Книги в жанре «Эротика» по тегу «knigi-erotika-skachat»
На меня поспорили два нага. Они хотят меня соблазнить, но я их очень боюсь...но кажется...кажется их магия начинает работать. Иначе, почему я все время думаю о них. Сразу о двух.
— Вы прекрасны, когда не боитесь, — вдруг сказал Эрик, его голос снизился почти до шёпота. — Когда ваши глаза светятся любопытством, а не страхом. Это... мило.
Я почувствовала, как краска приливает к щекам.
— Это научное наблюдение или комплимент?
— А почему одно должно исключать другое? — он улыбнулся, но в его глазах было что-то серьёзное, почти голодное. — Учёный не перестаёт быть мужчиной, а наг — существом, ценящим красоту.
— Вы прекрасны, когда не боитесь, — вдруг сказал Эрик, его голос снизился почти до шёпота. — Когда ваши глаза светятся любопытством, а не страхом. Это... мило.
Я почувствовала, как краска приливает к щекам.
— Это научное наблюдение или комплимент?
— А почему одно должно исключать другое? — он улыбнулся, но в его глазах было что-то серьёзное, почти голодное. — Учёный не перестаёт быть мужчиной, а наг — существом, ценящим красоту.
— Какую зону будем обрабатывать? — спрашиваю, доставая перчатки.
— А их несколько? — голос глубокий, с нотками раздражения. Ну, нет, дорогой, тут я — мастер, а ты — клиент, который не обязательно всегда прав.
— Грудь, спина, подмышечные впадины, ягодицы, пах, — перечисляю равнодушно. Да уж, такой экземпляр я бы лучше облапала, чем волосы драть. Он едва заметно морщится и нехотя отвечает:
— Пах.
— Раздевайтесь, ложитесь на кресло.
— Сюда? — отвращение во взгляде начинает веселить. Ещё немного, и сбежит. Но нет — начинает зачем-то галстук развязывать.
— Штаны и трусы, — говорю, пряча улыбку под маской. — Если выше не надо.
— А их несколько? — голос глубокий, с нотками раздражения. Ну, нет, дорогой, тут я — мастер, а ты — клиент, который не обязательно всегда прав.
— Грудь, спина, подмышечные впадины, ягодицы, пах, — перечисляю равнодушно. Да уж, такой экземпляр я бы лучше облапала, чем волосы драть. Он едва заметно морщится и нехотя отвечает:
— Пах.
— Раздевайтесь, ложитесь на кресло.
— Сюда? — отвращение во взгляде начинает веселить. Ещё немного, и сбежит. Но нет — начинает зачем-то галстук развязывать.
— Штаны и трусы, — говорю, пряча улыбку под маской. — Если выше не надо.
Она выросла под защитой брата. Он — тот, кто однажды забрал у неё покой.
Граф де Рельме не прощает ошибок — особенно женских.
Но разве это любовь… если в ней нет капли боли?
Один бал. Один взгляд. Одна ловушка, из которой нет выхода.
Для неё — баронессы, что мечтала о свободе.
Для него — мужчины, который поклялся не чувствовать.
Граф де Рельме не прощает ошибок — особенно женских.
Но разве это любовь… если в ней нет капли боли?
Один бал. Один взгляд. Одна ловушка, из которой нет выхода.
Для неё — баронессы, что мечтала о свободе.
Для него — мужчины, который поклялся не чувствовать.
Входная дверь приоткрылась. Видимо, сквозняком. Я остановилась, не успев нажать на звонок.
— Женись на мне, Слав! — с чувством сказала лучшая подруга, к которой я пришла поговорить, предупредить.
— Я женат, — ответил мой муж.
— Мы же оба знаем, что этот брак для тебя ничего не значит, — голос Оксаны звучал уверенно. — Ты никогда её не любил. Женился назло мне. Помнишь в клубе? Ты дал мне последний шанс.
— И ты ответила «нет».
— А теперь говорю: да. Да, ты победил — я проиграла. Я у твоих ног. Если разведёшься, я выйду за тебя замуж, Адамов. Клянусь, это обещание я сдержу.
— Я подумаю, — усмехнулся он.
— Ты ответишь сейчас!
— Я сказал, подумаю, — произнёс ледяным тоном.
