Читать и слушать книги

Каролине удалось изменить прошлое: теперь у нее другой муж, дедушка жив, а впереди дебют в императорском дворце и магическое совершеннолетие. Но враги не дремлют, кронпринц начинает собственную игру, а в судьбы смертных вмешиваются боги. И ставка на кону – жизнь и любовь.

— Он будет тебя беречь, дочка, — говорит мама так, словно убеждает саму себя. — Он человек слова. Уважаемый и богатый. Ты ни в чём не будешь нуждаться.
— А если я не хочу быть богатой? — шепчу я тихо, почти беззвучно. — Если я хочу быть свободной?
Мать замирает, и в её глазах мелькает ужас. Она прижимает палец к моим губам и шипит:
— Молчи, Айша. Ради всего святого, молчи. Такие слова слышать нельзя. Ты теперь жена, и твой муж закон. Запомни это раз и навсегда.

Все знают, что Тимур не подарок. Все знают, что его первая жена погибла при странных обстоятельствах. Но никто не говорит об этом вслух, потому что горец — это не человек, это закон, высеченный в камне. Найду ли я силы, чтобы бороться с его контролем и залечит его раны от предательства?

– Через десять лет нашего с тобой брака я хотел уже иметь детей школьников, Аня. А имею вот это…
Муж пренебрежительно кивает на меня. Я лежу на больничной койке с очередной угрозой прерывания без надежды на благополучный исход.
Подтягиваю к груди жесткую простыню.
– Поэтому решил подсуетиться заранее, завел себе второй аэродром? – кусаю губы до боли.
– Именно так. Я бизнесмен и здраво просчитываю риски. С тобой уже и через пять лет все стало ясно… и я еще довольно долго терпел, заметь.
– Почему не развелся раньше, почему обманывал? – хриплю.
Он морщится и откидывается на спинку стула.
– Жалел тебя, Аня. Да и маме ты нравишься. Но как жена ты вызываешь только жалость…
-------
Развод он подтвердил очень быстро, и я постаралась забыть, что у меня когда-то был любимый муж.
И пусть мой маленький сын, родившийся после развода, похож на него, как две капли воды… но это не заставит меня открыть бывшему свою тайну. К тому же Артуру на меня плевать, у него давно другая семья.

— Влада родит мне сына, Лера. Я признаю ребёнка, обеспечу его и мать. А мы с тобой продолжим жить как раньше.
— А наши дочери?
— Они уже взрослые. Должны понять, что семейному бизнесу нужен наследник.
Свекровь довольно улыбается. Любовница уже выбирает, на что потратит миллионы моего мужа.
Вот только они кое-что забыли. Покойный свёкор оставил завещание.
И когда мой муж узнает, кому на самом деле достанется его империя, ему станет совсем не до молодой любовницы...

— Ты не годна к материнству, ты бесплодна. Моя мать стареет, да и мне нужен наследник, поэтому я беру вторую жену, молодую и здоровую. Ты остаёшься для статуса, но не думай что мы семья. — Говорит Аслан, от чего у меня выступают слезы.
— Ты даже не спросил, как я себя чувствую, мне пришлось пить лекарства, я плакала по ночам, мечтая о ребёнке...
— Это не мое дело, Мадина. Это долг перед родом.
Я всхлипываю и шепчу, сама не понимая зачем:
— Я училась готовить твои любимые блюда, убирала твой кабинет, запоминала каждую твою привычку, я ждала тёплого слова целый год, а ты приводил в дом Лейлу и называл меня тенью.
— Ты сама выбрала молчание.
— Потому что меня учили терпеть, но теперь поняла, терпение не делает нас семьёй, я не хочу быть статусной женой, я уйду!
— Куда ты пойдёшь? У тебя ничего нет. — Равнодушно выдает муж.
— У меня есть моя честь и решение начать заново. Я не останусь там, где меня не видят. Прощай, Аслан.
— ...Останься. Я ещё не сказал последнего слова.

