Книги в жанре «Драма» по тегу «predatelstvo»
Комната утопала в полумраке, но мне хватило даже этих крох света, чтобы увидеть ЭТО.
Муж стоял у кровати. Рубашка расстёгнута. Штаны… спущены до колен. Он даже не пытался их поднять. Перед ним на коленях стояла девушка — молодая, светловолосая, с идеальной укладкой... преданно смотрела на моего мужа, облизываясь, как кот на сливки.
Я, кажется, даже не дышала. Просто смотрела. А потом Марк повернул голову… увидел меня… и… ухмыльнулся.
— Ну ты или заходи, или закрой дверь с той стороны. Дует же, — его голос был ровный, ленивый, словно я — это какой-то комар, прилетевший не вовремя.
Я молчала... Наверное,чтобы не сорваться в истерику...
— Не смотри на меня так... Ты же взрослая женщина, Рит. Ну… ну с кем не бывает. Подумаешь, отдохнул. Это даже не измена. Это так… расслабон.
Десять лет брака, море любви и общие планы, а он променял меня на силиконовую куклу! Расслабился значит... Ну ничего, милый... Месть будет сладкой!
Муж стоял у кровати. Рубашка расстёгнута. Штаны… спущены до колен. Он даже не пытался их поднять. Перед ним на коленях стояла девушка — молодая, светловолосая, с идеальной укладкой... преданно смотрела на моего мужа, облизываясь, как кот на сливки.
Я, кажется, даже не дышала. Просто смотрела. А потом Марк повернул голову… увидел меня… и… ухмыльнулся.
— Ну ты или заходи, или закрой дверь с той стороны. Дует же, — его голос был ровный, ленивый, словно я — это какой-то комар, прилетевший не вовремя.
Я молчала... Наверное,чтобы не сорваться в истерику...
— Не смотри на меня так... Ты же взрослая женщина, Рит. Ну… ну с кем не бывает. Подумаешь, отдохнул. Это даже не измена. Это так… расслабон.
Десять лет брака, море любви и общие планы, а он променял меня на силиконовую куклу! Расслабился значит... Ну ничего, милый... Месть будет сладкой!
— Малыш, ты только представь! Море. Солнце. И белый песок. Мы вдвоем! Думаю только об этом! — услышала я хриплый голос моего мужа, стоя за дверью нашей спальни. — Хочу успеть отдохнуть до родов жены. Ну, ты понимаешь, дальше только детские крики, да пеленки и распашонки, не будет возможности вырваться от них.
Я спешила домой, чтобы сообщить любимому новость о наших тройняшках, что он станет папой сыновьям! Но случайно узнала, что он флиртовал со своей любовницей по телефону, которой обещал вместе слетать на отдых на море. Как мне вырваться из этого кошмара и что мне делать дальше?
Я спешила домой, чтобы сообщить любимому новость о наших тройняшках, что он станет папой сыновьям! Но случайно узнала, что он флиртовал со своей любовницей по телефону, которой обещал вместе слетать на отдых на море. Как мне вырваться из этого кошмара и что мне делать дальше?
Не люблю Новый год, кто-то скажет сумасшедшая, это же самый волшебный праздник на земле. Это запах пихты, мандарин, подарки и ожидание чуда. Всё было так, до того злополучного дня, который навсегда оставил во мне привкус горечи...
Приехав из больницы после потери нашего малыша, я застаю мужа в постели с моей лучшей подругой. Но это еще не все. Скоро я узнаю обо всех его скелетах в шкафу. Я обязательно накажу предателей!
- Какого черта здесь происходит?! – кричу, желая остановить их прелюбодеяние.
Вздрагивают, отскакивают друг от друга, прикрываются… Противно.
- Настя? – словно не веря, что я не мерещусь ему, ошарашенно произносит муж. – Тебя что, уже выписали из больницы?
Молчу и только убиваю его глазами от эмоций, которые наполняют меня: ненависть, злость, ярость…
Муж вскакивает с кровати и начинает судорожно искать свою одежду, одновременно крича мне:
- Да, мы спим с Ирой, и что?! Я терпел тебя, только пока ты была беременна, а теперь...
- Какого черта здесь происходит?! – кричу, желая остановить их прелюбодеяние.
Вздрагивают, отскакивают друг от друга, прикрываются… Противно.
- Настя? – словно не веря, что я не мерещусь ему, ошарашенно произносит муж. – Тебя что, уже выписали из больницы?
Молчу и только убиваю его глазами от эмоций, которые наполняют меня: ненависть, злость, ярость…
Муж вскакивает с кровати и начинает судорожно искать свою одежду, одновременно крича мне:
- Да, мы спим с Ирой, и что?! Я терпел тебя, только пока ты была беременна, а теперь...
— Мама, ты не обидишься, если я тебя кое о чём попрошу? — сын смущенно отводит взгляд.
— Конечно, не обижусь, — улыбаюсь я.
