Книги в жанре «Эротика» по тегу «knigi-erotika-skachat»
— Если ты собиралась меня убить, тебе стоило быть пошустрее, — звучит густой мужской голос над самым ухом.
Я с трудом сглатываю, чувствуя, как широкая ладонь на моей шее сжимается чуть сильнее.
— Вы, — я с трудом ворочаю языком от страха. — Вы меня с кем-то перепутали…
— Да что ты?
Незнакомец хрипло усмехается.
Свободной рукой он начинает бесцеремонно ощупывать мои бёдра, сминая платье, будто обыскивает.
— З-зачем вы меня трогаете? — мой голос дрожит.
— Ищу причину не свернуть твою прекрасную шейку, заинька...
Он король. Король ринга, глава целой империи, построенной на страхе перед его авторитетом. Властный и порочный, не ведающий жалости и сострадания. Жестокость - его недуг. Но Она его вылечит.
Я с трудом сглатываю, чувствуя, как широкая ладонь на моей шее сжимается чуть сильнее.
— Вы, — я с трудом ворочаю языком от страха. — Вы меня с кем-то перепутали…
— Да что ты?
Незнакомец хрипло усмехается.
Свободной рукой он начинает бесцеремонно ощупывать мои бёдра, сминая платье, будто обыскивает.
— З-зачем вы меня трогаете? — мой голос дрожит.
— Ищу причину не свернуть твою прекрасную шейку, заинька...
Он король. Король ринга, глава целой империи, построенной на страхе перед его авторитетом. Властный и порочный, не ведающий жалости и сострадания. Жестокость - его недуг. Но Она его вылечит.
Артур смыкает зубы на мочке моего уха, сминая остатки сопротивления, как бумажный кораблик.
— Больше не получается меня игнорить? — улыбается он, — Ну же, оттолкните. Скажите “Артур, отвали”. Не можете?
Желания отпрянуть от его ладони и одновременно прижаться к ней рвут меня на части.
Он бабник. Он – брат моей ученицы, ему двадцать едва исполнилось, тут бежать надо! Но я не могу пошевелиться. Я вдыхаю его запах. Приоткрываю губы, чтобы попробовать его дыхание на вкус.
— Бедная девочка, — Артур трётся носом о мою щёку, — Неприступная, никем не тронутая. Я просто обязан это исправить.
— Больше не получается меня игнорить? — улыбается он, — Ну же, оттолкните. Скажите “Артур, отвали”. Не можете?
Желания отпрянуть от его ладони и одновременно прижаться к ней рвут меня на части.
Он бабник. Он – брат моей ученицы, ему двадцать едва исполнилось, тут бежать надо! Но я не могу пошевелиться. Я вдыхаю его запах. Приоткрываю губы, чтобы попробовать его дыхание на вкус.
— Бедная девочка, — Артур трётся носом о мою щёку, — Неприступная, никем не тронутая. Я просто обязан это исправить.
Избалованную принцессу Лиру хотят выдать замуж за нелюбимого. Однако вместо этого она выбирает отправиться в магическую академию, где её ждёт строгий, но очень страстный ректор. Он берётся за дисциплину подопечной с особым рвением и стальными нервами. Удастся ли ему приструнить строптивую принцессу, или же она укротит его?
*Интеллектуальный труд БЕЗ использования ИИ.
Утопай в пучине моих вод... Глотай мою ненависть, дыши моим ядом, захлебнись своим страхом.
Но ты улыбаешься. И смотришь так... что ненависть отступает, уступая место желанию... которое сильнее оков.
Утопай в пучине моих вод... Глотай мою ненависть, дыши моим ядом, захлебнись своим страхом.
Но ты улыбаешься. И смотришь так... что ненависть отступает, уступая место желанию... которое сильнее оков.
– Кто здесь? – её голос дрожит.
– Ты ведь и так знаешь ответ, да? – усмехаюсь по-доброму, подхожу ближе и набиваю лёгкие её ароматом, наблюдая, как она почти истерично открывает рот.
– Что тебе нужно? – хрипит Яра, стоит мне сесть на край её кровати.
– Ответ очевиден, – растягиваю губы в улыбке. – Ты.
– Ни за что… – шипит змеёй, чем ещё больше поджигает во мне фитили.
Наклоняюсь, оказываясь у её лица в считаных сантиметрах, и не могу удержаться. Целую её в скулу, в то время как мои пальцы ведут по оголённой острой коленке вверх, а губы сами по себе смещаются ниже – к шее и ключицам.
Яра всхлипывает, дёргается, но во мне закрываются створки и вместо того, чтобы быть с ней нежнее, я снимаю пистолет в своей руке с предохранителя.
– Ты хочешь позвать подругу, – не спрашиваю – утверждаю. – Проверим, что будет, если она зайдёт?
Она замирает на несколько секунд, но после мотает головой.
***
Однажды он предложил стать его. Я отказалась. У всего есть последствия.
– Ты ведь и так знаешь ответ, да? – усмехаюсь по-доброму, подхожу ближе и набиваю лёгкие её ароматом, наблюдая, как она почти истерично открывает рот.
– Что тебе нужно? – хрипит Яра, стоит мне сесть на край её кровати.
– Ответ очевиден, – растягиваю губы в улыбке. – Ты.
