Книги в жанре «Эротика» по тегу «knigi-erotika-skachat»
Лена уехала в командировку и попросила Алису «присмотреть за домом». Алиса не ожидала, что придётся присматривать ещё и за хозяином. И что он сам будет смотреть на неё так, что подкашиваются ноги.
Он — вдовец, привыкший держать всё под контролем. Она — нежная, смешная. Между ними — двадцать лет, осуждающие взгляды и поставленный выбор.
Он — вдовец, привыкший держать всё под контролем. Она — нежная, смешная. Между ними — двадцать лет, осуждающие взгляды и поставленный выбор.
«Счастье своё ты найдёшь на хвосте дракона!» – эти слова гадалки вонзились в сознание Насти и запустили цепь событий, в которых нашлось место влюблённости, страсти и разочарованиям. Но разгадает ли Настя тайну гадалки и найдёт ли своё счастье на хвосте дракона?
Далекий-далекий день: клубничное мороженое в стеклянном бокале, испуганные глаза мамы и папы.
Тот день, когда поняла… ДЕНИС НИКОГДА НЕ БЫЛ МОИМ БРАТОМ.
— Ты хотела встретиться, — спокойный голос вытягивает меня из детских воспоминаний.
Я поднимаю взгляд на любимые зелёные глаза. Когда-то они были главным доказательством, что приёмная не я. А теперь...
Тот день, когда поняла… ДЕНИС НИКОГДА НЕ БЫЛ МОИМ БРАТОМ.
— Ты хотела встретиться, — спокойный голос вытягивает меня из детских воспоминаний.
Я поднимаю взгляд на любимые зелёные глаза. Когда-то они были главным доказательством, что приёмная не я. А теперь...
Я стала их идеальной игрушкой. Дрессированной. Послушной. С золотым браслетом на запястье и гравировкой «Собственность Триумвирата». Думала, хуже быть уже не может.
Но потом в особняк приехал четвёртый. Виктор Алексеевич — человек с ледяными глазами и репутацией коллекционера, перед которым заискивают даже мои хозяева. Один его взгляд и я поняла: он хочет меня забрать. Туда, откуда не возвращаются. В его личную коллекцию, где такие, как я, перестают быть людьми.
Но когда надежды на спасение уже не осталось, самый страшный из них неожиданно предложил мне сделку. Свободу в обмен на предательство. Смогу ли я переиграть хищников на их поле? Или навсегда останусь экспонатом в чужой коллекции?
Но потом в особняк приехал четвёртый. Виктор Алексеевич — человек с ледяными глазами и репутацией коллекционера, перед которым заискивают даже мои хозяева. Один его взгляд и я поняла: он хочет меня забрать. Туда, откуда не возвращаются. В его личную коллекцию, где такие, как я, перестают быть людьми.
Но когда надежды на спасение уже не осталось, самый страшный из них неожиданно предложил мне сделку. Свободу в обмен на предательство. Смогу ли я переиграть хищников на их поле? Или навсегда останусь экспонатом в чужой коллекции?
-Мила , добрый день..
Слышу знакомый тембр и вздрагиваю ,как от удара плетью. Моя спина вытягивается струной ,а во рту становится сухо ,как в пустыне. О нет. Его еще не хватало. Отец моей подруги .
Медленно поворачиваюсь , натыкаясь на крепкую мускулистую фигуру. Дыхание сбивается и комом падает куда-то вниз.
- Гордей Владимирович?... Добрый день.
Мы не виделись полгода , расставшись после жаркой ночи. Слишком жаркой. Мне даже стыдно вспоминать все подробности.
Слышу знакомый тембр и вздрагиваю ,как от удара плетью. Моя спина вытягивается струной ,а во рту становится сухо ,как в пустыне. О нет. Его еще не хватало. Отец моей подруги .
Медленно поворачиваюсь , натыкаясь на крепкую мускулистую фигуру. Дыхание сбивается и комом падает куда-то вниз.
