Книги в жанре «Эротика» по тегу «ochen-otkrovenno-i-goryacho»
И вдруг я увидел её.
Она стояла под навесом закрытого цветочного магазина, пытаясь укрыться от ливня зонтом, который выворачивало ветром наизнанку. Девушка лет двадцати пяти, хрупкая, почти прозрачная в своём бежевом пальто, которое явно было не по сезону тонким. Волосы цвета мокрого песка прилипли к щекам. Она дрожала. Не от холода, хотя и от него тоже, а от какого-то внутреннего напряжения, которое я научился считывать за годы наблюдения за людьми.
— Стоп, — сказал я Игорю.
Машина плавно остановилась у обочины, прямо напротив девушки.
— Александр Сергеевич? — удивлённо переспросил Игорь, глядя в зеркало заднего вида.
— Подожди здесь, — приказал я, открывая дверь.
Дождь сразу же ударил по лицу, холодный, колючий. Я подошёл к девушке. Она вздрогнула, заметив приближающуюся фигуру в дорогом пальто. Её глаза, большие и испуганные, как у загнанного зверька, встретились с моими.
— Вам нужна помощь? — спросил я. Голос звучал ровно, без лишней эмоциональности.
Она колебалась...
Она стояла под навесом закрытого цветочного магазина, пытаясь укрыться от ливня зонтом, который выворачивало ветром наизнанку. Девушка лет двадцати пяти, хрупкая, почти прозрачная в своём бежевом пальто, которое явно было не по сезону тонким. Волосы цвета мокрого песка прилипли к щекам. Она дрожала. Не от холода, хотя и от него тоже, а от какого-то внутреннего напряжения, которое я научился считывать за годы наблюдения за людьми.
— Стоп, — сказал я Игорю.
Машина плавно остановилась у обочины, прямо напротив девушки.
— Александр Сергеевич? — удивлённо переспросил Игорь, глядя в зеркало заднего вида.
— Подожди здесь, — приказал я, открывая дверь.
Дождь сразу же ударил по лицу, холодный, колючий. Я подошёл к девушке. Она вздрогнула, заметив приближающуюся фигуру в дорогом пальто. Её глаза, большие и испуганные, как у загнанного зверька, встретились с моими.
— Вам нужна помощь? — спросил я. Голос звучал ровно, без лишней эмоциональности.
Она колебалась...
Мой отец совершил роковую ошибку, нарушив законы гор, и трусливо сбежал, оставив меня в качестве живого щита. Теперь я заложница в каменной крепости Тамерлана Абрекова — безжалостного хозяина ущелья, который не знает слова «жалость». Он обещал сломать мою гордость и жестко научить покорности, превратив мою жизнь в изнурительную войну на выживание.
Но среди порочной страсти и свиста пуль у нас не осталось путей к отступлению. В этой дикой игре на грани боли победит тот, кто первым отдаст свое сердце, и я не собираюсь сдаваться без боя.
Но среди порочной страсти и свиста пуль у нас не осталось путей к отступлению. В этой дикой игре на грани боли победит тот, кто первым отдаст свое сердце, и я не собираюсь сдаваться без боя.
Попытка дерзкой ведьмы Эвелин и её сурового Хранителя Аларика устроить тихий романтический отпуск на термальном курорте летит к чертям вместе с уставными правилами! В их планы бесцеремонно вторгается Рагнар — наглый золотой дракон и Главный Инквизитор Огненных Земель, решивший заявить свои права на «истинную пару». Ситуация официально выходит из-под контроля, когда древний брачный алтарь намертво сковывает всю троицу невидимыми золотыми наручниками. Чтобы обрести свободу и вернуть похищенный драконом телепортационный кристалл, героям придется перешагнуть через собственную спесь и пройти серию испытаний. Градус ревности боевого мага пробивает потолок, драконья чешуя плавится от ведьминского морока, а курорт застывает в экзистенциальном шоке от этой безумной и горячей дипломатии!
История от лица доминанта-владельца частного клуба: он годами обучал свою женщину подчинению — каждое правило, каждый жест, каждое наказание. Она идеальная и покорная, послушная, выдрессированная именно им. Однажды он решает усилить игру: приглашает второго доминанта — жёсткого, непредсказуемого, с другим стилем воздействия...
Герой — профессиональный Доминант-Мастер, который работает по контракту: подбирает сценарии для женщин, желающих попробовать тёмную сторону, и доводит их до грани. Его клиентка просит нечто особенное — сессию с двумя доминантами одновременно. Он находит напарника...
Скромная девушка из гор выходит замуж за жестокого и красивого мажора, думая, что начинает новую жизнь. Но уже в первую брачную ночь она понимает: Руслан не собирается быть нежным. А вскоре в их доме появляется его лучший друг — спокойный, молчаливый Камиль. И тогда Амина узнаёт страшную правду: муж привык делить с ним всё. Абсолютно всё. Включая жену. Она сопротивляется, плачет, клянёт себя за каждую вспышку стыдного желания. Но чем сильнее она борется, тем глубже проваливается в эту тёмную, горячую зависимость.
