Книги в жанре «Эротика» по тегу «ochen-otkrovenno-i-goryacho»
— Сколько вы хотите за неё?
— Вы хотите купить мою женщину?
— Почему нет? Сколько вы хотите за неё?
Цинично. Словно выторговывал у него эксклюзивную тачку или скаковую лошадь. Прокурор потёр покатый блестящий от пота лоб. Хмыкнул. Полез в портфель, достал папку.
— Вот, — он перелистнул пару страниц. Там были даты, цифры. В пластиковом кармашек лежали счета, чеки. Всё, что на неё потратил, записал. Вот свинья…
— Сколько?!
— Шесть миллионов двести семьдесят семь тысяч сто двадцать рублей, — он зачитал итоговую сумму. — Вам прислать её вещи с водителем?
Он — бизнесмен и по совместительству глава влиятельной преступной группировки. Он холоден, расчётлив и богат.
Она — живая игрушка в руках влиятельного садиста. У неё есть всё. Она красива, образованна и... сломана. Решившись, наконец, бежать, она едва не попадает под его машину.
— Вы хотите купить мою женщину?
— Почему нет? Сколько вы хотите за неё?
Цинично. Словно выторговывал у него эксклюзивную тачку или скаковую лошадь. Прокурор потёр покатый блестящий от пота лоб. Хмыкнул. Полез в портфель, достал папку.
— Вот, — он перелистнул пару страниц. Там были даты, цифры. В пластиковом кармашек лежали счета, чеки. Всё, что на неё потратил, записал. Вот свинья…
— Сколько?!
— Шесть миллионов двести семьдесят семь тысяч сто двадцать рублей, — он зачитал итоговую сумму. — Вам прислать её вещи с водителем?
Он — бизнесмен и по совместительству глава влиятельной преступной группировки. Он холоден, расчётлив и богат.
Она — живая игрушка в руках влиятельного садиста. У неё есть всё. Она красива, образованна и... сломана. Решившись, наконец, бежать, она едва не попадает под его машину.
— Ты же сама ко мне ворвалась, — говорит он, низким, хриплым голосом. Уголок его губ приподнимается в медленной, хищной усмешке. — Разве нет?
— Я… я не знала, что вы дома, — лепечу я, чувствуя, как жар поднимается к щекам от осознания того, что я видела. — И вообще... Закрываться надо!
Делаю отчаянную попытку проскользнуть мимо, к выходу, но спотыкаюсь, и я, теряя равновесие, хватаюсь за первое, что попадается под руку. Лежу на полу, сжимая в руках полотенце, которое секунду назад прикрывало бедра Мая.
Я с детства влюблена в отца своей подруги и знала, что мои чувства не взаимны.
Однажды, я осталась у неё с ночёвкой, зашла в ванну и увидела его, стоящего спиной ко мне. Абсолютно без одежды...
Шикарное тело, мускулистые руки...
В его руках телефон.
И он... тщательно рассматривает фото.
На котором изображена я.
— Я… я не знала, что вы дома, — лепечу я, чувствуя, как жар поднимается к щекам от осознания того, что я видела. — И вообще... Закрываться надо!
Делаю отчаянную попытку проскользнуть мимо, к выходу, но спотыкаюсь, и я, теряя равновесие, хватаюсь за первое, что попадается под руку. Лежу на полу, сжимая в руках полотенце, которое секунду назад прикрывало бедра Мая.
Я с детства влюблена в отца своей подруги и знала, что мои чувства не взаимны.
Однажды, я осталась у неё с ночёвкой, зашла в ванну и увидела его, стоящего спиной ко мне. Абсолютно без одежды...
Шикарное тело, мускулистые руки...
В его руках телефон.
И он... тщательно рассматривает фото.
На котором изображена я.
– Прости меня за все, Ира, – отец моего жениха делает ко мне шаг.
– Никогда! – всхлипываю. – Ты ни в чем не разобрался и обвинил меня во всех смертных грехах!
– Ты все равно будешь моей, – давит он. – Не дури, Ира!
***
Отец моего жениха – настоящий монстр, который сделал меня своей игрушкой для постели, но я полюбила его. Возможно ли с этим монстром долго и счастливо, или нас соединяет только порочная интимная игра?
– Никогда! – всхлипываю. – Ты ни в чем не разобрался и обвинил меня во всех смертных грехах!
– Ты все равно будешь моей, – давит он. – Не дури, Ира!
***
Отец моего жениха – настоящий монстр, который сделал меня своей игрушкой для постели, но я полюбила его. Возможно ли с этим монстром долго и счастливо, или нас соединяет только порочная интимная игра?
— Богдан Андреевич, это неправильно... — вся заплаканная и расстроенная слезы по лицу мажу.
Папа моего бывшего собственнически усаживает к себе на коленочки и так обнимает надёжно, крепко, что низ живота сводит.
— Неправильно, то что ты плачешь, — костяшкой пальца по щечке гладит и дышит так горячо мне на ушко. До макушке. Съеживаюсь вся у него на коленях.
— Обижать таких лапочек нельзя, — с игривой серьёзностью трется носом о мою шею и жадно дышит. — И я намерен исправить эту ситуацию... — хватает за подбородок. Заставляет смотреть ему в глаза. И невзначай втискивается ладонью промеж бедер.
Папа моего бывшего собственнически усаживает к себе на коленочки и так обнимает надёжно, крепко, что низ живота сводит.
— Неправильно, то что ты плачешь, — костяшкой пальца по щечке гладит и дышит так горячо мне на ушко. До макушке. Съеживаюсь вся у него на коленях.
— Обижать таких лапочек нельзя, — с игривой серьёзностью трется носом о мою шею и жадно дышит. — И я намерен исправить эту ситуацию... — хватает за подбородок. Заставляет смотреть ему в глаза. И невзначай втискивается ладонью промеж бедер.
