Книги в жанре «Эротика» по тегу «rasskazi»
Она держит три розы. Две чёрные, завядшие. Одна красная. Живая. Пока.
У неё было трое. Трое, кто любил её. Трое, кто ждал дома. Одного она уже потеряла. Двоих ещё может.
Он стоит за её спиной. В маске. Наполовину. Улыбается. В руке нож. Он ждёт. Всегда. Где-то там. Далеко. Но рядом.
Она ищет его. Он ищет её. Они — зеркала. Только одно из них — разбито. Давно.
Он убивает тех, кто похож на неё. Она идёт по его следам. Каждый шаг — ближе. Каждый шаг — темнее.
Но он не монстр. И она это знает. Потому что он — это она. Если бы не было их. Троих. Если бы она была одна. Всегда.
Она должна выбрать. Убить его. Или стать им. Или жить. Пока.
Красная роза. Посередине. Живая. Пока.
У неё было трое. Трое, кто любил её. Трое, кто ждал дома. Одного она уже потеряла. Двоих ещё может.
Он стоит за её спиной. В маске. Наполовину. Улыбается. В руке нож. Он ждёт. Всегда. Где-то там. Далеко. Но рядом.
Она ищет его. Он ищет её. Они — зеркала. Только одно из них — разбито. Давно.
Он убивает тех, кто похож на неё. Она идёт по его следам. Каждый шаг — ближе. Каждый шаг — темнее.
Но он не монстр. И она это знает. Потому что он — это она. Если бы не было их. Троих. Если бы она была одна. Всегда.
Она должна выбрать. Убить его. Или стать им. Или жить. Пока.
Красная роза. Посередине. Живая. Пока.
2 Том книги "Наследники Золотой крови". Приключения двух подруг продолжаются, но выходят на новый уровень, так как их тайна случайно становится известной большому количеству людей.
Готовность парней поддержать своих воздюбленных тоже подвергается испытанию - не только влияние общества, но и сами девушки приводят друзей в недоумение.
Ожидание войны и тяжёлых времён сгущают краски и разрушают отношения друзей и влюблённых.
Готовность парней поддержать своих воздюбленных тоже подвергается испытанию - не только влияние общества, но и сами девушки приводят друзей в недоумение.
Ожидание войны и тяжёлых времён сгущают краски и разрушают отношения друзей и влюблённых.
После очередного провального свидания я решила, что с мужчинами покончено. Мне больше не нужны отношения, обещания и попытки угадать, какой мудак скрывается за красивой улыбкой.
Но подруга нашла лекарство получше — закрытый покерный клуб, где за одним столом собираются мужчины, привыкшие играть по-крупному. Богатые, успешные, галантные. Здесь мне делают комплименты, угощают настойками и смотрят так, что я снова чувствую себя желанной. И главное — никто ничего от меня не требует.
Идеальное место, чтобы играть, флиртовать и никогда не переходить черту.
Пока я не замечаю Глеба.
Здесь его называют Джокером. Он единственный, кто не пытается произвести на меня впечатление, не осыпает комплиментами и поначалу будто не замечает меня. Простой парень в черном худи среди мужчин с миллионными счетами, которого почему-то опасается каждый за этим столом. Но когда я нуждаюсь в поддержке – рядом оказывается именно он.
Одно я не могу понять: почему когда я иду all in, он сбрасывает карты?
Но подруга нашла лекарство получше — закрытый покерный клуб, где за одним столом собираются мужчины, привыкшие играть по-крупному. Богатые, успешные, галантные. Здесь мне делают комплименты, угощают настойками и смотрят так, что я снова чувствую себя желанной. И главное — никто ничего от меня не требует.
Идеальное место, чтобы играть, флиртовать и никогда не переходить черту.
Пока я не замечаю Глеба.
Здесь его называют Джокером. Он единственный, кто не пытается произвести на меня впечатление, не осыпает комплиментами и поначалу будто не замечает меня. Простой парень в черном худи среди мужчин с миллионными счетами, которого почему-то опасается каждый за этим столом. Но когда я нуждаюсь в поддержке – рядом оказывается именно он.
Одно я не могу понять: почему когда я иду all in, он сбрасывает карты?
До него я ничего не знала о мужчинах. После него — знаю слишком много.
Он был двумя людьми в одном теле: то ласковым до слёз, то холодным до дрожи. Я списывала это на характер, на усталость, на что угодно — лишь бы не признавать, что мне страшно рядом с тем, кого я люблю.
И всё-таки я осталась. И всё-таки позволила.
А когда правда открылась, я поняла самое унизительное: меня не любили.
На меня охотились, играючи.
И им обоим было весело.
