Книги в жанре «Эротика» по тегу «tag»
— Сейчас ты покажешь, на что способен твой язычок, кроме лжи и предательства, — голос Амирхана Магомедовича холоден и беспощаден.
Я стою перед ним на коленях, и дрожу от унижения, и ужаса. Никогда прежде я не была так близко к мужчине, но сейчас на кону жизнь моей сестры.
— Пожалуйста… — шепчу я, задыхаясь. — Я не смогу… я девственница…
— Ничего научишься, — он грубо впивается пальцами в мои волосы, заставляя поднять взгляд. — Или вызвать сюда твою сестру? Хочешь посмотреть, как это делает она?
Я всего лишь хотела спасти семью и поэтому решилась на шпионаж против своего босса. Теперь пришло время платить по счетам. И выбора у меня больше нет.
Я стою перед ним на коленях, и дрожу от унижения, и ужаса. Никогда прежде я не была так близко к мужчине, но сейчас на кону жизнь моей сестры.
— Пожалуйста… — шепчу я, задыхаясь. — Я не смогу… я девственница…
— Ничего научишься, — он грубо впивается пальцами в мои волосы, заставляя поднять взгляд. — Или вызвать сюда твою сестру? Хочешь посмотреть, как это делает она?
Я всего лишь хотела спасти семью и поэтому решилась на шпионаж против своего босса. Теперь пришло время платить по счетам. И выбора у меня больше нет.
Десять лет назад Богдан Вознесенский растоптал меня. Его измена стала для меня ударом. Я перестала верить в любовь. И вот спустя много лет мы встретились вновь, только вот теперь он намеревается стать моим боссом, шантажом вынуждая меня согласиться работать в его компании. Он так и остался самоуверенным и эгоистичным мудаком. Тогда почему стоит мне украдкой кинуть на него взгляд, как мое сердце бьется чаще?
– Ты понимаешь, что это безумие? — его дыхание горячо обжигает мою кожу.
– Понимаю, – шепчу в ответ, но отпустить его не могу.
Его дыхание срывается, и я вижу в его глазах ту самую бурю, что бушует и во мне.
Он — бывший отчим, человек, который когда-то дал слово меня защищать. Но кто защитит мое сердце от него самого?
Эта война между долгом и страстью может разрушить все, но остановиться уже невозможно.
Когда рушатся все границы между «должен» и «хочу», остается только рискнуть всем.
– Понимаю, – шепчу в ответ, но отпустить его не могу.
Его дыхание срывается, и я вижу в его глазах ту самую бурю, что бушует и во мне.
Он — бывший отчим, человек, который когда-то дал слово меня защищать. Но кто защитит мое сердце от него самого?
Эта война между долгом и страстью может разрушить все, но остановиться уже невозможно.
Когда рушатся все границы между «должен» и «хочу», остается только рискнуть всем.
На своё двадцатилетие я познакомилась с одним импозантным мужчиной и более семи лет ждала, и надеялась, что он разведётся.
Была образцовой любовницей. Смотрела ему в рот. Выполняла любые желания. Жила им. Слышала. Слушала.
А на очередной юбилей влюбилась до одури в его сына.
Рехнулась... В один миг. Не иначе.
За день до того момента, когда мой Идол наконец-то встал передо мной на колено.
Была образцовой любовницей. Смотрела ему в рот. Выполняла любые желания. Жила им. Слышала. Слушала.
А на очередной юбилей влюбилась до одури в его сына.
Рехнулась... В один миг. Не иначе.
За день до того момента, когда мой Идол наконец-то встал передо мной на колено.
— Как ты посмела от меня сбежать, Ася? — его голос звучит холодно, как сталь клинка, и режет правдоподобно.
— Вы призрак, дурной сон… Вас никогда не было в моей жизни!
— Был! — собирает костяшками пальцев слезы с моих щек, а затем, обхватив, откидывает голову назад, заглядывая в глаза словно в саму душу которой больше нет. — И теперь ты принадлежишь только мне!
Праздник в честь моего дня рождения был самым счастливым, пока не появился он. Враг, деспот, убийца…
Я умерла в тот день, иронично успев задуть свечи на праздничном торте.
