Книги в жанре «Драма» по тегу «slozhnye-otnosheniya»
Тринадцать лет назад в жизни Элис выключили солнце. Стоя под проливным дождем, она отдала способность чувствовать в обмен на избавление от невыносимой боли предательства. С тех пор она живет в «скафандре» нормальности: образцовая жена холодного интеллектуала, заботливая мать, тихая воспитательница в детском саду. Её мир стерилен, сер и безопасен.
Но когда в её жизнь возвращается «призрак» из прошлого, а случайное хобби — озвучка сказок — внезапно дарит ей настоящий Голос, скафандр дает трещину. Это история о том, как трудно прорастать сквозь пепел, когда тебя окружают тирания логики и липкая мольба падшего человека. Сможет ли Элис выйти из зоны вечного холода, если цена свободы — разрушение всего, что считалось «правильным»?
Это не сказка о принце. Это манифест женщины, которая учится дышать на руинах собственной души.
!Содержит сцены распития алкоголя!
Но когда в её жизнь возвращается «призрак» из прошлого, а случайное хобби — озвучка сказок — внезапно дарит ей настоящий Голос, скафандр дает трещину. Это история о том, как трудно прорастать сквозь пепел, когда тебя окружают тирания логики и липкая мольба падшего человека. Сможет ли Элис выйти из зоны вечного холода, если цена свободы — разрушение всего, что считалось «правильным»?
Это не сказка о принце. Это манифест женщины, которая учится дышать на руинах собственной души.
!Содержит сцены распития алкоголя!
Инстинкт ведет меня к кабинету мужа. Дверь приоткрыта. Толкаю. Вижу.
Любовница сидит на его столе, ее ноги обвивают его бедра. Его руки под ее платьем. Они жадно целуются, словно задыхаются без этого контакта.
Бокал выскальзывает из моих пальцев. Звон стекла. Они замирают.
Муж оборачивается. Страсть сменяется шоком, шок раздражением.
– Аня, – произносит муж с недовольством.
Любовница поправляет платье не торопясь.
– Теперь она знает, – произносит любовница.
– Наконец-то, – выдыхает муж с облегчением. – Я уже устал притворяться.
***
Шесть лет брака. Шесть лет контроля, унижений, лжи под маской любви.
Я думала, что это конец. Но оказалось, что это мой последний шанс.
Любовница сидит на его столе, ее ноги обвивают его бедра. Его руки под ее платьем. Они жадно целуются, словно задыхаются без этого контакта.
Бокал выскальзывает из моих пальцев. Звон стекла. Они замирают.
Муж оборачивается. Страсть сменяется шоком, шок раздражением.
– Аня, – произносит муж с недовольством.
Любовница поправляет платье не торопясь.
– Теперь она знает, – произносит любовница.
– Наконец-то, – выдыхает муж с облегчением. – Я уже устал притворяться.
***
Шесть лет брака. Шесть лет контроля, унижений, лжи под маской любви.
Я думала, что это конец. Но оказалось, что это мой последний шанс.
Порой отношения заходят в тупик, из них исчезает флёр романтики, и идеальный муж, с которым тебе было хорошо пять лет, предстаёт ленивым, эгоистичным мужчиной, для которого ты не более чем обслуживающий персонал.
И единственный выход выбраться из-под его пагубного влияния – это подать на развод, что я и сделала, собрав вещи и съехав из квартиры Игоря. Вот только он не собирался так легко меня отпускать.
– Почему просто не позвонил? Зачем надо было караулить меня у работы?
– А что такое? Я отвлёк тебя от чего-то важного? Или кого-то важного? Что это был за мужик?
И единственный выход выбраться из-под его пагубного влияния – это подать на развод, что я и сделала, собрав вещи и съехав из квартиры Игоря. Вот только он не собирался так легко меня отпускать.
– Почему просто не позвонил? Зачем надо было караулить меня у работы?
– А что такое? Я отвлёк тебя от чего-то важного? Или кого-то важного? Что это был за мужик?
— Ты пожалеешь, – прошипела она. – Ты пожалеешь, что вообще родилась на свет.
Она шагнула ко мне и вдруг ее лицо изменилось.
Я не успела понять, что произошло.