— Что вам нужно? — голос предательски дрожит.
— О, ничего особенного. Просто твоё молчание. И ещё. Небольшая компенсация. За спасение принцессы. Так, пустячок, — тянет он, и его рука уже притягивает меня к себе.
— Я не плачу по счетам бандитам! — выплёвываю ему в лицо.
— Очень плохо. Придётся научиться. На колени.
***
Мне сорок. Я следователь Елизавета Пронина, и моё новое дело — исчезновения молодых женщин. Единственная ниточка ведёт к человеку, которого никто не видел в лицо. Его называют Хозяином.
Он знает о жертвах слишком много.
Но обо мне он знает ещё больше.
Я должна найти его первой.
Только однажды ночью именно Хозяин вытаскивает меня из рук тех, кто очень хотел, чтобы расследование закончилось вместе со мной.
А после требует плату за спасение.
Не деньги...
Я должна его бояться.
Вместо этого рядом с ним я впервые за много лет чувствую себя живой.
Но можно ли довериться мужчине, который называет себя Хозяином?
— О, ничего особенного. Просто твоё молчание. И ещё. Небольшая компенсация. За спасение принцессы. Так, пустячок, — тянет он, и его рука уже притягивает меня к себе.
— Я не плачу по счетам бандитам! — выплёвываю ему в лицо.
— Очень плохо. Придётся научиться. На колени.
***
Мне сорок. Я следователь Елизавета Пронина, и моё новое дело — исчезновения молодых женщин. Единственная ниточка ведёт к человеку, которого никто не видел в лицо. Его называют Хозяином.
Он знает о жертвах слишком много.
Но обо мне он знает ещё больше.
Я должна найти его первой.
Только однажды ночью именно Хозяин вытаскивает меня из рук тех, кто очень хотел, чтобы расследование закончилось вместе со мной.
А после требует плату за спасение.
Не деньги...
Я должна его бояться.
Вместо этого рядом с ним я впервые за много лет чувствую себя живой.
Но можно ли довериться мужчине, который называет себя Хозяином?
Она стояла между ними. Две руки. Два совершенно разных тепла. Дождь стекал по лицу. Сердце колотилось так, что, казалось, они оба слышат.
— Я в порядке, — выдавила она. — Правда.
Антон медленно убрал руку. Давид — тоже, но пальцы ещё секунду сжимали ткань на её плече.
В машине по дороге обратно никто не говорил. Лера сидела между ними на заднем сиденье. Колено Антона касалось её ноги. Плечо Давида — другого. Она чувствовала обоих. И понимала: что-то уже сломалось. Или, наоборот, начало складываться совсем иначе.
На подстанции Давид остановился у двери раздевалки.
— Соколова. Подожди.
Антон уже шёл к своей машине, но обернулся.
— Оставляешь её на ночь, доктор?
Давид даже не посмотрел в его сторону.
— Уходи, Громов.
— Я в порядке, — выдавила она. — Правда.
Антон медленно убрал руку. Давид — тоже, но пальцы ещё секунду сжимали ткань на её плече.
В машине по дороге обратно никто не говорил. Лера сидела между ними на заднем сиденье. Колено Антона касалось её ноги. Плечо Давида — другого. Она чувствовала обоих. И понимала: что-то уже сломалось. Или, наоборот, начало складываться совсем иначе.
На подстанции Давид остановился у двери раздевалки.
— Соколова. Подожди.
Антон уже шёл к своей машине, но обернулся.
— Оставляешь её на ночь, доктор?
Давид даже не посмотрел в его сторону.
— Уходи, Громов.
— Забудь про суд, — сказал он, глядя мне в глаза. — Долг твоего мужа теперь твой долг. И ты его отработаешь.
Я стояла перед тремя мужчинами в придорожном кафе, куда они вошли, чтобы пообедать. Обычный вечер, обычная смена, обычные хамы за столиком у окна, которые хватали меня за задницу, а Петрович шептал «терпи, они платят».
Они защитили меня от хамов. От Петровича, который продавал меня за чаевые. От конкурентов, которые хотели сжечь их склад. От бывшего мужа, который вернулся и требовал меня как вещь.
Я стояла перед тремя мужчинами в придорожном кафе, куда они вошли, чтобы пообедать. Обычный вечер, обычная смена, обычные хамы за столиком у окна, которые хватали меня за задницу, а Петрович шептал «терпи, они платят».
Они защитили меня от хамов. От Петровича, который продавал меня за чаевые. От конкурентов, которые хотели сжечь их склад. От бывшего мужа, который вернулся и требовал меня как вещь.
Он сказал, что она предсказуема до последней детали.
Пришлось доказывать обратное.
И черт побери, как же сложно не рычать, когда очень хочется. Да, дракон?
Пришлось доказывать обратное.
И черт побери, как же сложно не рычать, когда очень хочется. Да, дракон?
Подборка очень откровенной эротики
Выберите полку для книги