Книги в жанре «Эротика» по тегу «ochen-otkrovenno-i-goryacho»

- Я не сопливый слабак, как мой брат! Романтики не будет! Джавад всегда был позором!
Внутри все сжалось. Так сильно что я кажется, не могла дышать. Джавада больше нет, я должна плакать, это мой муж, а вместо этого…. Запах парфюма его старшего брата сводит меня с ума…
Мне кажется, у меня сейчас коленки подогнутся. Прищуривается. Грубо берет за локоть. Но от этой грубости дрожь по телу сильнее. Не смей… Нельзя, даже не думай.
- Ты моя! Все эти годы, я думал о тебе и теперь ты моя жена!
- Родители…
- Мне все равно кто что скажет! Ты теперь моя жена, Вероника!
Его взгляд обжигает. Притягивает к себе. Пальцы скользят по моим плечам опускаясь ниже, а я забываю рядом с ним, как дышать. Я просто еще не знаю что ждет меня впереди и насколько он опасен, глава клана самой криминальной и многоуважаемой семьи, Елоевых….
- Ты моя! Я за тебя любого убью, помни это!
Сглатываю. Он не шутит. Только нужно ли мне это?

Моя жизнь уже пять лет это работа без выходных,с таким графиком даже нет друзей. Думала, куда может быть хуже? Пока не явился новый владелец моей квартиры.
Теперь приходится отдавать долг брата развратным способом. Кредитор очень странный тип, от которого не знаю чего ожидать. Рядом с ним страшно, но почему в его власти чувствую что живу?

Выхожу из-за стола и прохожу мимо отчима виляя бёдрами. Мама уже вышла из кухни. Слышу, как болтает с кем-то по телефону.
˗ Хочешь лишить себя удовольствия? ˗ притягивает меня к себе отчим.
˗ Пусти, я всё маме расскажу.
˗ Не расскажешь, Влада, ты хулиганка и тебя надо хорошенечко отшлёпать по твоей упругой заднице!
Вздрагиваю от этих слов и пулей, под смех Макса, вылетаю из кухни.

в книге присутствует ненормативная лексика

— Вы не имеете права ко мне прикасаться! Я буду кричать!
— Кричи, красавица. Никто не придет. Потому что теперь ты моя жена. А муж делает с женой, то что считает нужным.
— Но я вас не люблю!
— Любовь это блажь. Ты слишком избалованная, девочка. Но это не страшно. Я тебя воспитаю, и станешь ты шелковой, и ласковой.
— Вы не посмеете!
— Еще как посмею, расстегивает рубаху. И займусь этим прямо сейчас.

Мужу пришлось улететь на родину, чтобы проститься с больным дедом. Взяв отпуск и приехав следом за супругом, чтобы поддержать его в тяжелый момент, я попадаю на свадьбу своего любимого. А меня представляют новой родне мужа, его будущей мачехой. И насильно выдают замуж за угрюмого горца. Моего свекра.

«Вот черт! Это что, шутка?!»
Он резко сдернул с нее берет, бросив, не глядя, на заднее сиденье, и остервенело наблюдал, как водопад шелковых волос заструился по ее плечам, распространяя аромат на весь салон.
— Что вы делаете? — немного осипшим голосом вскрикнула девушка.
— Тебе восемнадцать-то есть? — грубо и раздраженно.
— Есть. А вам это зачем?
— На всякий случай...
Лена замерзла и нервничала, и туго соображала, шокированная внезапной встречей с этим человеком.
— Предлагаю не задерживать друг друга, — она чуть прокашлялась, пытаясь наладить голос, сильно продрогла. — Поэтому давайте по делу. Я всегда сначала беру оплату. Надеюсь, что Егор вас предупредил.
— Нет... но ладно... — Роберт изучающе прошелся по ней взглядом, достал бумажник, молча вынул из него пятитысячную купюру и протянул ей.
Лена в растерянности взяла ее и повертела в руках.
— Но... нужно десять... Это лишь половина! — она вопросительно посмотрела на него.
— Ни хера себе у те

Аня живёт размеренной жизнью с мужем, пока однажды за ужином не остаётся наедине со свёкром и его давним другом. Сначала — полушутливый намёк, а через несколько минут — уже то, чему она не может противостоять.

