведений которые вам не понравились. Авторы и состоявшиеся писатели могут продавать свои романы без всякого коммерческого статуса. Вы легко можете опубликовать электронные и аудиокниги.