Книги в жанре «Остросюжетный любовный роман» по тегу «luchshee»
— Ты реально думала, что Ренат на тебе женится? Бесприданница из аула… Ваш брак — постановка! Никах читал актер, свидетели — его дружки по бабам. Брат просто хотел тебя. Вы не женаты!
После первой брачной ночи в спальню врывается сестра моего новоиспеченного мужа и выносит безжалостный приговор…
— Ты лжешь! — в ушах звенит. — Где Ренат?
— Со своей настоящей невестой. А ты — постельная игрушка, пока не надоешь. Это же Кавказ, детка… Каждой твари по паре…
Ренат Черчесов разбил мне сердце на тысячи осколков. Я подняла один из них и превратила в кинжал, который однажды всажу ему в сердце.
Его сестра права. Это Кавказ. Жестокий и беспощадный…
История роковой любви🖤
Будет дико эмоционально, оголенно до нервов и непредсказуемо!
ХЭ обязательно!
После первой брачной ночи в спальню врывается сестра моего новоиспеченного мужа и выносит безжалостный приговор…
— Ты лжешь! — в ушах звенит. — Где Ренат?
— Со своей настоящей невестой. А ты — постельная игрушка, пока не надоешь. Это же Кавказ, детка… Каждой твари по паре…
Ренат Черчесов разбил мне сердце на тысячи осколков. Я подняла один из них и превратила в кинжал, который однажды всажу ему в сердце.
Его сестра права. Это Кавказ. Жестокий и беспощадный…
История роковой любви🖤
Будет дико эмоционально, оголенно до нервов и непредсказуемо!
ХЭ обязательно!
— Ты думала, что сбежишь?
Мужчина медленно идёт на меня, как хищник на добычу.
А я вжимаюсь в изголовье его кровати. Прикованная.
— Вы…
Он наклоняется ближе. Его пальцы сжимают мой подбородок, заставляя смотреть ему в глаза.
— Ты правда решила, что я не найду тебя, Белоснежка? — хрипло усмехается он. — Это мой город. И теперь… ты тоже моя.
Я — обычная студентка, случайно попавшая на закрытый вечер для элиты города.
Он — опасный мужчина, от которого нужно бежать как можно дальше.
В ту ночь я сбежала от него. Но он нашёл меня.
Теперь я его пленница.
Его игрушка.
Семь дней — и я буду принадлежать ему без остатка.
Без права на «нет» и шанса на побег…
Мужчина медленно идёт на меня, как хищник на добычу.
А я вжимаюсь в изголовье его кровати. Прикованная.
— Вы…
Он наклоняется ближе. Его пальцы сжимают мой подбородок, заставляя смотреть ему в глаза.
— Ты правда решила, что я не найду тебя, Белоснежка? — хрипло усмехается он. — Это мой город. И теперь… ты тоже моя.
Я — обычная студентка, случайно попавшая на закрытый вечер для элиты города.
Он — опасный мужчина, от которого нужно бежать как можно дальше.
В ту ночь я сбежала от него. Но он нашёл меня.
Теперь я его пленница.
Его игрушка.
Семь дней — и я буду принадлежать ему без остатка.
Без права на «нет» и шанса на побег…
- Вы слышали, Осман. Ваша будущая жена Лейла собирается расправиться с вами, и сделать это так, чтобы подозрение пало на меня. Убрать вас моими руками. И если она сделает это все поверят ей. И никто не поверит мне.
- Почему тебе никто не поверит?
- Потому.
- Нет уж, мышонок, не увиливай, говори как есть! Что ты скрываешь?
- Я ничего не скрываю.
Он двигается еще ближе, его грудная клетка прижимает меня к стене так, что мне нечем дышать. Глаза сканируют, словно лазером пытаются прожечь во мне дыру и узнать, что там внутри.
- Говори, мышонок. Кто ты такая?
- Я Белла, Белла Заурова. Я дочь вашего кровного врага.
- Почему тебе никто не поверит?
- Потому.
- Нет уж, мышонок, не увиливай, говори как есть! Что ты скрываешь?
- Я ничего не скрываю.
Он двигается еще ближе, его грудная клетка прижимает меня к стене так, что мне нечем дышать. Глаза сканируют, словно лазером пытаются прожечь во мне дыру и узнать, что там внутри.
