Книги в жанре «Остросюжетный любовный роман» по тегу «vlastnyy-geroy»
Самый прекрасный день в моей жизни обернулся сущим кошмаром. Сразу после росписи, прямо у ЗАГСа, я увидела бывшую девушку своего мужа — беременную и утверждающую, что отец ребёнка — мой любимый.
***
— Она беременна от тебя? Если да, то давай вернёмся и сразу разведёмся.
Я не шучу, и Амир это понимает.
— Не говори ерунды…
Камила смелеет и, вытерев слёзы, перебивает Амира.
— Да, от него! От кого же ещё? Наивная и глупая девчонка! Мы всё это время были вместе. Каждую ночь проводили вместе и любили друг друга, — оглаживает живот. — А с тобой он… — она мерзко усмехается и, поморщившись, окидывает меня взглядом, полным ликования. — С тобой он лишь для того, чтобы продлить срок действия договора доверительного управления акциями.
***
— Она беременна от тебя? Если да, то давай вернёмся и сразу разведёмся.
Я не шучу, и Амир это понимает.
— Не говори ерунды…
Камила смелеет и, вытерев слёзы, перебивает Амира.
— Да, от него! От кого же ещё? Наивная и глупая девчонка! Мы всё это время были вместе. Каждую ночь проводили вместе и любили друг друга, — оглаживает живот. — А с тобой он… — она мерзко усмехается и, поморщившись, окидывает меня взглядом, полным ликования. — С тобой он лишь для того, чтобы продлить срок действия договора доверительного управления акциями.
Свёкор обвиняет меня в махинациях и краже трёх миллиардов активов его семьи. Фиктивному мужу явно плевать, что со мной будет, он уверен в моей виновности так же, как и его старший брат. Двухметровая гора мышц с жестоким взглядом. Свёкру нужно, чтобы я оговорила себя, он даже готов запереть меня в подвале и не выпускать, пока не признаюсь в том, чего я не делала. От этой участи меня спасает брат моего мужа.
Только он не спаситель. Он просто более изощрённый палач, готовый добиться от меня признания самостоятельно. И для этого он забирает меня к себе.
И самое ужасное во всём этом, я до сих пор влюблена в него. И у меня только один шанс выжить — доказать свою невиновность.
Только он не спаситель. Он просто более изощрённый палач, готовый добиться от меня признания самостоятельно. И для этого он забирает меня к себе.
И самое ужасное во всём этом, я до сих пор влюблена в него. И у меня только один шанс выжить — доказать свою невиновность.
— Давно не виделись, Вера, — слышу знакомый голос с хрипотцой и каменею.
— И ещё бы столько, а можно и побольше, — не разворачиваюсь, но отвечаю на автомате.
— Всё такая же.
— Что тебе нужно, Север? — спрашиваю зло.
— Наследник, — говорит он так буднично, будто это то же самое, что за хлебом в магазин сходить.
— К жене своей иди, — шиплю и заставляю себя повернуться к нему.
— Жены нет, а ты есть. Да и судя по тому, что мне донесли, достаточно плодовитая, — кривится он, а я чувствую, как страх заполняет всё внутри. — Родишь мне, и я забуду твоё предательство.
— А не пошёл бы ты… за своей женой!
— Мам, а это кто? — ко мне подходит сын и смотрит на Севера таким же колючим взглядом, ни чуть не уступая, а я молюсь, чтобы он не заметил, что мой мальчик так похож на него.
***
Первая любовь самая яркая, самая сильная и никогда не забывается. Счастливчик тот, у кого она принесла только счастье. Моя первая любовь сначала вознесла меня, а после выжгла всё дотла, превратив моё сердце в
— И ещё бы столько, а можно и побольше, — не разворачиваюсь, но отвечаю на автомате.
— Всё такая же.
— Что тебе нужно, Север? — спрашиваю зло.
— Наследник, — говорит он так буднично, будто это то же самое, что за хлебом в магазин сходить.
— К жене своей иди, — шиплю и заставляю себя повернуться к нему.
— Жены нет, а ты есть. Да и судя по тому, что мне донесли, достаточно плодовитая, — кривится он, а я чувствую, как страх заполняет всё внутри. — Родишь мне, и я забуду твоё предательство.
— А не пошёл бы ты… за своей женой!
— Мам, а это кто? — ко мне подходит сын и смотрит на Севера таким же колючим взглядом, ни чуть не уступая, а я молюсь, чтобы он не заметил, что мой мальчик так похож на него.
***
Первая любовь самая яркая, самая сильная и никогда не забывается. Счастливчик тот, у кого она принесла только счастье. Моя первая любовь сначала вознесла меня, а после выжгла всё дотла, превратив моё сердце в
— Как ты посмела от меня сбежать, Ася? — его голос звучит холодно, как сталь клинка, и режет правдоподобно.
— Вы призрак, дурной сон… Вас никогда не было в моей жизни!