— Ты же понимаешь, нам с Настей после свадьбы хочется побыть одним. Ты не могла бы на лето уехать в деревню?
В деревню? Да, там у нас бабушкин дом, но он совсем старый и непригодный для проживания.
— Денис, там крыша течет. И печь перекладывать нужно.
— Мам, ну это же только на лето. Летом тепло. А готовить ты можешь на электрической плитке. Зато какой там свежий воздух! А осенью мы за тобой приедем, мам!
Вот только осенью они за мной не приезжают. И случайно забывают вернуть мне ключи от квартиры, где я прожила всю жизнь.
Кажется, кто-то сказал, что в сорок лет жизнь только начинается? Так вот — он обманул.
Мне уже за пятьдесят. И я никому не нужна.
— Конечно, не обижусь, — улыбаюсь я.
— Ты же понимаешь, нам с Настей после свадьбы хочется побыть одним. Ты не могла бы на лето уехать в деревню?
В деревню? Да, там у нас бабушкин дом, но он совсем старый и непригодный для проживания.
— Денис, там крыша течет. И печь перекладывать нужно.
— Мам, ну это же только на лето. Летом тепло. А готовить ты можешь на электрической плитке. Зато какой там свежий воздух! А осенью мы за тобой приедем, мам!
Вот только осенью они за мной не приезжают. И случайно забывают вернуть мне ключи от квартиры, где я прожила всю жизнь.
Кажется, кто-то сказал, что в сорок лет жизнь только начинается? Так вот — он обманул.
Мне уже за пятьдесят. И я никому не нужна.
— Мне не нужен ребёнок. Я вообще не уверен, что он мой.
Я погладила свой семимесячный живот, не веря в происходящее.
— Ты хочешь тест?! Думаешь, я тебе изменила?!
— Мне пришло анонимное письмо. Там было сказано, что ребёнок может быть не мой. Знаешь, я не поверил сразу… но, учитывая твою тесную связь с моим братом... я решил проверить.
Я не могла поверить, что это говорит муж, который семь лет назад держал меня за руку и клялся быть рядом. Теперь мне оставалось молиться, чтобы тест был положительный.
***
Мой муж изменил мне с лучшей подругой, обвинил в измене и выгнал из дома на седьмом месяце беременности. Кто бы знал, что из безвыходной ситуации меня спасет брат моего мужа, который терпеть меня не мог.
Или у него были свои планы на меня, а меня использовали как средство для мести?
Я погладила свой семимесячный живот, не веря в происходящее.
— Ты хочешь тест?! Думаешь, я тебе изменила?!
— Мне пришло анонимное письмо. Там было сказано, что ребёнок может быть не мой. Знаешь, я не поверил сразу… но, учитывая твою тесную связь с моим братом... я решил проверить.
Я не могла поверить, что это говорит муж, который семь лет назад держал меня за руку и клялся быть рядом. Теперь мне оставалось молиться, чтобы тест был положительный.
***
Мой муж изменил мне с лучшей подругой, обвинил в измене и выгнал из дома на седьмом месяце беременности. Кто бы знал, что из безвыходной ситуации меня спасет брат моего мужа, который терпеть меня не мог.
Или у него были свои планы на меня, а меня использовали как средство для мести?
– Это всего лишь прислуга, – шепчет незнакомая мне девушка, прежде чем впиться поцелуем в губы моего мужа.
Наши с Егором взгляды пересекаются. Мои пальцы внезапно слабеют и разжимаются. Тяжёлый металлический поднос с грохотом летит на пол.
Девица испуганно взвизгивает, когда осколки бокалов рассыпаются вокруг нас, обдав подол её платья брызгами шампанского. Она что-то кричит. Машет руками. Но я никак не могу разобрать слов. Замираю на месте, словно каменное изваяние. Смотрю на мужа. Жду, что он начнёт оправдываться. Хочу услышать, что это всего лишь недоразумение. Что я всё неправильно поняла…
Наши с Егором взгляды пересекаются. Мои пальцы внезапно слабеют и разжимаются. Тяжёлый металлический поднос с грохотом летит на пол.
Девица испуганно взвизгивает, когда осколки бокалов рассыпаются вокруг нас, обдав подол её платья брызгами шампанского. Она что-то кричит. Машет руками. Но я никак не могу разобрать слов. Замираю на месте, словно каменное изваяние. Смотрю на мужа. Жду, что он начнёт оправдываться. Хочу услышать, что это всего лишь недоразумение. Что я всё неправильно поняла…
И стоило нам с Гришей остаться наедине, как я посмотрела в его зелёные, лживые глаза, и влепила ему пощёчину.
– Признаю, я это заслужил. И да, ты можешь думать обо мне всё что угодно, но поверь, ты единственная женщина, которую я любил и люблю.
– А сколько у тебя было нелюбимых женщин?
Гриша предпочёл ничего не отвечать, но его выражение лица, как и взгляд, говорили сами за себя – женщин было много.