- Говори, мышонок. Кто ты такая?
- Я Белла, Белла Заурова. Я дочь вашего кровного врага.
– Сейчас мы поедем и распишемся. Да, мы поженимся. Пышную свадьбу сыграем чуть позже, пока только роспись.
– Я не…
– Рот закрой! – строго оборвал он. – Я сказал, ты меня слушаешь внимательно.
Взгляд Рината был настолько серьезным, тяжелым, что мне стало не по себе.
– Я тебя не люблю, – умоляюще сказала я. – Я влюблена в Кирилла! Я не хочу! Я не выйду за тебя! – уже начала психовать я.
– Я уже все решил! Я давал тебе шанс присмотреться. Сейчас будешь присматриваться с колечком на пальце.
– Думаешь, это кольцо заставит меня тебя полюбить?!
– Я сам заставлю. Ты теперь моя!
В нашу первую встречу ты уже решил, что рано или поздно я буду твоей. Я жила свою обычную жизнь: училась, работала, была влюблена в хорошего парня. Ты понял, что есть лишь один способ привязать меня к себе навечно, и вот на моей руке кольцо, но кто сказал, что для меня этого достаточно, чтобы полюбить такого одержимого, как ты?
– Я не…
– Рот закрой! – строго оборвал он. – Я сказал, ты меня слушаешь внимательно.
Взгляд Рината был настолько серьезным, тяжелым, что мне стало не по себе.
– Я тебя не люблю, – умоляюще сказала я. – Я влюблена в Кирилла! Я не хочу! Я не выйду за тебя! – уже начала психовать я.
– Я уже все решил! Я давал тебе шанс присмотреться. Сейчас будешь присматриваться с колечком на пальце.
– Думаешь, это кольцо заставит меня тебя полюбить?!
– Я сам заставлю. Ты теперь моя!
В нашу первую встречу ты уже решил, что рано или поздно я буду твоей. Я жила свою обычную жизнь: училась, работала, была влюблена в хорошего парня. Ты понял, что есть лишь один способ привязать меня к себе навечно, и вот на моей руке кольцо, но кто сказал, что для меня этого достаточно, чтобы полюбить такого одержимого, как ты?
— Не открывай глаза. Дыши вместе со мной.
Мужчина начинает медленно втягивать воздух. Я чувствую, как увеличивается его грудь, упершаяся в мое плечо. И выдыхает.
— Ну, же. Давай!
Я пытаюсь вздохнуть, но горло сводит спазмом, а тело начинает бить дрожью. Я закрываю глаза, но не помогает.
— Как тебя зовут? – спрашивает над самым ухом.
— Л…ли…
— Лида?
— Лиза. – Выговариваю на одном дыхании.
В этот момент лифт покачивает, и я бросаюсь к его груди на уровне инстинкта. Он обхватывает меня плотным кольцом больших рук.
Легкие начинают болеть, от моей паники.
— Нет, нет, нет… — мотаю головой в стороны. Я не хочу тут остаться навсегда.
Теплая большая ладонь ложиться мне на лицо и задирает его вверх. Я часто дышу прямо в его лицо, ощущая ответное горячее дыхание. Моих сжатых губ касаются его горячие. Я вообще перестаю дышать.
Мужчина начинает медленно втягивать воздух. Я чувствую, как увеличивается его грудь, упершаяся в мое плечо. И выдыхает.
— Ну, же. Давай!
Я пытаюсь вздохнуть, но горло сводит спазмом, а тело начинает бить дрожью. Я закрываю глаза, но не помогает.
— Как тебя зовут? – спрашивает над самым ухом.
— Л…ли…
— Лида?
— Лиза. – Выговариваю на одном дыхании.
В этот момент лифт покачивает, и я бросаюсь к его груди на уровне инстинкта. Он обхватывает меня плотным кольцом больших рук.
Легкие начинают болеть, от моей паники.
— Нет, нет, нет… — мотаю головой в стороны. Я не хочу тут остаться навсегда.
Теплая большая ладонь ложиться мне на лицо и задирает его вверх. Я часто дышу прямо в его лицо, ощущая ответное горячее дыхание. Моих сжатых губ касаются его горячие. Я вообще перестаю дышать.
Меня продают в жёны самому опасному бандиту города. Обманом. Вместо моей сестры.