— Был! — собирает костяшками пальцев слезы с моих щек, а затем, обхватив, откидывает голову назад, заглядывая в глаза словно в саму душу которой больше нет. — И теперь ты принадлежишь только мне!
Праздник в честь моего дня рождения был самым счастливым, пока не появился он. Враг, деспот, убийца…
Я умерла в тот день, иронично успев задуть свечи на праздничном торте.
— Вы призрак, дурной сон… Вас никогда не было в моей жизни!
— Был! — собирает костяшками пальцев слезы с моих щек, а затем, обхватив, откидывает голову назад, заглядывая в глаза словно в саму душу которой больше нет. — И теперь ты принадлежишь только мне!
Праздник в честь моего дня рождения был самым счастливым, пока не появился он. Враг, деспот, убийца…
Я умерла в тот день, иронично успев задуть свечи на праздничном торте.
– Тебя подготовят ко встрече с Повелителем, – безразлично произносит управительница. – Раздевайся.
– Нет, – выдыхаю по-русски, но мой голос звучит тихо.
Женщина устало вздыхает с таким видом, будто видела уже тысячи таких упрямых девок.
– У тебя нет выбора. Когда предстанешь перед Господином, ты должна соответствовать…
– Я не хочу соответствовать! – беру на себя смелость перебить ее. – Не хочу ни перед кем представать! Я не вещь, ясно?!
– Каждая девушка здесь когда-то чего-то не хотела, – спокойно и тихо произносит распорядительница. – Просто поверь, что лучше подчиниться сейчас. Это сэкономит тебе силы.
Мой отец задолжал богатому арабу. Мне пришлось отрабатывать долг в его отеле на окраине страны. Но я и подумать не могла, что однажды сюда заявится сам шейх. А шейх всегда получает то, что хочет.
И в тот день он захотел… меня.
– Нет, – выдыхаю по-русски, но мой голос звучит тихо.
Женщина устало вздыхает с таким видом, будто видела уже тысячи таких упрямых девок.
– У тебя нет выбора. Когда предстанешь перед Господином, ты должна соответствовать…
– Я не хочу соответствовать! – беру на себя смелость перебить ее. – Не хочу ни перед кем представать! Я не вещь, ясно?!
– Каждая девушка здесь когда-то чего-то не хотела, – спокойно и тихо произносит распорядительница. – Просто поверь, что лучше подчиниться сейчас. Это сэкономит тебе силы.
Мой отец задолжал богатому арабу. Мне пришлось отрабатывать долг в его отеле на окраине страны. Но я и подумать не могла, что однажды сюда заявится сам шейх. А шейх всегда получает то, что хочет.
И в тот день он захотел… меня.
- Тот, кто выиграет – получит мою дочь! И сможет делать с ней что захочет!
Я смотрел туда, в клетку.
Все видели просто запуганную зареванную девушку, жмущуюся к прутьям и закрывающую от ужаса уши руками. А я видел ее...
Девчонку из моего сна.
Шоколадного цвета крупные кудри, распахнутые голубые глаза, в которых плескалась дикая боль. И такой же, как сейчас, раскрытый в душераздирающем крике рот:
- Помоги мне!
Я смотрел туда, в клетку.
Все видели просто запуганную зареванную девушку, жмущуюся к прутьям и закрывающую от ужаса уши руками. А я видел ее...
Девчонку из моего сна.
Шоколадного цвета крупные кудри, распахнутые голубые глаза, в которых плескалась дикая боль. И такой же, как сейчас, раскрытый в душераздирающем крике рот:
- Помоги мне!
– Ты кто такая? Как сюда попала? – надо мной громыхает мужской голос, а перед глазами мелькает белая борода.
– Нечего рычать здесь, дедуля! – огрызаюсь спросонья. Я не могу терпеть, когда меня будят!
– Снегурочка, я тебя сейчас голым задом на снег выкину, если ты не откроешь свой рот и не скажешь, как оказалась в моём доме!
Меня выдёргивают из тёплой кровати и встряхивают за плечи.
– Слушай, медведь‑переросток! Это мой дом! – шиплю я. – Руки убрал, а то я…
– А то ты что? – ухмыляется этот "дедуля", слишком нагло осматривая меня, а я теряюсь. – Давай договаривай! А потом отработаешь мне неожиданную ночлежку, Снегурочка! Новый год, всё-таки!
***
Жила я себе спокойно, даже замужем побывать успела. А потом в один момент оказалась вдовой — без денег, положения, и только какая‑то старая избушка за Уралом есть в моей собственности. Кто же знал, что эту самую избушку уже оккупировал местный царь, а точнее, медведь! Как бы теперь сбежать? Но, кажется, меня никто не собирается отпускать!
– Нечего рычать здесь, дедуля! – огрызаюсь спросонья. Я не могу терпеть, когда меня будят!
– Снегурочка, я тебя сейчас голым задом на снег выкину, если ты не откроешь свой рот и не скажешь, как оказалась в моём доме!
Меня выдёргивают из тёплой кровати и встряхивают за плечи.