Шок и стыд смешиваются с чем-то новым, пугающе сладким. Их сила, опыт, властные голоса и полная потеря контроля открывают в ней ту сторону, о которой она даже не догадывалась.
И теперь ей надо сделать выбор: разорвать эту связь совсем, или остаться с ними

— Подойди, — его голос низкий, чуть хриплый. — Не заставляй повторять.
Я машинально качаю головой, отступая ближе к стене. Сердце гулко бьётся, в горле пересохло.
Он встаёт и делает шаг. Потом ещё. Каждое его движение будто давит на меня. Я вжимаюсь в стену, понимая, что отступать больше некуда.
— Попалась, — он останавливается совсем близко, нависая надо мной. Его ладонь резко ложится на стену у моего лица.
— Ты думаешь, я поверю, что ты вся такая невинная? — в голосе насмешка, от которой у меня кожа покрывается мурашками. — Смотри на меня.
Я поднимаю глаза и тут же отворачиваюсь. Но он хватает мой подбородок, заставляя снова встретиться с его взглядом.
— Боишься? — он улыбается дерзко, и от этой улыбки у меня по спине пробегает холод. — Правильно делаешь.
________________________________________
Всю жизнь я была слишком наивной и судьба подкинула мне жестокий урок. Человек, которому я доверяла продал меня безжалостному бандиту. И теперь я в его власти.

— Дрожишь, малышка, — его голос хриплый, низкий, будто сам воздух в комнате становится гуще.
— Я… боюсь, — и сама слышу, как фальшиво это звучит. Мой страх слишком похож на желание.
— Не ври. Твоё тело орёт громче тебя, — пальцами едва касаются моей кожи, и я вздрагиваю, ненавидя себя за это.
— Сет, остановись…
— Скажи честно, ты хочешь, чтобы я ушёл? — шепчет на самое ушко, и по коже бежит пожар.
— Я ненавижу тебя, — срываюсь, проклиная этого парня всей душой и всем сердцем.
— А задыхаешься так, будто любишь, — его усмешка прожигает сильнее прикосновений.
— Чёрт… — губы предательски вырывают звук, ближе к крику, чем к слову.
— Признайся! — Сет влажно шипит мне в губы. — Признайся добровольно, что ты все ещё моя, — до боли сминает мои скулы и смотрит горящим, диким взглядом. — Иначе я заставлю!

— Пожалуй, я готов простить твой долг. — произнес Дамир, наконец обернувшись к отцу, но не отпуская меня. — В обмен на нее.
— Что? — вырвалось у меня шепотом.
Я перевела взгляд на отца, его плечи сгорбились, взгляд метался по комнате, словно искал спасения.
— У тебя десять секунд на размышления. — спокойно произнес мужчина. — А потом тебя запихнут в багажник и…
— Дамир, умоляю… — голос отца сорвался на хрип.
— Один, два, три… — не слушая его, этот страшный мужчина начал свой счет.
Когда он досчитал до десяти и молча, с легкой усмешкой, взмахнул рукой, отец выкрикнул:
— Я согласен!

Смерть отчима сталкивает нас со сводным и вынуждает жить под одной крышей. Нужно продержаться год, тогда я смогу выкупить у брата долю дома, в котором я выросла, и вернуть себе часть памяти о маме.

Жить под одной крышей с наглым владельцем сети ночных клубов — то еще удовольствие. Только это полпроблемы. Мой сводный возмужал и стал до неприличия красив, и все мои глупые детские чувства к нему вспыхнули с новой силой. Похоже, меня ждет самый тяжёлый год в жизни.