Она сделала вид, что споткнулась. Резко взмахнула руками, как будто потеряла равновесие и… толкнула меня со всей силы.
Я не ожидала. Я стояла близко к лестнице, слишком близко. И когда ее ладони ударили меня между лопаток, я не смогла удержаться.
Мир перевернулся.
Я полетела вниз.
Ступени. Холодный бетон. Перила, которые я попыталась схватить, но они только больно ударили по руке.
Я падала, прижимая руки к животу. по матерински, защищая то, что было внутри меня.
Она шагнула ко мне и вдруг ее лицо изменилось.
Я не успела понять, что произошло.
Она сделала вид, что споткнулась. Резко взмахнула руками, как будто потеряла равновесие и… толкнула меня со всей силы.
Я не ожидала. Я стояла близко к лестнице, слишком близко. И когда ее ладони ударили меня между лопаток, я не смогла удержаться.
Мир перевернулся.
Я полетела вниз.
Ступени. Холодный бетон. Перила, которые я попыталась схватить, но они только больно ударили по руке.
Я падала, прижимая руки к животу. по матерински, защищая то, что было внутри меня.
После череды жестоких ударов судьбы, которые один за другим разрушают её жизнь, Марина позволяет себе довериться тайному поклоннику – Стасу, чьи благородство и надёжность кажутся ей последним якорем в бушующем море. Но после выясняется: каждое несчастье Марины было тщательно спланировано Стасом, чтобы он мог явиться «спасителем». Она пытается разорвать эти отношения, и тогда «ангел-хранитель» превращается в тюремщика, чтобы силой доказать своё право обладать ею.
Светлана Ковалева - обычная среднестатистическая женщина, разочарованная в любви, мужчинах и отношениях. Она и не предполагала, что однажды на своем пути встретит молодого парня, который покажет ей, как прекрасна жизнь, когда в ней есть настоящая любовь.
Но как долго продлится счастье, если все против них? Есть ли будущее у отношений с разницей в пятнадцать лет? А самое главное, как быть, если в твоего избранника влюблена любимая младшая сестра?
Но как долго продлится счастье, если все против них? Есть ли будущее у отношений с разницей в пятнадцать лет? А самое главное, как быть, если в твоего избранника влюблена любимая младшая сестра?
– Афонин? – я замерла на секунду. – Так это ты теперь будешь представлять интересы мужа?
Могла бы округлить глаза, удивиться. Но нет. Афонин Сергей бесцеремонный, хитрый, наглый, идущий по головам адвокат. Частенько забывающий о профессиональной этике и уважении.
– Анюта, – бывший муж подошёл ближе. – Я думал, ты больше не берёшься за семейные дела.
– Иногда, я делаю исключения, – кивнула в сторону лестницы, которую заливал солнечный свет. – Особенно когда клиентка рассказывает, что её муж скрыл активы в оффшорах и купил одной из подружек дом в Канаде на деньги с теневых доходов.
Бывший поиграл желваками, посмотрел исподлобья и...
Могла бы округлить глаза, удивиться. Но нет. Афонин Сергей бесцеремонный, хитрый, наглый, идущий по головам адвокат. Частенько забывающий о профессиональной этике и уважении.
– Анюта, – бывший муж подошёл ближе. – Я думал, ты больше не берёшься за семейные дела.
– Иногда, я делаю исключения, – кивнула в сторону лестницы, которую заливал солнечный свет. – Особенно когда клиентка рассказывает, что её муж скрыл активы в оффшорах и купил одной из подружек дом в Канаде на деньги с теневых доходов.
Бывший поиграл желваками, посмотрел исподлобья и...
Выписка из роддома должна была стать праздником.
Я представляла, как войду с ребёнком на руках в выписную комнату - немного бледная, слегка уставшая, но счастливая. Как муж будет меня встречать с огромным букетом цветов, с выражением благодарности и безграничной нежности на лице, при виде нашего крошечного чуда.
С утра я привела себя в порядок, надела платье (то, что выбрала ещё на шестом месяце: “чтобы выглядеть человеком”), сына укутали в голубой конверт, как маленький свёрток счастья.
И позвонила Максиму.
Гудки.
Ещё раз.
Гудки.
Я набрала номер своей лучшей подруги.
Никто не ответил.
