Книги в жанре «Эротика» по тегу «goryacho-i-otkrovenno»
В день свадьбы Александра сталкивается с Егором - первой любовью, неожиданно исчезнувшей из ее жизни пять лет назад. Егор врывается в жизнь девушки ураганом и переворачивает все с ног на голову. Старые чувства вспыхивают с новой силой. Егор буквально похищает невесту от алтаря и теперь ей предстоит сделать выбор. Да и жених оказывается не так прост…
Пошла за грибами, а очнулась в другом мире — единственной женщиной среди пяти мужчин экипажа корабля. Каждый смотрит на меня с надеждой. Каждый готов убить за меня. И я... я не знаю, кого выбрать. Потому что в этом будущем я — единственная землянка.
Вас ждёт:
❤️Неунывающая героиня
❤️Настоящие мужчины
❤️Горячие сцены
❤️ХЭ
Вас ждёт:
❤️Неунывающая героиня
❤️Настоящие мужчины
❤️Горячие сцены
❤️ХЭ
«Я ухожу к другой... С днём рождения, Лена».
Сегодня мой муж разбил мне сердце одним звонком. Вернувшись домой в потёмках, я увидела его силуэт и решила: это был дурацкий розыгрыш. Шаги в темноте, тихое дыхание совсем близко…
Но растворяясь в волнах наслаждения, я почувствовала, что это словно кто-то другой. И когда молния осветила комнату, я увидела правду: передо мной стоял не муж... а его отец.
«Теперь ты моя» – прошептал он, и несмотря на всё сопротивление, моё тело предательски откликнулось...
Сегодня мой муж разбил мне сердце одним звонком. Вернувшись домой в потёмках, я увидела его силуэт и решила: это был дурацкий розыгрыш. Шаги в темноте, тихое дыхание совсем близко…
Но растворяясь в волнах наслаждения, я почувствовала, что это словно кто-то другой. И когда молния осветила комнату, я увидела правду: передо мной стоял не муж... а его отец.
«Теперь ты моя» – прошептал он, и несмотря на всё сопротивление, моё тело предательски откликнулось...
На палубе, под чужим солнцем, меня разобрали на части, чтобы собрать заново — но уже не из плоти, а из страха, возбуждения и предательской благодарности за каждую новую боль.
Их руки учили меня языку, которого я не знала: языку ремней, вибраций и электричества, и я заговорила на нём быстрее, чем успела испугаться. Я ненавидела себя, теряя последнюю опору.
А когда они спросили, хочу ли я ещё, я прошептала «да» — и это «да» было честнее всего, что я говорила в своей жизни.
🔥САМЫЕ ГОРЯЧИЕ МУЖЧИНЫ
🔥ЖАРКИЕ СЦЕНЫ
🔥ОКЕАН СТРАСТИ
Их руки учили меня языку, которого я не знала: языку ремней, вибраций и электричества, и я заговорила на нём быстрее, чем успела испугаться. Я ненавидела себя, теряя последнюю опору.
А когда они спросили, хочу ли я ещё, я прошептала «да» — и это «да» было честнее всего, что я говорила в своей жизни.
🔥САМЫЕ ГОРЯЧИЕ МУЖЧИНЫ
🔥ЖАРКИЕ СЦЕНЫ
🔥ОКЕАН СТРАСТИ
Она умеет придумывать мужчин, от которых невозможно оторваться. Но такого, как он, не придумала бы даже она.
Она зарабатывает на том, что заставляет читательниц мечтать о запретном. Он – живое воплощение всех ее самых опасных фантазий.
И теперь судьба поселила его буквально за стеной.
Слишком громкий. Слишком самоуверенный. Слишком привлекательный.
А главное – совершенно невыносимый.
Их знакомство начинается с взаимных претензий, продолжается словесными дуэлями, а заканчивается тем, что каждый разговор становится подозрительно похожим на игру в соблазнение.
Она пытается доказать себе, что он всего лишь раздражающий сосед.
Он явно не собирается облегчать ей эту задачу.
Потому что иногда самое сильное желание возникает именно там, где ему категорически не место.
И если писательница привыкла управлять своими героями, то что она будет делать, когда один из них внезапно войдет в ее жизнь – и откажется следовать сценарию?
Она зарабатывает на том, что заставляет читательниц мечтать о запретном. Он – живое воплощение всех ее самых опасных фантазий.
