Книги в жанре «Эротика» по тегу «ochen-otkrovenno-i-goryacho»
— Признайся, землянка, - прохладные длинные пальцы скользят по моему горлу. Горячие ладони — прижимают меня спиной к раскалённой стене чужого тела. Два дыхания. Два ритма. Две пары нечеловеческих глаз — ледяные звёзды и расплавленное золото — ждут моего ответа. - Признайся, что ты хочешь обоих.
___________________________
Меня зовут Ника, и ещё неделю назад я была обычным лаборантом из Подмосковья. А потом аномалия в лаборатории швырнула меня через полгалактики — в самое сердце Империи, где людей вроде меня считают забавными дикарями с отсталой планеты.
Моё тело вошло в редчайший биорезонанс с двумя командорами звёздного флота. Рейн Тассар — холодный, серебряный, безупречный. Он чувствует мои мысли одним касанием и знает, чего я хочу, раньше меня. Кайрен Вейс — бронзовый, огромный, обжигающий. Его руки как кандалы, а голос заставляет забыть собственное имя.
Они ненавидят друг друга. Но без меня — погибнут оба.
___________________________
Меня зовут Ника, и ещё неделю назад я была обычным лаборантом из Подмосковья. А потом аномалия в лаборатории швырнула меня через полгалактики — в самое сердце Империи, где людей вроде меня считают забавными дикарями с отсталой планеты.
Моё тело вошло в редчайший биорезонанс с двумя командорами звёздного флота. Рейн Тассар — холодный, серебряный, безупречный. Он чувствует мои мысли одним касанием и знает, чего я хочу, раньше меня. Кайрен Вейс — бронзовый, огромный, обжигающий. Его руки как кандалы, а голос заставляет забыть собственное имя.
Они ненавидят друг друга. Но без меня — погибнут оба.
Он капитан команды местных чемпионов по плаванию и звезда универа.
Я зубрила, которая даже плавать не умеет.
У нас есть две недели, чтобы я подготовила его к университетской олимпиаде, а он научил меня плавать.
Иначе отчисление.
Только вот наши занятия переходят за границы дозволенного, когда он предлагает мне сделку...
Я зубрила, которая даже плавать не умеет.
У нас есть две недели, чтобы я подготовила его к университетской олимпиаде, а он научил меня плавать.
Иначе отчисление.
Только вот наши занятия переходят за границы дозволенного, когда он предлагает мне сделку...
❤️ ❤️ ❤️ ❤️ ❤️ ❤️ ❤️
Мой будущий муж. Его лицо словно высечено из гранита.
В его взгляде нет ни капли мягкости и тепла.
Он по-мужски свирепо красив. От него волнами исходит невероятной силы магнетизм. Харизма самца. Лидера.
И он приковывает меня к месту одним лишь взглядом.
Отец заставляет меня выйти замуж за этого кавказского бандита ради семейного бизнеса.
Мысль только одна - бежать!
Он жесток и влиятелен.
Опасный. Дикий.
Он говорит, что теперь я его собственность и он будет делать со мной все, что захочет.
Мне все равно, что он одержим мной, все равно, насколько он сексуален и притягателен. Я сбегу от него или умру.
Даже если мое тело горит в его умелых руках.
Даже если мое сердце останется во власти дьявола.
Мой будущий муж. Его лицо словно высечено из гранита.
В его взгляде нет ни капли мягкости и тепла.
Он по-мужски свирепо красив. От него волнами исходит невероятной силы магнетизм. Харизма самца. Лидера.
И он приковывает меня к месту одним лишь взглядом.
Отец заставляет меня выйти замуж за этого кавказского бандита ради семейного бизнеса.
Мысль только одна - бежать!
Он жесток и влиятелен.
Опасный. Дикий.
Он говорит, что теперь я его собственность и он будет делать со мной все, что захочет.
Мне все равно, что он одержим мной, все равно, насколько он сексуален и притягателен. Я сбегу от него или умру.
Даже если мое тело горит в его умелых руках.
Даже если мое сердце останется во власти дьявола.
— Ч-что ты делаешь, Влас?..
Ксюша смотрит, не моргая. Страх плещется в зелёных омутах глаз.
Я – причина её страха.
Точнее – мои руки, прижимающие её горячее гибкое тело к груди.
И наглухо запертая дверь винного погреба, в котором мы находимся.
Всё это – причины её страха.
Но и вожделения, которое увеличивает её зрачки до размера монет.
— Что ты… делаешь? — выдыхает снова, цепляясь за мои плечи, будто ноги перестают её держать.
— А что я делаю, Искорка? — с трудом выговариваю я, вдыхая её манящий запах порция за порцией, и пьянею без вина.