Он был двумя людьми в одном теле: то ласковым до слёз, то холодным до дрожи. Я списывала это на характер, на усталость, на что угодно — лишь бы не признавать, что мне страшно рядом с тем, кого я люблю.
И всё-таки я осталась. И всё-таки позволила.
А когда правда открылась, я поняла самое унизительное: меня не любили.
На меня охотились, играючи.
И им обоим было весело.
«Ты - бревно, Аня! Во мне бурлит стихия, а ты душишь мои чакры!» - бросил муж, утащив мой блендер за тридцать тысяч к инста-гурии «дышать маткой».
В тот же день новый генеральный - ледяной миллиардер Максим Северский при всем совете директоров обозвал меня картофельным мешком и отправил на убой с безнадежным проектом.
Терять нечего. Я пошла в закрытый клуб «Aпекс», где тренер с телом бога и татуировкой дракона взялся за мою чувственность:
«Не зажимайся, Аня. Это соматический массаж, - шепчет Влад, пока его руки скользят по бедрам. - Я научу тебя стонать и ходить так, что твой босс сам приползет на коленях».
Прошел месяц. Бывший в слезах таскает мешки на складе в Люберцах, отрабатывая миллионный долг по суду. А тот самый «неприступный» генеральный запирает дверь моего нового кабинета на ключ:
«На ковер, госпожа вице-президент. И только попробуй сказать, что ты устала».
В тот же день новый генеральный - ледяной миллиардер Максим Северский при всем совете директоров обозвал меня картофельным мешком и отправил на убой с безнадежным проектом.
Терять нечего. Я пошла в закрытый клуб «Aпекс», где тренер с телом бога и татуировкой дракона взялся за мою чувственность:
«Не зажимайся, Аня. Это соматический массаж, - шепчет Влад, пока его руки скользят по бедрам. - Я научу тебя стонать и ходить так, что твой босс сам приползет на коленях».
Прошел месяц. Бывший в слезах таскает мешки на складе в Люберцах, отрабатывая миллионный долг по суду. А тот самый «неприступный» генеральный запирает дверь моего нового кабинета на ключ:
«На ковер, госпожа вице-президент. И только попробуй сказать, что ты устала».
Каждый вечер мой муж приходит в закрытую психиатрическую клинику и задаёт один вопрос:
— Ты готова вернуться?
Я молчу.
Потому что однажды Аяз из ревности выстрелил в моего друга у меня на глазах.
Он сказал, что тот позволял себе много лишнего. Слишком долго смотрел на меня, слишком часто прикасался. Один дружеский поцелуй в щёку, и мой муж сорвался.
Теперь Аяз уверен, что со мной что-то не так. Что я всё ещё его жена. Что должна вернуться домой, спать в его постели и родить ему детей.
Он любит меня.
Так сильно, что уже не понимает, где заканчивается любовь и начинается безумие. Я же знаю лишь одно... Он страшно, нечеловечески мною одержим.
И каждый день он приходит снова.
— Ты готова вернуться?
Я молчу.
Не потому, что боюсь его.
Я боюсь, что однажды сломаюсь.
И скажу:
— Да.
— Ты готова вернуться?
Я молчу.
Потому что однажды Аяз из ревности выстрелил в моего друга у меня на глазах.
Он сказал, что тот позволял себе много лишнего. Слишком долго смотрел на меня, слишком часто прикасался. Один дружеский поцелуй в щёку, и мой муж сорвался.
Теперь Аяз уверен, что со мной что-то не так. Что я всё ещё его жена. Что должна вернуться домой, спать в его постели и родить ему детей.
Он любит меня.
Так сильно, что уже не понимает, где заканчивается любовь и начинается безумие. Я же знаю лишь одно... Он страшно, нечеловечески мною одержим.
И каждый день он приходит снова.
— Ты готова вернуться?
Я молчу.
Не потому, что боюсь его.
Я боюсь, что однажды сломаюсь.
И скажу:
— Да.
— И ты едешь со мной, — это был не вопрос. Это был приказ. — Проведем там неделю. Познакомлю тебя кое с кем.
Она знала, что у него есть взрослые дети от прошлых, давно стертых из официальной биографии браков. Знала, что эта поездка — переход на новый, гораздо более опасный уровень их игры. Но остановиться она уже не могла.
Месяц рядом с Ильей пролетел как один бесконечный, ослепительный и удушливый кадр киноленты. Сначала Анжеле казалось, что это верх заботы. Но вскоре она стала замечать теневую сторону его идеального фасада.
Это был тотальный, почти параноидальный контроль. Илья знал о ней всё: во сколько она просыпалась, какую чашку кофе заказывала в кофейне на углу, с кем пересекалась по работе.
Его телефонные звонки раздавались именно тогда, когда она меньше всего ждала, а в его черных глазах читался немой допрос, если она задерживалась на десять минут.