И теперь судьба поселила его буквально за стеной.
Слишком громкий. Слишком самоуверенный. Слишком привлекательный.
А главное – совершенно невыносимый.
Их знакомство начинается с взаимных претензий, продолжается словесными дуэлями, а заканчивается тем, что каждый разговор становится подозрительно похожим на игру в соблазнение.
Она пытается доказать себе, что он всего лишь раздражающий сосед.
Он явно не собирается облегчать ей эту задачу.
Потому что иногда самое сильное желание возникает именно там, где ему категорически не место.
И если писательница привыкла управлять своими героями, то что она будет делать, когда один из них внезапно войдет в ее жизнь – и откажется следовать сценарию?
Я росла без родителей и всегда мечтала о большой семье, которая просто любит, принимает, дарит безопасность и спокойствие. И, казалось, счастье так близко, я стала частью большой семьи своей подруги… Но…
Он ворвался как гром среди ясного неба, готовый разрушить мой небольшой построенный мир.
Он пришел требовать ответа за жестокий обман.
— Пусть она сделает выбор, чтобы потом не лить слезы, чтобы потом не умолять о пощаде, — говорил Карим, глядя на меня, не моргая. — Я заберу тебя, но оставлю семью Фатимы в покое. Ты согласна? Одно слово, Надежда, всего одно слово.
— Согласна, — собственноручно я подписала себе смертный приговор.
Он ворвался как гром среди ясного неба, готовый разрушить мой небольшой построенный мир.
Он пришел требовать ответа за жестокий обман.
— Пусть она сделает выбор, чтобы потом не лить слезы, чтобы потом не умолять о пощаде, — говорил Карим, глядя на меня, не моргая. — Я заберу тебя, но оставлю семью Фатимы в покое. Ты согласна? Одно слово, Надежда, всего одно слово.
— Согласна, — собственноручно я подписала себе смертный приговор.
— Никто не должен знать, что между нами было. Если не хочешь проблем, — его голос холоден, как сталь.
— Ты… угрожаешь мне?
— Предупреждаю, — бросает он. — Я получил свое. На этом всё. У тебя — своя жизнь. У меня — своя.
Он — брат подруги.
Сильный, влиятельный, безжалостный.
Он стал моим первым мужчиной… и самым жестоким уроком.
Я думала, что всё кончено. Но он вернулся.
Чтобы снова заставить меня принадлежать ему.
И если тогда я молчала, то теперь — он пожалеет, что научил меня сопротивляться.
— Ты… угрожаешь мне?
— Предупреждаю, — бросает он. — Я получил свое. На этом всё. У тебя — своя жизнь. У меня — своя.
Он — брат подруги.
Сильный, влиятельный, безжалостный.
Он стал моим первым мужчиной… и самым жестоким уроком.
Я думала, что всё кончено. Но он вернулся.
Чтобы снова заставить меня принадлежать ему.
И если тогда я молчала, то теперь — он пожалеет, что научил меня сопротивляться.
– Ты слишком молодая для училки. И слишком красивая, – говорит он порочным шёпотом. – Решила докопаться до моего сына, чтобы привлечь моё внимание? Что ж, у тебя получилось.
– Что вы себе позволяете?
– Я себе позволяю всё.
Он вдавливает меня в школьную доску. Внутри меня всё пылает так, что ноги подгибаются.
– Продолжим у меня дома, – хищно скалится Гордей. – И только попробуй в этот раз сбежать.
Я учительница. Он отец ученика.
Мне нельзя его хотеть. Ему нельзя меня трогать.
Но Гордей Усманов всегда нарушает правила первым.
Он загоняет меня в угол, говорит опасным голосом, смотрит так, будто уже знает, как я буду стонать.
Он хочет меня. Грязно. Ненасытно.
И мне всё труднее делать вид, что я к нему равнодушна.
А когда возвращается его бывшая жена, которую все считали умершей, становится ясно: это не любовный роман.
Это война за мужчину, который не знает слова «остановись».
– Что вы себе позволяете?
– Я себе позволяю всё.
Он вдавливает меня в школьную доску. Внутри меня всё пылает так, что ноги подгибаются.
– Продолжим у меня дома, – хищно скалится Гордей. – И только попробуй в этот раз сбежать.
Я учительница. Он отец ученика.