Чёрт, хотел бы я сам знать, что я нахрен делаю.
Наверху среди гостей веселится моя хмельная невеста. Гремит свадьба лучшего друга.
А я здесь, в прохладном полумраке, в шаге от того, чтобы вжать его сестру в кирпичную кладку стены и совершить непоправимое...
Ксюша смотрит, не моргая. Страх плещется в зелёных омутах глаз.
Я – причина её страха.
Точнее – мои руки, прижимающие её горячее гибкое тело к груди.
И наглухо запертая дверь винного погреба, в котором мы находимся.
Всё это – причины её страха.
Но и вожделения, которое увеличивает её зрачки до размера монет.
— Что ты… делаешь? — выдыхает снова, цепляясь за мои плечи, будто ноги перестают её держать.
— А что я делаю, Искорка? — с трудом выговариваю я, вдыхая её манящий запах порция за порцией, и пьянею без вина.
Чёрт, хотел бы я сам знать, что я нахрен делаю.
Наверху среди гостей веселится моя хмельная невеста. Гремит свадьба лучшего друга.
А я здесь, в прохладном полумраке, в шаге от того, чтобы вжать его сестру в кирпичную кладку стены и совершить непоправимое...
- Драконы Агни-Раджа уже много веков похищают смертных женщин из других миров в качестве наложниц. Смертная иномирянка – редкая игрушка, которой можно украсить свой гарем или преподнести кому-то в качестве подарка.
Я шокировано уставилась на мужчину.
- Вы хотите, чтобы я… делила с вами ложе?
- Даже не мечтай! – резко бросил дракон ледяным тоном. - Ты неинтересна Владыке. А уж завести наследника от такой как ты… - он поморщился, посмотрев на меня так, будто я была мусором под его ногами.
Щеки вспыхнули. Моя гордость была задета.
- Тогда зачем я вам понадобилась?
- Несколько столетий назад чародейки наложили на драконий род проклятие, после чего сбежали в другие миры. Ты – один из потомков этих чародеек. Если хочешь жить, ты должна снять проклятие своих предков.
Я шокировано уставилась на мужчину.
- Вы хотите, чтобы я… делила с вами ложе?
- Даже не мечтай! – резко бросил дракон ледяным тоном. - Ты неинтересна Владыке. А уж завести наследника от такой как ты… - он поморщился, посмотрев на меня так, будто я была мусором под его ногами.
Щеки вспыхнули. Моя гордость была задета.
- Тогда зачем я вам понадобилась?
- Несколько столетий назад чародейки наложили на драконий род проклятие, после чего сбежали в другие миры. Ты – один из потомков этих чародеек. Если хочешь жить, ты должна снять проклятие своих предков.
— Что вы расстраиваетесь? — спрашивает меня босс, внимательно глядя на меня.
— Мне нужно родить ребенка. Срочно… Парень, с которым я встречалась два года, отказался. Искать донора очень долго и нужно опять проходить обследование…
Даже не знаю, зачем говорю это все своему боссу. Его в последнюю очередь должны волновать такие проблемы.
— Хорошо, сделаем ребенка, — неожиданно произносит он, вставая.
— В… в смысле? — напрягаюсь я, когда он идет на меня.
— Тебе нужен отец — я готов им стать.
— Ч-что?
— И да, без врачей, — последний шаг и он прижимает меня к стене, — Все естественным путем. Начнем прямо сейчас…
Мне нужен был донор, чтобы родить малыша. Но я никак не думала, что мой босс окажется так настойчив…
— Мне нужно родить ребенка. Срочно… Парень, с которым я встречалась два года, отказался. Искать донора очень долго и нужно опять проходить обследование…
Даже не знаю, зачем говорю это все своему боссу. Его в последнюю очередь должны волновать такие проблемы.
— Хорошо, сделаем ребенка, — неожиданно произносит он, вставая.
— В… в смысле? — напрягаюсь я, когда он идет на меня.
— Тебе нужен отец — я готов им стать.
— Ч-что?
— И да, без врачей, — последний шаг и он прижимает меня к стене, — Все естественным путем. Начнем прямо сейчас…
Мне нужен был донор, чтобы родить малыша. Но я никак не думала, что мой босс окажется так настойчив…
Я — новенькая горничная в шикарном отеле «Аврора».
А мой новый босс — тиран, деспот и маньяк.
Наша первая встреча произошла в его номере.
В его постели!
Теперь, он хочет, что бы я выполняла все его особые поручения. И судя по тому, как он смотрит на меня, в этом списке нет ничего, связанного с уборкой.