- Хотел спросить, что ты делаешь в этой дыре.
- А ты не заметил? Полы мою… Ещё вопросы есть?
Бывший муж, он же новый владелец завода, окидывает меня взглядом с ног до головы и качает головой, будто сам не верит тому, что мы встретились и разговариваем.
Я стою с ведром и тряпкой в рабочей робе, а он в деловом костюме стоимостью в мою годовую зарплату.
Не хочу его не видеть, не слышать, но вечером он стучится в мою дверь.
- Что, Лёшенька, решил, наконец, сына своего заехать проведать? – бросает моя мама.
На лице бывшего написано глубокое потрясение. Он смотрит на меня горящим взглядом, пронизывающим насквозь.
- Сына? – переспрашивает он. – У меня есть сын?

Артур наклоняется и упирается одной рукой в мой стол, а второй – в спинку стула. Обдает меня своим гребаным парфюмом, а щеку – горячим дыханием. Сердцебиение ускоряется. Ох, не нравится мне это. Ох, не нравится.
– Слышь, лимита, – негромко говорит он, – я бы на твоем месте прикусил свой ядовитый язык. Ты моя должница, а я пока еще не придумал, как буду взыскивать долг. Так что в твоих интересах засунуть свой язык поглубже и сидеть ровно, не отсвечивая.
Я сжимаю челюсти до хруста зубов.
– Ты первый начал, – цежу в ответ.
– Я могу начинать и заканчивать, когда захочу. А ты теперь будешь чем-то вроде… моей зверушки. Я скажу прыгнуть, ты должна спросить, как высоко.
А вот это мы еще посмотрим!

— Ты лгал полгода своей любовнице, что у тебя жена при смерти… Что я неизлечимо больна и мне осталось немного… — я нависла над столом мужа.
— Потому что вот этого всего не хотел, — Альберт взмахнул рукой и вернулся к ноуту. — Так. Дом в Речных Зорях тебе. А вот акциии Северсталь мне. Тебе нужен джет? Или выставим на продажу? Мне-то он нужен…
— Прекрати паясничать… — прикрыла глаза, дрогнули плечи. — Она приехала ко мне и умоляла, стоя на коленях, чтобы я тебя отпустила, ведь ты не можешь больше терпеть мои мучения.
— Молодость коварна. То и дело заставляет совершать глупости, — поморщился муж. — А ты тоже хороша. Не ревела бы, а раскинула бы мозгами. Время не щадит никого. Ты как жена свое отслужила.
— А ты как муж так и не состоялся.
За год до серебряной свадьбы мы оказались в суде. Поделили имущество. И разъехались навсегда.
Через год на свадьбе друзей мы не замечали друг друга.
Но перед танцем молодоженов, бывший муж прошел за мной в туалет.

«За что?» — я смотрю на человека, с которым прожила восемнадцать лет, и жду хоть какого-то ответа. Он молчит. А ведь я узнала о разводе всего пять дней назад — обо всём остальном мне пришлось выуживать по крупицам. О любовнице. О годовалом сыне. О том, что пока я откладывала материнство ради нашего общего бизнеса, он строил семью на стороне.
Мне оставили жалкие акции и заброшенный лагерь в тысяче километров от дома — подачку, которая должна была меня добить, но я не сдамся. Отстрою «Зарю» с нуля и превращу её в конкурента, который однажды заберёт у него куда больше, чем он забрал у меня.

Сидящая напротив девица усмехается и демонстративно кладет руку на свой круглый живот:
— Как видишь, наша с Глебом любовь дала плоды.
— И чего тебе от меня надо? — больно, но я держусь.
— Самую малость. Скоро родится сын, и я не хочу, чтобы мой мужчина отвлекался на посторонних. Поэтому просто собери по-тихому весь свой выводок и освободи территорию. Пожила хорошо и хватит. Пора уступать место более молодым, красивым и удачливым.
Уступать?! Э, не-е-т... Это точно не про меня.
За свою территорию, а тем более за свой "выводок" я порву любого, кто посмеет к нам сунуться.
И в этом я буду не одинока.