Мне нельзя его хотеть. Ему нельзя меня трогать.
Но Гордей Усманов всегда нарушает правила первым.
Он загоняет меня в угол, говорит опасным голосом, смотрит так, будто уже знает, как я буду стонать.
Он хочет меня. Грязно. Ненасытно.
И мне всё труднее делать вид, что я к нему равнодушна.
А когда возвращается его бывшая жена, которую все считали умершей, становится ясно: это не любовный роман.
Это война за мужчину, который не знает слова «остановись».
Найдя свой телефон, я позвонила подруге, она была единственным человеком, который мог сейчас мне помочь.
— Что случилось? Даша, ты в порядке?
— Кира, он опозорил меня, оболгав! Я не понимаю, как теперь всё это исправить! От меня все отвернутся!
На том конце молчали, а потом я снова услышала голос Киры, но она уже была не одна.
— Даша, ты на громкой, расскажи всё, что случилось. Со мной рядом Матвей и Костя.
— Кира, я же тебе рассказывала уже, что Витя снова объявился? Это конец, я только начала жить спокойно, а он снова всё испортил.
— Дарья, ты слышишь меня? Это Константин. Ты сейчас сделаешь себе тёплый чай с мёдом и будешь ждать меня. Приеду через двадцать минут, нет, через пятнадцать. Всё будет хорошо! Он не сможет больше тебе навредить, я обещаю. Ты меня поняла?
— Что случилось? Даша, ты в порядке?
— Кира, он опозорил меня, оболгав! Я не понимаю, как теперь всё это исправить! От меня все отвернутся!
На том конце молчали, а потом я снова услышала голос Киры, но она уже была не одна.
— Даша, ты на громкой, расскажи всё, что случилось. Со мной рядом Матвей и Костя.
— Кира, я же тебе рассказывала уже, что Витя снова объявился? Это конец, я только начала жить спокойно, а он снова всё испортил.
— Дарья, ты слышишь меня? Это Константин. Ты сейчас сделаешь себе тёплый чай с мёдом и будешь ждать меня. Приеду через двадцать минут, нет, через пятнадцать. Всё будет хорошо! Он не сможет больше тебе навредить, я обещаю. Ты меня поняла?
— У нас неприлично ходить с голым животом. Развяжите рубашку, — отчитывает меня наглый кавказец, когда я, изнывая от жары, поднимаюсь на стену Дербентской крепости.
— Вам какое дело до моего живота? Хотите — сами развяжите, — фыркаю, смело глядя в его наглые глаза.
Смотрит так, что земля уходит из-под ног. Брутальный, властный, из тех, кому всё позволено. А я и без него на грани: жених променял меня на секретаршу за неделю до свадьбы. Я сбежала с подругами забыться, а не выслушивать хама. Но этот «горный орел», кажется, решил добить окончательно.
— Какая дерзкая, — тянет он, и голос пробирает до мурашек. — Все вы дерзкие… до поры до времени.
— Не дерзкая. Смелая. Просто вы, видимо, к другим привыкли.
— Смелая, говоришь? — в его глазах загорается опасный огонь. — Тогда давай сыграем. Выиграешь — проси что пожелаешь. Проиграешь — поедешь со мной. И там посмотрим, что останется от твоей дерзости… Сделаю с тобой такое, что со стыда глаза на меня поднять не посмеешь.
Я проиграла…
— Вам какое дело до моего живота? Хотите — сами развяжите, — фыркаю, смело глядя в его наглые глаза.
Смотрит так, что земля уходит из-под ног. Брутальный, властный, из тех, кому всё позволено. А я и без него на грани: жених променял меня на секретаршу за неделю до свадьбы. Я сбежала с подругами забыться, а не выслушивать хама. Но этот «горный орел», кажется, решил добить окончательно.
— Какая дерзкая, — тянет он, и голос пробирает до мурашек. — Все вы дерзкие… до поры до времени.
— Не дерзкая. Смелая. Просто вы, видимо, к другим привыкли.
— Смелая, говоришь? — в его глазах загорается опасный огонь. — Тогда давай сыграем. Выиграешь — проси что пожелаешь. Проиграешь — поедешь со мной. И там посмотрим, что останется от твоей дерзости… Сделаю с тобой такое, что со стыда глаза на меня поднять не посмеешь.
Я проиграла…
Подборка откровенной эротики
Выберите полку для книги