Она – дочь моего лучшего друга.
Она провоцирует. Бесит. Завораживает.
Слишком юная. Слишком настоящая. Слишком запретная.
Я пытался держать дистанцию. Пока она не вошла в кабинет. И не осталась.
– Тебе нравится играть с огнём?
– А тебе – чувствовать, как я таю под рукой?
– Осторожно, девочка.
– А ты попробуй меня остановить.
Он был её запретом. Она стала его слабостью.
Она провоцирует. Бесит. Завораживает.
Слишком юная. Слишком настоящая. Слишком запретная.
Я пытался держать дистанцию. Пока она не вошла в кабинет. И не осталась.
– Тебе нравится играть с огнём?
– А тебе – чувствовать, как я таю под рукой?
– Осторожно, девочка.
– А ты попробуй меня остановить.
Он был её запретом. Она стала его слабостью.
Никогда! Никогда я не смирюсь со своей участью стать женой старого и страшного мага, за которого хочет меня выдать отец.
Выход один – бежать!
Опасно, страшно и кругом враги… А тут они – два волка, в чьих лапах я в безопасности, кажется, впервые в жизни…
Выход один – бежать!
Опасно, страшно и кругом враги… А тут они – два волка, в чьих лапах я в безопасности, кажется, впервые в жизни…
Я разбила дорогую тачку своего парня, когда узнала о его измене. Теперь он грозит подать на меня в суд. Мне срочно нужно починить машину за сутки! А поможет мне в этом горячий автомеханик.
***
- Аленушка. Сказка моя. Один поцелуй и стаканчик кофе. Авансом.
- Это цена за ремонт? Я согласна!
***
Что плохого в одном поцелуе? Но он станет лишь десертом на пути к наслаждению, которое меня ждет, если я позволю себе поддаться желанию и провести сутки с мужчиной, от которого у меня рвет крышу.
***
- Аленушка. Сказка моя. Один поцелуй и стаканчик кофе. Авансом.
- Это цена за ремонт? Я согласна!
***
Что плохого в одном поцелуе? Но он станет лишь десертом на пути к наслаждению, которое меня ждет, если я позволю себе поддаться желанию и провести сутки с мужчиной, от которого у меня рвет крышу.
Решив отпраздновать расширение бизнеса, мы с друзьями отправились в сибирские леса — вкусить северной экзотики. Баньки с травами у настоящих лесных знахарей, лыжный курорт, спа, развлечения… Кто же мог предположить, что моя подруга устроит западню, пригласив незваных гостей?
Молодая вертихвостка надумала охмурить моего мужа. Спасать его от наваждения, защищать, драться? — я рвалась в бой, пока не увидела его горящие страстью глаза и не узнала об измене.
Как собрать себя заново после предательства? Да и стоит ли, если полностью разочаровалась в любви и людях?
Новый знакомый, который спас меня, утверждает, что стоит попробовать. И сердце почему-то хочет верить ему…
Молодая вертихвостка надумала охмурить моего мужа. Спасать его от наваждения, защищать, драться? — я рвалась в бой, пока не увидела его горящие страстью глаза и не узнала об измене.
Как собрать себя заново после предательства? Да и стоит ли, если полностью разочаровалась в любви и людях?
Новый знакомый, который спас меня, утверждает, что стоит попробовать. И сердце почему-то хочет верить ему…
В моей жизни было все так, как я того пожелаю. Я получала то, что хотела и даже больше. Никогда не довольствовалась малым. Но все изменилось однажды. На вечеринке я встретила его... Красивого, горячего и не похожего на тех, кто за мной ухаживал.
И все было бы прекрасно, если бы не одно «но»... Он — отец моей лучшей подруги.
И все было бы прекрасно, если бы не одно «но»... Он — отец моей лучшей подруги.
— Она красивая.
— Кто?
— Та, на которой ты женишься, — смотрю прямо на Эльмана.
На его лице не дергается даже мускул, а у меня душа наизнанку выворачивается.
Значит, это правда.
— Не думай об этом, жена с тобой и рядом не стоит, — отрезает он, хватая меня за подбородок.
— Все это время ты молчал о ней? Я на это не подписывалась!
— А я тебя не спрашивал. Я хочу от тебя наследников, Ясмин. Мой брак закроет общественные вопросы, а ты останешься моей. У нас будет тайная семья, о которой никто не узнает.
Брак с влиятельным Эльманом Шахом был для меня под запретом, а для наших семей мог обернуться настоящим позором. Поэтому он привел меня в дом, сделал своей и солгал, что я буду единственной, но на деле наша тайная связь приводит к самым непредсказуемым последствиям...
❗️ Все герои книги — совершеннолетние.
— Кто?
— Та, на которой ты женишься, — смотрю прямо на Эльмана.
На его лице не дергается даже мускул, а у меня душа наизнанку выворачивается.
Значит, это правда.
— Не думай об этом, жена с тобой и рядом не стоит, — отрезает он, хватая меня за подбородок.
— Все это время ты молчал о ней? Я на это не подписывалась!
— А я тебя не спрашивал. Я хочу от тебя наследников, Ясмин. Мой брак закроет общественные вопросы, а ты останешься моей. У нас будет тайная семья, о которой никто не узнает.
Брак с влиятельным Эльманом Шахом был для меня под запретом, а для наших семей мог обернуться настоящим позором. Поэтому он привел меня в дом, сделал своей и солгал, что я буду единственной, но на деле наша тайная связь приводит к самым непредсказуемым последствиям...
❗️ Все герои книги — совершеннолетние.
Подборка очень откровенной эротики
Выберите полку для книги