Для него существовало лишь одно правило, высеченное на камне:
«Моё — значит, только моё».
Она знала, что у него есть взрослые дети от прошлых, давно стертых из официальной биографии браков. Знала, что эта поездка — переход на новый, гораздо более опасный уровень их игры. Но остановиться она уже не могла.
Месяц рядом с Ильей пролетел как один бесконечный, ослепительный и удушливый кадр киноленты. Сначала Анжеле казалось, что это верх заботы. Но вскоре она стала замечать теневую сторону его идеального фасада.
Это был тотальный, почти параноидальный контроль. Илья знал о ней всё: во сколько она просыпалась, какую чашку кофе заказывала в кофейне на углу, с кем пересекалась по работе.
Его телефонные звонки раздавались именно тогда, когда она меньше всего ждала, а в его черных глазах читался немой допрос, если она задерживалась на десять минут.
Для него существовало лишь одно правило, высеченное на камне:
«Моё — значит, только моё».
Лекса терпеть не может самоуверенных мужчин. Особенно таких, как Коул.
Он слишком уверен в себе. Слишком спокоен. Слишком хорошо знает, какое впечатление производит на женщин.
И совершенно не привык к тому, что кто-то смотрит ему прямо в глаза и отвечает на его вызов ещё более дерзко.
Между Лексой и Коулом с первой встречи вспыхивает то самое притяжение, которое невозможно объяснить и ещё сложнее скрыть. Они спорят, провоцируют друг друга и каждый раз пытаются доказать, кто первым потеряет контроль.
Лекса уверена, что сможет держать Коула на расстоянии.
Коул уверен, что рано или поздно она перестанет сопротивляться.
Но что, если эта игра окажется опаснее, чем они оба думали?
Что произойдёт, когда за насмешками, упрямством и страстью начнут появляться чувства, которые уже невозможно списать на простое влечение?
И почему именно тот человек, которому Лекса меньше всего хотела бы довериться, постепенно становится тем, без кого она уже не представляет свою жизнь?
Он слишком уверен в себе. Слишком спокоен. Слишком хорошо знает, какое впечатление производит на женщин.
И совершенно не привык к тому, что кто-то смотрит ему прямо в глаза и отвечает на его вызов ещё более дерзко.
Между Лексой и Коулом с первой встречи вспыхивает то самое притяжение, которое невозможно объяснить и ещё сложнее скрыть. Они спорят, провоцируют друг друга и каждый раз пытаются доказать, кто первым потеряет контроль.
Лекса уверена, что сможет держать Коула на расстоянии.
Коул уверен, что рано или поздно она перестанет сопротивляться.
Но что, если эта игра окажется опаснее, чем они оба думали?
Что произойдёт, когда за насмешками, упрямством и страстью начнут появляться чувства, которые уже невозможно списать на простое влечение?
И почему именно тот человек, которому Лекса меньше всего хотела бы довериться, постепенно становится тем, без кого она уже не представляет свою жизнь?
Я знала, кто такой Таир Нальгиев. Знала, почему мужчины сбавляют голос, когда произносят его фамилию, почему мой младший брат несколько недель бледнел при каждом звонке и почему отец когда-то запрещал мне даже интересоваться людьми из той части его жизни. Поэтому, когда Таир вошёл в мою квартиру с разбитыми костяшками и сказал собирать вещи, я решила, что бояться нужно его. Ошиблась. Страшнее оказалось другое: он умеет остановиться, когда я прошу. Умеет ждать, когда я злюсь. Умеет смотреть так, что у меня дрожат колени, хотя пальцем ко мне не прикоснулся. И однажды ночью мне придётся признать то, от чего я бегу с первой встречи: опаснее Таира Нальгиева только моё собственное желание остаться с ним.
Я просто психанула и ударила зеркало.
А очнулась — в мире драконов.
Теперь за мной следит сам Король: опасный, наглый, безумно красивый
и абсолютно уверенный, что рано или поздно я окажусь в его постели.
Спойлер: он оказался прав.
Но если этот чёрный ящер думает, что я стану тихой и послушной — его ждёт очень неприятный сюрприз.
Потому что в этом замке теперь появилась новая проблема.
И зовут её Алиса.
А очнулась — в мире драконов.
Теперь за мной следит сам Король: опасный, наглый, безумно красивый
и абсолютно уверенный, что рано или поздно я окажусь в его постели.
Спойлер: он оказался прав.
Но если этот чёрный ящер думает, что я стану тихой и послушной — его ждёт очень неприятный сюрприз.
Потому что в этом замке теперь появилась новая проблема.
И зовут её Алиса.
Популярные эротические рассказы
Выберите полку для книги