— Клянусь, если ты сейчас уйдёшь…
— Слишком много клянёшься, Оса, — ответил он. — Увидимся завтра.
Я метнулась в простенок. Дверь захлопнулась.
Адамов ушёл.
Я прижала руки к животу. Сползла спиной по стене.
Завтра в твоей жизни меня уже не будет, Слав.
И свою тайну я
— Женись на мне, Слав! — с чувством сказала лучшая подруга, к которой я пришла поговорить, предупредить.
— Я женат, — ответил мой муж.
— Мы же оба знаем, что этот брак для тебя ничего не значит, — голос Оксаны звучал уверенно. — Ты никогда её не любил. Женился назло мне. Помнишь в клубе? Ты дал мне последний шанс.
— И ты ответила «нет».
— А теперь говорю: да. Да, ты победил — я проиграла. Я у твоих ног. Если разведёшься, я выйду за тебя замуж, Адамов. Клянусь, это обещание я сдержу.
— Я подумаю, — усмехнулся он.
— Ты ответишь сейчас!
— Я сказал, подумаю, — произнёс ледяным тоном.
— Клянусь, если ты сейчас уйдёшь…
— Слишком много клянёшься, Оса, — ответил он. — Увидимся завтра.
Я метнулась в простенок. Дверь захлопнулась.
Адамов ушёл.
Я прижала руки к животу. Сползла спиной по стене.
Завтра в твоей жизни меня уже не будет, Слав.
И свою тайну я
По нелепой случайности я оказалась во власти жестокого кавказского бандита. И у него на меня особые планы...
- Влипла ты конкретно, студенточка, - говорит Аслан Ильхамов, высокий и смуглый красавчик. - Ты видела моё лицо и знаешь мой план, теперь у тебя два выхода...
Подходит ближе, ощупывает меня голодным взглядом.
Задерживается на груди.
- Либо умереть, либо стать послушной рабыней и выполнять все мои желания.
Берёт за талию, прижимает к себе.
- Прошу вас, - всхлипываю, - это ошибка. Меня не должно здесь быть...
- А мне плевать, - отвечает мерзавец, - ты в моей власти, и пути назад нет. Из таких, как ты, получаются отличные наложницы, тихие и покорные. Если научишься выполнять все мои желания, может, сделаю одной из своих жён-служанок...
- Влипла ты конкретно, студенточка, - говорит Аслан Ильхамов, высокий и смуглый красавчик. - Ты видела моё лицо и знаешь мой план, теперь у тебя два выхода...
Подходит ближе, ощупывает меня голодным взглядом.
Задерживается на груди.
- Либо умереть, либо стать послушной рабыней и выполнять все мои желания.
Берёт за талию, прижимает к себе.
- Прошу вас, - всхлипываю, - это ошибка. Меня не должно здесь быть...
- А мне плевать, - отвечает мерзавец, - ты в моей власти, и пути назад нет. Из таких, как ты, получаются отличные наложницы, тихие и покорные. Если научишься выполнять все мои желания, может, сделаю одной из своих жён-служанок...
– Ты – не та, кого я ждал. Но платье на тебе и кольцо на твоем пальце делают тебя моей. По праву. И я разберусь с этим. Позже. Жена.
– Не прикасайся ко мне! – шиплю, как змея.
Его рука с силой впивается мне в шею. Не чтобы задушить, чтобы обездвижить.
– Думаешь, это игра? Нет. Все будет по-настоящему.
Все это – ошибка.
Чудовищная, нелепая, непоправимая ошибка.
Еще сегодня утром я была Евой. Беззаботной студенткой, удачно сдавшей сессию, у которой впереди вся жизнь.
Но теперь этой Евы больше нет. Есть только Невеста. Чужая невеста в чужом платье, на чужой свадьбе.
– Не прикасайся ко мне! – шиплю, как змея.
Его рука с силой впивается мне в шею. Не чтобы задушить, чтобы обездвижить.
– Думаешь, это игра? Нет. Все будет по-настоящему.
Все это – ошибка.
Чудовищная, нелепая, непоправимая ошибка.
Еще сегодня утром я была Евой. Беззаботной студенткой, удачно сдавшей сессию, у которой впереди вся жизнь.
Но теперь этой Евы больше нет. Есть только Невеста. Чужая невеста в чужом платье, на чужой свадьбе.
