Книги в жанре «Эротика» по тегу «skachat»
Богатый, харизматичный мужчина привык получать всё, что хочет. Он замечает девушку, которая держится особняком и не поддаётся его обаянию. Это становится для него вызовом: он хочет не просто соблазнить её, а узнать, что скрывается за этой холодностью. Постепенно игра превращается в нечто большее: он понимает, что впервые в жизни не контролирует свои чувства. Она не хотела его внимания. Он не хотел её отпускать...
Я смотрел ей вслед и замечал то, что не видели другие. Я видел, как сильно она сжимает планшет, так, что костяшки её пальцев белеют. Я видел, как едва заметно дрожат её плечи, когда она думает, что никто не смотрит. Виктория была женщиной, которая тратила колоссальное количество энергии на то, чтобы удерживать мир в подчинении. И я, со своей привычкой анализировать несущие конструкции, начал понимать одну простую, но шокирующую вещь: её фасад был слишком тяжёлым. Она устала быть сильной. Она отчаянно, до глубины души хотела, чтобы кто-то забрал у неё этот контроль.
Он привык всё контролировать. Он берёт на работу молодую ассистентку — умную, дерзкую, с характером. С первой же встречи между ними искрит, но он даёт себе слово: никаких отношений с подчинёнными. Однако чем больше он пытается держаться на расстоянии, тем сильнее его тянет к ней. Внутренний конфликт, запретное притяжение, напряжение в каждом взгляде и случайном касании. Он клялся, что не тронет её. Но одна ночь изменила всё...
Главный герой — татуировщик, привыкший к дистанции: клиенты приходят, садятся в кресло, он делает свою работу и отпускает их. Она приходит не за рисунком, а за смыслом: просит набить фразу, которая должна помочь ей отпустить прошлое. Между ними сразу возникает напряжение: он старается держаться профессионально, но каждое её движение, каждый вдох сбивают его. История строится на контрасте: холодная мастерская, стерильные инструменты — и обжигающая близость, которую невозможно игнорировать.
Он привык держать руки при себе. Она заставила его нарушить это правило...
Он привык держать руки при себе. Она заставила его нарушить это правило...
Передо мной была девушка, которая несла на своих хрупких плечах непосильную ношу. Ей нужен был не просто реставратор. Ей нужен был тот, кто возьмёт контроль на себя. Тот, кто скажет ей, что делать, и заставит её забыть о тяжести мира, хотя бы на несколько часов.
Я почувствовал знакомый, тягучий зов внутри себя. Тот самый инстинкт доминирования, который я тщательно скрывал от посторонних глаз. Моё доминирование никогда не было жестоким. Я не понимал тех, кто причинял боль ради удовольствия. Моя власть была нежной. Она была подобна кокону, в который я заключал тех, кто доверял мне свою слабость. Я хотел завернуть её в этот кокон. Я хотел, чтобы она перестала думать.
— Пойдёмте в библиотеку, — твёрдо сказал я, и мой тон не предполагал возражений.
Она моргнула, удивлённая моей властностью, но кивнула.
— Хорошо.
Я подошёл к ней вплотную. Мой рост позволял мне нависать над ней, создавая ощущение защищённости и одновременно неизбежности моего присутствия. Я чувствовал её аромат...
Я почувствовал знакомый, тягучий зов внутри себя. Тот самый инстинкт доминирования, который я тщательно скрывал от посторонних глаз. Моё доминирование никогда не было жестоким. Я не понимал тех, кто причинял боль ради удовольствия. Моя власть была нежной. Она была подобна кокону, в который я заключал тех, кто доверял мне свою слабость. Я хотел завернуть её в этот кокон. Я хотел, чтобы она перестала думать.
— Пойдёмте в библиотеку, — твёрдо сказал я, и мой тон не предполагал возражений.
Она моргнула, удивлённая моей властностью, но кивнула.
— Хорошо.
Я подошёл к ней вплотную. Мой рост позволял мне нависать над ней, создавая ощущение защищённости и одновременно неизбежности моего присутствия. Я чувствовал её аромат...
Он — спасатель, привыкший действовать чётко и без эмоций в критических ситуациях. Она оказывается в зоне чрезвычайной ситуации, и он должен её эвакуировать. Но между ними возникает связь, которую нельзя объяснить логикой: он чувствует, что обязан не просто вытащить её, а защитить от всего, что может напугать. История о том, как профессиональная ответственность превращается в личную одержимость.
Он спасал людей каждый день. Но только её он хотел спасти от всего мира...
Он спасал людей каждый день. Но только её он хотел спасти от всего мира...
«Я скучаю по твоим рукам».
Точка. Я нажала «отправить» и почти сразу же почувствовала, как щеки заливает горячий стыд. Это было слабо. Это было глупо. Я отложила телефон в сторону, решив, что на этом все закончится, что он просто проигнорирует мое послание, как проигнорировал бы сто предыдущих, и я смогу наконец-то выдохнуть и забыть об этой минутной слабости.