- Гордей Владимирович?... Добрый день.
Мы не виделись полгода , расставшись после жаркой ночи. Слишком жаркой. Мне даже стыдно вспоминать все подробности.
Ларису Ивановну ..., так всегда надо мной издевался бывший пока не застала его с очередной пассией ему видите ли для вдохновения надо, а мне работать до ночи чтоб его хотелки оплатить....
— На память, — сказал Миша, доставая телефон.
— Что ты собираешься делать, Мишаня? — я подняла на него взгляд.
— Видео, Наташенька, — ответил Паша. — Чтобы ты не забыла, кто теперь твои настоящие мужчины. И чтобы не вздумала жаловаться Артёму Дмитриевичу.
— Вы не посмеете…
— Уже посмели. И ты всё ещё здесь. Значит, тебе это нравится.
Миша навёл камеру и снял короткое видео: я в кресле, на фоне офисных грамот и нашей свадебной фотографии.
— Теперь мы будем видеться чаще, милая, — сказал Паша. — Не прощаемся.
🔥 Всем огромное спасибо за комментарии, звёзды и библиотеки, вы меня мотивируете радовать Вас больше;)
🔥 Здесь, как всегда, влажно, горячо и приятно!
— Что ты собираешься делать, Мишаня? — я подняла на него взгляд.
— Видео, Наташенька, — ответил Паша. — Чтобы ты не забыла, кто теперь твои настоящие мужчины. И чтобы не вздумала жаловаться Артёму Дмитриевичу.
— Вы не посмеете…
— Уже посмели. И ты всё ещё здесь. Значит, тебе это нравится.
Миша навёл камеру и снял короткое видео: я в кресле, на фоне офисных грамот и нашей свадебной фотографии.
— Теперь мы будем видеться чаще, милая, — сказал Паша. — Не прощаемся.
🔥 Всем огромное спасибо за комментарии, звёзды и библиотеки, вы меня мотивируете радовать Вас больше;)
🔥 Здесь, как всегда, влажно, горячо и приятно!
- Лея, - он обхватывает меня сзади, прижимаясь к моей спине. - Ни слова.
Матвеев подталкивает меня к огромной кровати и медленно тянет вниз язычок на изумрудном платье. Ткань соскальзывает, падает к ногам. Меня бьёт дрожь. Жар по телу.
- Ложись, - приказывает он.
Глаза гипнотизируют. Слова подчиняют. Я не сопротивляюсь. Сажусь на край и откидываюсь на подушки, сжимая ладонями прохладные простыни. Гордей стоит надо мной, не спеша снимает пиджак, развязывает и стягивает темно-синий галстук.
- Руки.
Я хочу его. Боюсь его. Шелк обвивает запястья. Матвеев притягивает их к изголовью, крепко завязывая узел.
- Какая ты… - шепчет. - Пугливая.
***
Гордей делает рваный вдох.
- Не хочешь признаться? Сейчас, пока еще есть шанс?
- Нет, - мой голос срывается.
Я люблю его до дрожи, но между нами пропасть.
- А мне вот очень интересно... Кто ты на самом деле? Лея, бывшая учительница и моя ассистентка? Или Лея расчётливая сука, которая спит за деньги?
- Я... не понимаю
Матвеев подталкивает меня к огромной кровати и медленно тянет вниз язычок на изумрудном платье. Ткань соскальзывает, падает к ногам. Меня бьёт дрожь. Жар по телу.
- Ложись, - приказывает он.
Глаза гипнотизируют. Слова подчиняют. Я не сопротивляюсь. Сажусь на край и откидываюсь на подушки, сжимая ладонями прохладные простыни. Гордей стоит надо мной, не спеша снимает пиджак, развязывает и стягивает темно-синий галстук.
- Руки.
Я хочу его. Боюсь его. Шелк обвивает запястья. Матвеев притягивает их к изголовью, крепко завязывая узел.