— Шпионишь за мной? — низкий, бархатный голос прозвучал прямо над ухом.
Я резко обернулась и чуть не вскрикнула.
— Я… нет… я просто мимо проходила, — выдохнула я.
— Ну да. Я так и поверил, — он легко, почти без усилий, втянул меня в комнату. — Весь вечер за мной следишь, — заметил он, склонив голову так, что его губы оказались в сантиметре от моей щеки. Его дыхание обожгло кожу.
— Я, конечно, привык к женскому вниманию. Но чтобы так… фанатка у меня впервые.
Мозг лихорадочно искал хоть какое-то правдоподобное оправдание, но находил лишь обрывки той дурацкой дискуссии из-за чего и случилось это пари: «У кавказцев с этим всегда всё в порядке!»
Господи, Зоя, ты идиотка!
Я резко обернулась и чуть не вскрикнула.
— Я… нет… я просто мимо проходила, — выдохнула я.
— Ну да. Я так и поверил, — он легко, почти без усилий, втянул меня в комнату. — Весь вечер за мной следишь, — заметил он, склонив голову так, что его губы оказались в сантиметре от моей щеки. Его дыхание обожгло кожу.
— Я, конечно, привык к женскому вниманию. Но чтобы так… фанатка у меня впервые.
Мозг лихорадочно искал хоть какое-то правдоподобное оправдание, но находил лишь обрывки той дурацкой дискуссии из-за чего и случилось это пари: «У кавказцев с этим всегда всё в порядке!»
Господи, Зоя, ты идиотка!
Вакансия личного повара в загородном поместье оказывается ловушкой. Мой босс — чудовище. Ему мало моих блюд, он хочет меня. Жгучий брюнет с завышенной самооценкой и толстым кошельком.
Первая мысль: сбежать от властного миллионера как можно дальше. Но сделать это я не могу. Сестре срочно нужны деньги.
Однажды я уже отдалась дьяволу. Ради любимых смогу сделать это снова.
Тучи сгущаются над поместьем, странные звуки раздаются по вечерам из еловой рощи неподалёку. Как знать, может, призраки прошлого хотят меня о чём-то предупредить?
Бесплатно, ХЭ
Первая мысль: сбежать от властного миллионера как можно дальше. Но сделать это я не могу. Сестре срочно нужны деньги.
Однажды я уже отдалась дьяволу. Ради любимых смогу сделать это снова.
Тучи сгущаются над поместьем, странные звуки раздаются по вечерам из еловой рощи неподалёку. Как знать, может, призраки прошлого хотят меня о чём-то предупредить?
Бесплатно, ХЭ
— Я дорого за тебя заплатил, Барби.
— Не прикасайся ко мне! Я не кукла, хватит меня так называть.
— Свадьба через три дня. И ты станешь моей женой, — проводит костяшками пальцев по щеке. — Игрушкой, — его пальцы уже касаются ключиц. — Станешь той, кем я захочу. И я буду тебя трогать. И на колени встанешь, как и положено послушной супруге.
Ему нужна была жена, а моему отцу — деньги.
Я — разменная монета.
Равиль Байсаров привык получать все, что хочет. Он монстр, который пугает до дрожи.
А от монстров нужно убегать.
Что я и сделала…
— Не прикасайся ко мне! Я не кукла, хватит меня так называть.
— Свадьба через три дня. И ты станешь моей женой, — проводит костяшками пальцев по щеке. — Игрушкой, — его пальцы уже касаются ключиц. — Станешь той, кем я захочу. И я буду тебя трогать. И на колени встанешь, как и положено послушной супруге.
Ему нужна была жена, а моему отцу — деньги.
Я — разменная монета.
Равиль Байсаров привык получать все, что хочет. Он монстр, который пугает до дрожи.
А от монстров нужно убегать.
Что я и сделала…
Я – Кайна, рабыня, выставленная на продажу на невольничьем рынке далекой планеты Эль-Гор. Я всего лишь бесправная вещь, которую может приобрести любой, готовый выложить за меня цену, назначенную продавцом.
Кто купит меня? Кому я достанусь? Кто станет отныне моим повелителем и господином?..
Кто купит меня? Кому я достанусь? Кто станет отныне моим повелителем и господином?..
Выберите полку для книги