Но телефон вибрировал почти сразу, коротким, настойчивым рывком. На экране горел не его номер. Неизвестный абонент. Я замерла, а потом прочла ответ, короткий и дерзкий, от которого у меня перехватило дыхание.
«Каким именно? Опиши. Вдруг это я».
Первым желанием было извиниться, удалить переписку, сделать вид, что ничего не было.
Я уже набрала: «Прошу прощения, ошиблась номером, пожалуйста, проигнорируйте это сообщение», но три точки, означавшие, что он пишет, остановили мой палец над кнопкой отправки.
Его следующее сообщение было еще наглее и любопытнее:
«Раз уж начала — опиши. Мне любопытно».
Точка. Я нажала «отправить» и почти сразу же почувствовала, как щеки заливает горячий стыд. Это было слабо. Это было глупо. Я отложила телефон в сторону, решив, что на этом все закончится, что он просто проигнорирует мое послание, как проигнорировал бы сто предыдущих, и я смогу наконец-то выдохнуть и забыть об этой минутной слабости.
Но телефон вибрировал почти сразу, коротким, настойчивым рывком. На экране горел не его номер. Неизвестный абонент. Я замерла, а потом прочла ответ, короткий и дерзкий, от которого у меня перехватило дыхание.
«Каким именно? Опиши. Вдруг это я».
Первым желанием было извиниться, удалить переписку, сделать вид, что ничего не было.
Я уже набрала: «Прошу прощения, ошиблась номером, пожалуйста, проигнорируйте это сообщение», но три точки, означавшие, что он пишет, остановили мой палец над кнопкой отправки.
Его следующее сообщение было еще наглее и любопытнее:
«Раз уж начала — опиши. Мне любопытно».
Богатый мужчина предлагает героине сделку: она проводит с ним определённое время, играет роль спутницы на важных мероприятиях, а взамен получает возможность решить свои проблемы. Он уверен, что сможет держать дистанцию и контролировать эмоции. Но чем дольше она рядом, тем яснее становится: он не хочет её отпускать даже после окончания сделки. От мужского лица особенно сильно звучит признание собственной слабости: он, который всегда диктовал условия, теперь боится, что она просто уйдёт.
Сделка была простой. Чувства оказались сложнее любых договорённостей...
Сделка была простой. Чувства оказались сложнее любых договорённостей...
Герой — хирург, привыкший к хладнокровию и точности. Он встречает пациентку, которая, несмотря на уязвимость, поражает его своей силой и умением держаться. Между ними возникает связь, которую невозможно объяснить логикой. В этой истории мужской взгляд подчёркивает контраст: он привык спасать жизни, но впервые не может спасти себя от собственных чувств. Он знал, как сохранить ей жизнь. Но не знал, как спасти себя от неё...
Я установил правила. Жёсткие, неукоснительные.
Первое: никакой лжи. Если одна из них скрывает свои чувства или пределы, я прекращаю всё.
Второе: этот дом — наш изолированный мир. Никаких упоминаний о внешней суете, о делах, о людях. Здесь существуют только мои желания и их готовность подчиниться.
Третье: Вера принадлежит мне так же, как и Елена. Но Елена несёт ответственность за то, чтобы Вера была готова к каждому сеансу.
— Ты поняла, Вера? — спросил я в первую же ночь, стоя над девушкой, которая лежала на кожаном ложе, привязанная мягкими шёлковыми лентами к изголовью.
— Да, Господин, — её голос дрожал, но в глазах горел восторг. Она смотрела на меня с обожанием, которое граничило с религиозным экстазом.
— Елена, — я перевёл взгляд на женщину, которая стояла на коленях у моих ног, ожидая моей команды. — Твоя задача — подготовить её. И подготовить себя. Ты хочешь забыть о своей власти?
Первое: никакой лжи. Если одна из них скрывает свои чувства или пределы, я прекращаю всё.
Второе: этот дом — наш изолированный мир. Никаких упоминаний о внешней суете, о делах, о людях. Здесь существуют только мои желания и их готовность подчиниться.
Третье: Вера принадлежит мне так же, как и Елена. Но Елена несёт ответственность за то, чтобы Вера была готова к каждому сеансу.
— Ты поняла, Вера? — спросил я в первую же ночь, стоя над девушкой, которая лежала на кожаном ложе, привязанная мягкими шёлковыми лентами к изголовью.
— Да, Господин, — её голос дрожал, но в глазах горел восторг. Она смотрела на меня с обожанием, которое граничило с религиозным экстазом.
— Елена, — я перевёл взгляд на женщину, которая стояла на коленях у моих ног, ожидая моей команды. — Твоя задача — подготовить её. И подготовить себя. Ты хочешь забыть о своей власти?
Подборка книг
Выберите полку для книги