Гурам светит белозубой улыбкой. Золотая цепь звенит на мощной шее. А его грубая рука смыкается вокруг моего горла.
— Подчиняйся.
Но ужас наступает в миг, когда Гурам раскрывает ложь.
Гурам светит белозубой улыбкой. Золотая цепь звенит на мощной шее. А его грубая рука смыкается вокруг моего горла.
— Подчиняйся.
Но ужас наступает в миг, когда Гурам раскрывает ложь.
- Роберт, ты в своем уме? Ей девятнадцать! - едва сдерживаюсь, чтобы не заорать в голос.
- Отличный возраст: рожать и рожать, - язвительно хмыкает. - В твои сорок восемь – лишь за внуками присматривать. Кстати, не нервничай так, сердце береги. Развлечение детишек – дело нелегкое, требует сил и здоровья, - нагло поддевает.
- А ты у нас, значит, молодеешь? - щурюсь.
- На мужскую силу не жалуюсь, чего о твоих аппетитах в спальне не скажешь. Вот, купил витамины, - выуживает из кармана баночку из зеленого пластика, - Хороший состав для женщин в менопаузе.
- Хамло! Ты еще пожалеешь, что…
- Давно пожалел, - грубо перебивает, - нужно было в тридцать уходить, не тратить попусту время. Но… кто ж знал, что любимая превратится в склочную скучную пенсионерку? Хотелось верить в лучшее. Однако, Ирусь, разводиться не выход. Незачем нам позориться. Все, что могу предложить – открытый брак. Желаешь ты того или нет, примешь мои условия.
- Отличный возраст: рожать и рожать, - язвительно хмыкает. - В твои сорок восемь – лишь за внуками присматривать. Кстати, не нервничай так, сердце береги. Развлечение детишек – дело нелегкое, требует сил и здоровья, - нагло поддевает.
- А ты у нас, значит, молодеешь? - щурюсь.
- На мужскую силу не жалуюсь, чего о твоих аппетитах в спальне не скажешь. Вот, купил витамины, - выуживает из кармана баночку из зеленого пластика, - Хороший состав для женщин в менопаузе.
- Хамло! Ты еще пожалеешь, что…
- Давно пожалел, - грубо перебивает, - нужно было в тридцать уходить, не тратить попусту время. Но… кто ж знал, что любимая превратится в склочную скучную пенсионерку? Хотелось верить в лучшее. Однако, Ирусь, разводиться не выход. Незачем нам позориться. Все, что могу предложить – открытый брак. Желаешь ты того или нет, примешь мои условия.
Именинница исчезла из поля зрения минут тридцать назад, и я уже начинаю задумываться, где она. Внучку давно пора укладывать спать, ночь на дворе.
Внезапно на поляну врывается Оля.
Она несётся через толпу, вся в слезах, её глаза широко распахнуты от ужаса.
- Бабушка! - кричит, дрожа от страха. Маленькие пальчики цепляются за мои брюки. - Дедушке плохо! Он стонет, как наш Барсик, когда ему хвост прищемили! И кричит: «Мой Бог!»
- Что? - переспрашиваю, чувствуя, как внутри всё сжимается. - Олечка, где он?
- Там! - указывает в сторону палаток, судорожно всхлипывая.
Я тут же бросаю посуду и спешу к мужу.
Сердце колотится так, что, кажется, вот-вот выскочит.
Ещё издалека я слышу вопли.
Довольные крики не тянут на предсмертные. Они явно из другой категории.
Я резко расстегиваю молнию палатки, и картина, которую вижу, заставляет застыть.
Внезапно на поляну врывается Оля.
Она несётся через толпу, вся в слезах, её глаза широко распахнуты от ужаса.
- Бабушка! - кричит, дрожа от страха. Маленькие пальчики цепляются за мои брюки. - Дедушке плохо! Он стонет, как наш Барсик, когда ему хвост прищемили! И кричит: «Мой Бог!»
- Что? - переспрашиваю, чувствуя, как внутри всё сжимается. - Олечка, где он?
- Там! - указывает в сторону палаток, судорожно всхлипывая.
Я тут же бросаю посуду и спешу к мужу.
Сердце колотится так, что, кажется, вот-вот выскочит.
Ещё издалека я слышу вопли.
Довольные крики не тянут на предсмертные. Они явно из другой категории.