– Ну ты и мудак, Гриша!
Я снова замахнулась, но на этот раз муж сжал моё запястье, притянув меня к себе, и чуть ли не с покаянием произнёс:
– Аня, они ничего для меня не значили. Просто глупые куклы, с которыми я бездумно развлекался, вот и всё. Но люблю я только тебя и...
– Я ненавижу тебя за твоё предательство, – с ударением произнесла каждое слово, чтобы Гриша понял, что у него нет ни одного шанса завоевать моё прощение.
– Признаю, я это заслужил. И да, ты можешь думать обо мне всё что угодно, но поверь, ты единственная женщина, которую я любил и люблю.
– А сколько у тебя было нелюбимых женщин?
Гриша предпочёл ничего не отвечать, но его выражение лица, как и взгляд, говорили сами за себя – женщин было много.
– Ну ты и мудак, Гриша!
Я снова замахнулась, но на этот раз муж сжал моё запястье, притянув меня к себе, и чуть ли не с покаянием произнёс:
– Аня, они ничего для меня не значили. Просто глупые куклы, с которыми я бездумно развлекался, вот и всё. Но люблю я только тебя и...
– Я ненавижу тебя за твоё предательство, – с ударением произнесла каждое слово, чтобы Гриша понял, что у него нет ни одного шанса завоевать моё прощение.
- Собирай вещи и уходи,- произнес муж жестко.
- Слава… ты серьезно? У меня на руках твой трехмесячный сын!
- Не мой! Мама сделала ДНК! Ты нагуляла этого выродка, а мне врала, дрянь!
Сзади, в дверном проеме кухни, стояла она. Его мать.
- Я тоже считаю, что ты должна уйти, Анечка. Ты же понимаешь… мы слишком породисты, чтобы воспитывать твой приблуд,.
Удовлетворенный взгляд этой гадины транслировал мне: «эту войну выиграла я, невестушка».
Меня выставили за дверь с младенцем на руках. Муж, ослепленный ложью матери и фальшивым тестом ДНК, поверил, что ребенок не его. Свекровь торжествует. Но она ошиблась. Я не проиграла. Я вернусь за правдой… и возмездием.
- Слава… ты серьезно? У меня на руках твой трехмесячный сын!
- Не мой! Мама сделала ДНК! Ты нагуляла этого выродка, а мне врала, дрянь!
Сзади, в дверном проеме кухни, стояла она. Его мать.
- Я тоже считаю, что ты должна уйти, Анечка. Ты же понимаешь… мы слишком породисты, чтобы воспитывать твой приблуд,.
Удовлетворенный взгляд этой гадины транслировал мне: «эту войну выиграла я, невестушка».
Меня выставили за дверь с младенцем на руках. Муж, ослепленный ложью матери и фальшивым тестом ДНК, поверил, что ребенок не его. Свекровь торжествует. Но она ошиблась. Я не проиграла. Я вернусь за правдой… и возмездием.
Провела осмотр, как обычно – степенно, внимательно и без лишних эмоций. Лиза, как звали девушку, лежала на кушетке. Её взгляд скользил по потолку, будто она о чём-то напряжённо размышляла.
– Беременность около восьми недель. – произнесла, снимая перчатки. – Всё в порядке. Нужно будет провести ещё ряд анализов, но в целом, никаких видимых проблем. Поздравляю. – произнесла с теплой улыбкой.
Она медленно слезла с кресла, поправила одежду и вдруг улыбнулась, подойдя к моему столу. Но не радостно, а как-то мрачно.
– Спасибо, Алиса Сергеевна. Но я думаю, вам будет интересно узнать, кто отец ребенка. – произнесла на распев.
Машинально нахмурилась. Пациентки редко вдавались в такие подробности. Да и мне эта информация, мягко говоря, ни к чему.
– Думаю, это личное дело вашей семьи, я не… – но договорить не успела, так как пациентка меня прервала.
– Это Ваня. Ваш Ваня. Ваш муж. – произнеся это, она вздернула вверх подбородок.
– Беременность около восьми недель. – произнесла, снимая перчатки. – Всё в порядке. Нужно будет провести ещё ряд анализов, но в целом, никаких видимых проблем. Поздравляю. – произнесла с теплой улыбкой.
Она медленно слезла с кресла, поправила одежду и вдруг улыбнулась, подойдя к моему столу. Но не радостно, а как-то мрачно.
– Спасибо, Алиса Сергеевна. Но я думаю, вам будет интересно узнать, кто отец ребенка. – произнесла на распев.
Машинально нахмурилась. Пациентки редко вдавались в такие подробности. Да и мне эта информация, мягко говоря, ни к чему.
– Думаю, это личное дело вашей семьи, я не… – но договорить не успела, так как пациентка меня прервала.
– Это Ваня. Ваш Ваня. Ваш муж. – произнеся это, она вздернула вверх подбородок.
Подборка драм о предательстве
Выберите полку для книги