– Слушай, медведь‑переросток! Это мой дом! – шиплю я. – Руки убрал, а то я…
– А то ты что? – ухмыляется этот "дедуля", слишком нагло осматривая меня, а я теряюсь. – Давай договаривай! А потом отработаешь мне неожиданную ночлежку, Снегурочка! Новый год, всё-таки!
***
Жила я себе спокойно, даже замужем побывать успела. А потом в один момент оказалась вдовой — без денег, положения, и только какая‑то старая избушка за Уралом есть в моей собственности. Кто же знал, что эту самую избушку уже оккупировал местный царь, а точнее, медведь! Как бы теперь сбежать? Но, кажется, меня никто не собирается отпускать!
- Ты знала, что я не могу заключить с тобой никях, Аврора, потому что ты была женой моего сына. Ни один мулла не свяжет нас узами перед Всевышним, а мне нужны дети, которых признают кланы. Мне нужны наследники, - слова мужа звучали в голове погребальным звоном.
Неужели он заставит меня сделать аборт?!
- Ты силой взял меня замуж! Я не хотела этого брака! Ты заставил поверить тебе, полюбить! Зачем, Керим?! Зачем было все это?! – я всплеснула руками, показывая на смятую постель, пахшую нашей близостью.
- Потому что хотел, чтобы ты была счастлива, девочка. И сейчас хочу, но ты не сможешь вырастить и воспитать этого ребенка, Аврора, если хочешь, чтобы он появился на свет, то откажешься от него при рождении, и Калила… моя будущая жена станет для него матерью.
- Нет, Керим, что ты такое говоришь?!
- Только так, Аврора, ты же помнишь, что в нашем союзе развод не предусмотрен? Ты останешься со мной, девочка, будешь кричать подо мной от удовольствия и… больше никогда не заговоришь о детях.
Неужели он заставит меня сделать аборт?!
- Ты силой взял меня замуж! Я не хотела этого брака! Ты заставил поверить тебе, полюбить! Зачем, Керим?! Зачем было все это?! – я всплеснула руками, показывая на смятую постель, пахшую нашей близостью.
- Потому что хотел, чтобы ты была счастлива, девочка. И сейчас хочу, но ты не сможешь вырастить и воспитать этого ребенка, Аврора, если хочешь, чтобы он появился на свет, то откажешься от него при рождении, и Калила… моя будущая жена станет для него матерью.
- Нет, Керим, что ты такое говоришь?!
- Только так, Аврора, ты же помнишь, что в нашем союзе развод не предусмотрен? Ты останешься со мной, девочка, будешь кричать подо мной от удовольствия и… больше никогда не заговоришь о детях.
Арина Лисова всего лишь должна была проверить скучные финансовые документы. Ночная работа, чужой архив, несколько странных платежей — обычная рутина для аудитора, пока в закрытом файле она не находит подпись человека, чьё имя в городе произносят шёпотом.
Дамир Орлов привык, что люди отдают ему то, что он требует. Деньги. Верность. Молчание. Но Арина не отдаёт найденную улику и не собирается становиться пешкой в чужой опасной игре.
Теперь за ней охотятся те, кто боится правды. Дамир предлагает защиту, но его защита слишком похожа на клетку. Чтобы выжить, Арине придётся войти в мир, где улыбки опаснее угроз, семья может оказаться врагом, а любовь — самой рискованной уликой.
Он хотел спрятать свидетельницу.
Она заставила его выбрать правду.
Дамир Орлов привык, что люди отдают ему то, что он требует. Деньги. Верность. Молчание. Но Арина не отдаёт найденную улику и не собирается становиться пешкой в чужой опасной игре.
Теперь за ней охотятся те, кто боится правды. Дамир предлагает защиту, но его защита слишком похожа на клетку. Чтобы выжить, Арине придётся войти в мир, где улыбки опаснее угроз, семья может оказаться врагом, а любовь — самой рискованной уликой.
Он хотел спрятать свидетельницу.
Она заставила его выбрать правду.
— Ты в моём доме, Алёна, — проговорил он низким голосом. — В моём ауле. Здесь мои законы. И ты не сделаешь ни шагу без моего ведома, пока я не скажу.
Я сглотнула, но не отвела взгляда.
— И что же вы мне сделаете? Запрёте?
Он наклонился. Его губы оказались в сантиметре от моего уха. Я почувствовала его дыхание — горячее, щекочущее кожу. По спине побежали мурашки, и я возненавидела себя за это.
— Если понадобится — да. Запру. Прикую к кровати. Но ты сама будешь умолять меня остаться.
Я сглотнула, но не отвела взгляда.
— И что же вы мне сделаете? Запрёте?
Он наклонился. Его губы оказались в сантиметре от моего уха. Я почувствовала его дыхание — горячее, щекочущее кожу. По спине побежали мурашки, и я возненавидела себя за это.
— Если понадобится — да. Запру. Прикую к кровати. Но ты сама будешь умолять меня остаться.
Подборка остросюжетных любовных романов с властным героем
Выберите полку для книги