– Ни за что… – шипит змеёй, чем ещё больше поджигает во мне фитили.
Наклоняюсь, оказываясь у её лица в считаных сантиметрах, и не могу удержаться. Целую её в скулу, в то время как мои пальцы ведут по оголённой острой коленке вверх, а губы сами по себе смещаются ниже – к шее и ключицам.
Яра всхлипывает, дёргается, но во мне закрываются створки и вместо того, чтобы быть с ней нежнее, я снимаю пистолет в своей руке с предохранителя.
– Ты хочешь позвать подругу, – не спрашиваю – утверждаю. – Проверим, что будет, если она зайдёт?
Она замирает на несколько секунд, но после мотает головой.
***
Однажды он предложил стать его. Я отказалась. У всего есть последствия.
Я пожертвовала амбициями и карьерой ради успеха мужа. А в благодарность получила измену с 18-летней практиканткой прямо на моем рабочем месте и развод в 45 лет.
Она хотела нарисовать его, но никак не получить в подарок. Наглый, избалованный наложник с секретами уверен что может очаровать любую. Вот только Ашайя имеет принципы, а вечерами проводит мастер-классы отнюдь не по академическому рисунку.
Эльф-музыкант, чья магия сводит с ума, и девушка без титула, привыкшая добиваться всего сама.
Кто кого приручит, когда кисти сменяются веревками, а флейта становится не единственным инструментом соблазна?
Больно не будет. Но это не точно
Эльф-музыкант, чья магия сводит с ума, и девушка без титула, привыкшая добиваться всего сама.
Кто кого приручит, когда кисти сменяются веревками, а флейта становится не единственным инструментом соблазна?
Больно не будет. Но это не точно
Я не видела их с детства. А за десять лет они возмужали и повзрослели. Братья Иван и Даниил — сыновья моего босса. Я помню их подростками, которые девчонок за косички дёргали. А сейчас им в пору искать невесту.
Вот только в качестве невесты они почему-то выбрали… меня. И что самое страшное — меня тянет к ним так же, как и их ко мне. Я дико боюсь этого чувства. Но ещё сильнее боюсь так и не узнать, каково это — быть самой желанной женщиной на свете.
Вот только в качестве невесты они почему-то выбрали… меня. И что самое страшное — меня тянет к ним так же, как и их ко мне. Я дико боюсь этого чувства. Но ещё сильнее боюсь так и не узнать, каково это — быть самой желанной женщиной на свете.
Меня зовут Лиза Воробьёва, и сегодня меня уволили. Пока только на словах, но завтра я должна буду подать заявление по собственному.
Единственный шанс восстановить справедливость - пробраться к суровому боссу для личной беседы.
Умные женщины в машины малознакомых миллиардеров тайком не залезают?
Я полезла. И оказалась в плену роскошного, но совершенно невыносимого мужлана! А потом как закрутилось...
Единственный шанс восстановить справедливость - пробраться к суровому боссу для личной беседы.
Умные женщины в машины малознакомых миллиардеров тайком не залезают?
Я полезла. И оказалась в плену роскошного, но совершенно невыносимого мужлана! А потом как закрутилось...
— Дочь, ты не представляешь, кто у нас!
Прохожу по коридору, направляясь на голос. За островком, обхватив ладонями чашку чая, сидит он.
Тимур.
Мамин любимый крестник. Лучший друг моего старшего брата. Моя первая, самая болезненная любовь. И мудак, которого я искренне, всеми фибрами души ненавижу.
Он выглядит старше, чем в нашу последнюю встречу.
— Привет, принцесса, — его голос. Низкий, с легкой хрипотцой.
Он встает и делает шаг в мою сторону.
— Привет, Тимур, — выдавливаю я. И делаю пару шагов назад, словно он — источник радиации. Поворачиваюсь к маме, которая сияет от счастья: — Мам, я переодеться заехала, мне бежать пора.
— Ксюш... куда? — растерянно спрашивает мама мне в спину.
— У меня свидание! — кричу я. Залетаю в свою комнату, захлопываю дверь. Руки трясутся.
Только не паникуй. Только не показывай, что тебе есть до него дело.
Иду в гардеробную. Выбираю красное короткое платье на запах. Это не просто платье. Это мой «да пошел ты».
Прохожу по коридору, направляясь на голос. За островком, обхватив ладонями чашку чая, сидит он.
Тимур.
Мамин любимый крестник. Лучший друг моего старшего брата. Моя первая, самая болезненная любовь. И мудак, которого я искренне, всеми фибрами души ненавижу.
Он выглядит старше, чем в нашу последнюю встречу.
— Привет, принцесса, — его голос. Низкий, с легкой хрипотцой.
Он встает и делает шаг в мою сторону.
— Привет, Тимур, — выдавливаю я. И делаю пару шагов назад, словно он — источник радиации. Поворачиваюсь к маме, которая сияет от счастья: — Мам, я переодеться заехала, мне бежать пора.
— Ксюш... куда? — растерянно спрашивает мама мне в спину.
— У меня свидание! — кричу я. Залетаю в свою комнату, захлопываю дверь. Руки трясутся.
Только не паникуй. Только не показывай, что тебе есть до него дело.
Иду в гардеробную. Выбираю красное короткое платье на запах. Это не просто платье. Это мой «да пошел ты».
Выберите полку для книги