Неожиданно мне стало смешно. Да, иногда так бывает - защитная реакция организма на сильное потрясение. Я засмеялась, потому что почувствовала, что это единственное, что мне осталось, иначе меня просто сломает.
Я представляла, как войду с ребёнком на руках в выписную комнату - немного бледная, слегка уставшая, но счастливая. Как муж будет меня встречать с огромным букетом цветов, с выражением благодарности и безграничной нежности на лице, при виде нашего крошечного чуда.
С утра я привела себя в порядок, надела платье (то, что выбрала ещё на шестом месяце: “чтобы выглядеть человеком”), сына укутали в голубой конверт, как маленький свёрток счастья.
И позвонила Максиму.
Гудки.
Ещё раз.
Гудки.
Я набрала номер своей лучшей подруги.
Никто не ответил.
Неожиданно мне стало смешно. Да, иногда так бывает - защитная реакция организма на сильное потрясение. Я засмеялась, потому что почувствовала, что это единственное, что мне осталось, иначе меня просто сломает.
– Что ты творишь?! – процедил муж сквозь зубы, – Пять лет для тебя ничего не значат?!
– Для меня значат последние два года, что ты пьешь! Ты думаешь, мне легко все это переносить?! Ты не написал ни одной картины с тех пор, как… – я осеклась. Не хотелось снова открывать ему эту рану.
– Я начал писать, когда пришла Таня! И за один день она сделала для меня больше, чем ты за все эти два года!
– Что?! Что она сделала?! Переспала с тобой и выпила несколько бутылок виски?! – мой голос сорвался на крик, – Это ты называешь поддержкой?!
– Ты мне надоела! – он хлопнул кулаком по стене, – Знай: это не ты бросаешь меня, это я бросаю тебя!
– Для меня значат последние два года, что ты пьешь! Ты думаешь, мне легко все это переносить?! Ты не написал ни одной картины с тех пор, как… – я осеклась. Не хотелось снова открывать ему эту рану.
– Я начал писать, когда пришла Таня! И за один день она сделала для меня больше, чем ты за все эти два года!
– Что?! Что она сделала?! Переспала с тобой и выпила несколько бутылок виски?! – мой голос сорвался на крик, – Это ты называешь поддержкой?!
– Ты мне надоела! – он хлопнул кулаком по стене, – Знай: это не ты бросаешь меня, это я бросаю тебя!
- Никаких детей в офисе, у нас серьезная компания! Поэтому брысь отсюда! – заявил я строго, обращаясь к малышке.
- Я тоже серьезная. Не по годам! – она подняла вверх указательный палец. – Так мама говорит.
- Я рад за тебя. А теперь иди к своей маме и не мешай мне работать.
- Вам контр-р-ракт подписать надо!
Я уже начал раздражаться из-за нежданной гостьи дошкольного возраста.
- Ты и бумаги мои взяла?! Ну все, это уже вмешательство в рабочий процесс.
Выхватил из рук девчонки листок и нахмурил лоб:
- Что за ерунда? Какой еще «контракт»?
- Мама говорит, что вы злой и страшный серый волк, вас все боятся! Напугайте одного дядю, я вам спасибо скажу и рисунок красивый нарисую.
Я и представить не мог, что с приходом новой сотрудницы в моей компании будет твориться полный беспредел! А найденная в офисе шестилетняя девочка станет лишь началом целой вереницы проблем.
- Я тоже серьезная. Не по годам! – она подняла вверх указательный палец. – Так мама говорит.
- Я рад за тебя. А теперь иди к своей маме и не мешай мне работать.
- Вам контр-р-ракт подписать надо!
Я уже начал раздражаться из-за нежданной гостьи дошкольного возраста.
- Ты и бумаги мои взяла?! Ну все, это уже вмешательство в рабочий процесс.
Выхватил из рук девчонки листок и нахмурил лоб:
- Что за ерунда? Какой еще «контракт»?
- Мама говорит, что вы злой и страшный серый волк, вас все боятся! Напугайте одного дядю, я вам спасибо скажу и рисунок красивый нарисую.
Я и представить не мог, что с приходом новой сотрудницы в моей компании будет твориться полный беспредел! А найденная в офисе шестилетняя девочка станет лишь началом целой вереницы проблем.
Подборка драм о сложных отношениях
Выберите полку для книги