- Какая ты… - шепчет. - Пугливая.
***
Гордей делает рваный вдох.
- Не хочешь признаться? Сейчас, пока еще есть шанс?
- Нет, - мой голос срывается.
Я люблю его до дрожи, но между нами пропасть.
- А мне вот очень интересно... Кто ты на самом деле? Лея, бывшая учительница и моя ассистентка? Или Лея расчётливая сука, которая спит за деньги?
- Я... не понимаю
– Плохие новости? – спросила все еще хриплым ото сна голосом.
Он даже не обернулся.
– Работа, – произнес Дима. – Мне нужно уехать в Москву, требуется мое личное присутствие.
У меня сжался желудок.
Москва. Это было за сотню километров отсюда. И внезапно мысль о том, что придется остаться без него – даже на короткое время, – показалась невыносимой.....
Дима был отвлечен, его мысли мелькали уже на полпути к Москве. Так было до тех пор, пока я не сбросила предложение, наподобие бомбы.
– Я хочу поехать с тобой.
Он даже не обернулся.
– Работа, – произнес Дима. – Мне нужно уехать в Москву, требуется мое личное присутствие.
У меня сжался желудок.
Москва. Это было за сотню километров отсюда. И внезапно мысль о том, что придется остаться без него – даже на короткое время, – показалась невыносимой.....
Дима был отвлечен, его мысли мелькали уже на полпути к Москве. Так было до тех пор, пока я не сбросила предложение, наподобие бомбы.
– Я хочу поехать с тобой.
— М-м-м, вкусная, — пальцы блуждают по завоеванной территории. От кайфа прикрываю глаза.
— Рам, перестань, — отталкивает, пытается выскользнуть из рук и одеться. Звонок в дверь. Хмурюсь.
— Ты кого-то ждешь?
— Нет, — нервно застегивает пуговицы на платье. Щелчок дверного замка. — О, нет… — взгляд испуганный. Прямо мне в глаза. — Вставай! Давай на балкон! — толкает с кровати. Нервно смеюсь, когда пихает мне в руки джинсы с футболкой. — Рам, быстрее! — шипит.
— Ну ты мне ещё пинка дай или в шкаф загони, — криво улыбаюсь.
— Шкаф… — произносит задумчиво.
— Тат? У кого есть ключи? Кто там?
Молчит. Заламывает пальцы.
— Я вопрос задал! Кто там?
— Муж.
Че-е-его???
В нашем уравнении = один побитый Рыжик с характером, много нахального тиктокера, муж-тиран и обстоятельства «не в пользу».
Местами припекает, иногда очень горячо, чуточку смешно, на мгновенье грустно
ХЭ гарантирован
Щепотка нецензурщины, ибо герой грешен
— Рам, перестань, — отталкивает, пытается выскользнуть из рук и одеться. Звонок в дверь. Хмурюсь.
— Ты кого-то ждешь?
— Нет, — нервно застегивает пуговицы на платье. Щелчок дверного замка. — О, нет… — взгляд испуганный. Прямо мне в глаза. — Вставай! Давай на балкон! — толкает с кровати. Нервно смеюсь, когда пихает мне в руки джинсы с футболкой. — Рам, быстрее! — шипит.
— Ну ты мне ещё пинка дай или в шкаф загони, — криво улыбаюсь.
— Шкаф… — произносит задумчиво.
— Тат? У кого есть ключи? Кто там?
Молчит. Заламывает пальцы.
— Я вопрос задал! Кто там?
— Муж.
Че-е-его???
В нашем уравнении = один побитый Рыжик с характером, много нахального тиктокера, муж-тиран и обстоятельства «не в пользу».
Местами припекает, иногда очень горячо, чуточку смешно, на мгновенье грустно
ХЭ гарантирован
Щепотка нецензурщины, ибо герой грешен
Выберите полку для книги