Я резко расстегиваю молнию палатки, и картина, которую вижу, заставляет застыть.
"Обвожу внимательным взглядом зал аэропорта и вижу его.
Он просто стоит как памятник. Откуда я знаю, что он за мной?
Не знаю. Но я точно знаю, что хочу, чтобы этот мужчина был моим.
- Привет, любимый.
С лёгкой усмешкой я поднимаюсь на цыпочки.
- Я так соскучилась, – продолжаю наш спектакль, где мне нужен всего один поцелуй, чтобы разобраться.
И он у меня есть..."
~~~
Я телохранитель со стажем, который по просьбе друга, должен охранять какую-то французскую пигалицу и для конспирации сыграть роль её парня. Только вместо пигалицы прилетает сумасшедшая девчонка и сказочный Эльф в одном флаконе, а я вдруг обнаруживаю в самом себе резкую тягу ко всему сказочному.
🔥ОБРАЩАЮ ВНИМАНИЕ ЧИТАТЕЛЕЙ НА ТО, что в книге НЕТ эротики. Жанр ромэротика стоит по требованию портала.
Он просто стоит как памятник. Откуда я знаю, что он за мной?
Не знаю. Но я точно знаю, что хочу, чтобы этот мужчина был моим.
- Привет, любимый.
С лёгкой усмешкой я поднимаюсь на цыпочки.
- Я так соскучилась, – продолжаю наш спектакль, где мне нужен всего один поцелуй, чтобы разобраться.
И он у меня есть..."
~~~
Я телохранитель со стажем, который по просьбе друга, должен охранять какую-то французскую пигалицу и для конспирации сыграть роль её парня. Только вместо пигалицы прилетает сумасшедшая девчонка и сказочный Эльф в одном флаконе, а я вдруг обнаруживаю в самом себе резкую тягу ко всему сказочному.
🔥ОБРАЩАЮ ВНИМАНИЕ ЧИТАТЕЛЕЙ НА ТО, что в книге НЕТ эротики. Жанр ромэротика стоит по требованию портала.
Убийца моего мужа, тот, чьё имя в нашем городе произносят только шёпотом, пришёл на его похороны.
В тот день Булат Агамаров впервые увидел меня.
— Ты и есть жена Саадулы? — его голос был низким, как рычание. — Не врут языки. Глаз не оторвать… Эти губы… Какую сочную ягодку отхватил себе старик… Соболезную твоей потере. Но не стоит убиваться о том, что уже стало прошлым.
Он наклонился ко мне:
— У тебя может быть другой мужчина. Моложе. Лучше. Сильнее. Выносливее…
— Отойдите от меня. Вон отсюда!
Агамаров продолжал жечь глазами. Мое сопротивление только будоражило его…
— У тебя есть то, что мне принадлежит. А ты теперь без мужа… Навещу тебя, заберу свое…
-Не смейте! У меня ничего нет! Я не знаю, о чем вы говорите!
-Врушек я наказываю, красивая Мальвина… Скоро встретимся. И лучше тебе отдать все, что мне нужно…
Муж мёртв. Родня ненавидит меня. Соседи отвернулись. Я осталась одна.
И ночью Агамаров снова вошёл в мой дом…
А защитить меня было некому…
В тот день Булат Агамаров впервые увидел меня.
— Ты и есть жена Саадулы? — его голос был низким, как рычание. — Не врут языки. Глаз не оторвать… Эти губы… Какую сочную ягодку отхватил себе старик… Соболезную твоей потере. Но не стоит убиваться о том, что уже стало прошлым.
Он наклонился ко мне:
— У тебя может быть другой мужчина. Моложе. Лучше. Сильнее. Выносливее…
— Отойдите от меня. Вон отсюда!
Агамаров продолжал жечь глазами. Мое сопротивление только будоражило его…
— У тебя есть то, что мне принадлежит. А ты теперь без мужа… Навещу тебя, заберу свое…
-Не смейте! У меня ничего нет! Я не знаю, о чем вы говорите!
-Врушек я наказываю, красивая Мальвина… Скоро встретимся. И лучше тебе отдать все, что мне нужно…
Муж мёртв. Родня ненавидит меня. Соседи отвернулись. Я осталась одна.
И ночью Агамаров снова вошёл в мой дом…
А защитить меня было некому…
Выберите полку для книги