— Аврора, значит, — перебивает он, повторяя моё имя, пробуя на вкус, а потом его рука ложится мне на затылок, притягивая ближе.
Я не успеваю даже дёрнуться — он впивается в мои губы жёстким, требовательным поцелуем, и его язык проталкивается в мой рот, лишая последних мыслей и воздуха.
Похоже, моя карьера началась с самой большой ошибки в моей жизни. Или с чего-то гораздо более опасного...
А мой новый босс — тиран, деспот и маньяк.
Наша первая встреча произошла в его номере.
В его постели!
Теперь, он хочет, что бы я выполняла все его особые поручения. И судя по тому, как он смотрит на меня, в этом списке нет ничего, связанного с уборкой.
— Аврора, значит, — перебивает он, повторяя моё имя, пробуя на вкус, а потом его рука ложится мне на затылок, притягивая ближе.
Я не успеваю даже дёрнуться — он впивается в мои губы жёстким, требовательным поцелуем, и его язык проталкивается в мой рот, лишая последних мыслей и воздуха.
Похоже, моя карьера началась с самой большой ошибки в моей жизни. Или с чего-то гораздо более опасного...
Ты умрёшь, а я буду жить…
Ты умрёшь…
Я смотрела на свою сводную сестру и ужасалась: как при такой кукольной внешности она могла быть таким монстром? Она забрала всё, что у меня было: любовь семьи, любимого. Но ей этого оказалось мало — теперь ей нужна была моя жизнь.
Я смотрела на неё, как в зеркало, и не могла понять, как моя любимейшая, вечно больная сестрёнка могла потребовать от меня мою же жизнь.
— Ты умрёшь, отдашь мне своё сердце — оно ведь теперь тебе не нужно, а мне — да…
Ты умрёшь…
Я смотрела на свою сводную сестру и ужасалась: как при такой кукольной внешности она могла быть таким монстром? Она забрала всё, что у меня было: любовь семьи, любимого. Но ей этого оказалось мало — теперь ей нужна была моя жизнь.
Я смотрела на неё, как в зеркало, и не могла понять, как моя любимейшая, вечно больная сестрёнка могла потребовать от меня мою же жизнь.
— Ты умрёшь, отдашь мне своё сердце — оно ведь теперь тебе не нужно, а мне — да…
Три недели засухи превратили землю в камень, а людей — в зверей. В деревне верят: небеса заперты, пока в селе живут «вековухи» — старые девы, чья кровь застоялась. Чтобы пошел дождь, нужен обряд.
В ночь полнолуния костры гаснут, и начинается охота. Законы брака и чести мертвы: мужчины сбиваются в стаи, чтобы догнать и «очистить» тех, кто не познал мужа. Варвара — «черничка» с тайным прошлым, и на неё уже открыл сезон Ярило. Он жаждет мести и позора, но Варя знает: в лесу есть тот, кого боятся даже охотники.
В ночь полнолуния костры гаснут, и начинается охота. Законы брака и чести мертвы: мужчины сбиваются в стаи, чтобы догнать и «очистить» тех, кто не познал мужа. Варвара — «черничка» с тайным прошлым, и на неё уже открыл сезон Ярило. Он жаждет мести и позора, но Варя знает: в лесу есть тот, кого боятся даже охотники.
— Чего ты ждёшь? Целуй меня, — заявляет он нагло.
— Я скорее жабу поцелую!
***
В нашем университете новый ректор.
Властный, влиятельный и до невозможности жёсткий. Мужчина, с которым лучше не спорить и не переходить дорогу.
Ах да, совсем забыла сказать. Это ещё и тот самый мужчина, который десять лет назад бросил меня в чужой стране без денег и возможности вернуться домой. Я ненавижу его за это. И меньше всего на свете хочу снова видеть его рядом.
Но теперь от него зависит моя работа, моя докторская диссертация и всё, к чему я шла долгие годы.
Как работать с человеком, которого хочется одновременно придушить и сбежать от него как можно дальше?
— Я скорее жабу поцелую!
***
В нашем университете новый ректор.
Властный, влиятельный и до невозможности жёсткий. Мужчина, с которым лучше не спорить и не переходить дорогу.
Ах да, совсем забыла сказать. Это ещё и тот самый мужчина, который десять лет назад бросил меня в чужой стране без денег и возможности вернуться домой. Я ненавижу его за это. И меньше всего на свете хочу снова видеть его рядом.
Но теперь от него зависит моя работа, моя докторская диссертация и всё, к чему я шла долгие годы.
Как работать с человеком, которого хочется одновременно придушить и сбежать от него как можно дальше?
Подборка очень откровенной эротики
Выберите полку для книги