— Вы призрак, дурной сон… Вас никогда не было в моей жизни!
— Был! — собирает костяшками пальцев слезы с моих щек, а затем, обхватив, откидывает голову назад, заглядывая в глаза словно в саму душу которой больше нет. — И теперь ты принадлежишь только мне!
Праздник в честь моего дня рождения был самым счастливым, пока не появился он. Враг, деспот, убийца…
Я умерла в тот день, иронично успев задуть свечи на праздничном торте.
Москва — Сибирь. Каблуки — против грязи. Excel — против магии.
Она — королева офиса. Они — дикие хозяева тайги.
Один — обещает нежность. Другой — требует покорности.
И оба хранят мрачный секрет... А по деревне слышится вой каждую ночь!
Она думала, что приехала на неделю, чтобы продать дом, свалившийся в наследство. Оказалось — выбраться будет сложнее. Да и захочется ли?
Она — королева офиса. Они — дикие хозяева тайги.
Один — обещает нежность. Другой — требует покорности.
И оба хранят мрачный секрет... А по деревне слышится вой каждую ночь!
Она думала, что приехала на неделю, чтобы продать дом, свалившийся в наследство. Оказалось — выбраться будет сложнее. Да и захочется ли?
- Ты помнишь, что я обещал тебе в нашу последнюю встречу, Лина? - Влад выразительно смотрит на меня, удерживая пистолет в районе моей груди. - Помню, Влад. Все помню. - отвечаю, ни капли не боясь его.- Тогда ты должна еще точно помнить, что я тебе обещал и в нашу первую и единственную ночь? - Обещал, что причинишь мне самую сильную боль и заставишь чувствовать и не только ее. И, как всегда, ты сдержал свое слово. - Сдержал тогда, сдержу и сейчас.- И что? Убьешь меня? - с вызовом и без страха спрашиваю у него.- Убью. Убью и тебя, и себя. Хотя я уже и так давно мертв, Лина. А потом мы оба заново воскресним, и никогда... Слышишь меня? Никогда уже с тобой больше ни за что не расстанемся.И снова, как и много лет назад, Влад впивается в меня жестким поцелуем. Целует, ласкает, обнимает. И я опять начинаю что - то чувствовать. Все то, что успело уже забыться и затеряться со временем. Ведь только он один единственный со всего мира, способный заставить мое сердце биться и любить.
– Настя, – раздражённо рявкает мужчина скалой нависая надо мной. – Сейчас же посмотри мне в глаза!
– Что вы от меня еще хотите? — вскрикиваю.
– Я хочу, чтобы ты мне сейчас правду сказала, – Руслан резко хватает меня за руку, и тянет на себя. — Это мой ребенок? Смотри мне в глаза и отвечай! — рычит мне в лицо.
Горло перехватывает, слова застревают как осколки. Я не могу ни вдохнуть, ни соврать. Его пальцы горячие, как клеймо, взгляд — бездна, из которой не вырваться. Всё, что я пыталась спрятать за молчанием, всплывает наружу.
Он скрипит зубами от злости, а я — от страха и того самого странного чувства, которое не умерло, хоть я и клялась, что похоронила его.
Теперь между нами не просто одна ночь — между нами жизнь, о которой он не должен был узнать.Но этот человек всегда узнает правду. Всегда добьется своего.
И если он решил забрать меня — никто не спасёт. Даже я сама.
– Что вы от меня еще хотите? — вскрикиваю.
– Я хочу, чтобы ты мне сейчас правду сказала, – Руслан резко хватает меня за руку, и тянет на себя. — Это мой ребенок? Смотри мне в глаза и отвечай! — рычит мне в лицо.
Горло перехватывает, слова застревают как осколки. Я не могу ни вдохнуть, ни соврать. Его пальцы горячие, как клеймо, взгляд — бездна, из которой не вырваться. Всё, что я пыталась спрятать за молчанием, всплывает наружу.
Он скрипит зубами от злости, а я — от страха и того самого странного чувства, которое не умерло, хоть я и клялась, что похоронила его.
Теперь между нами не просто одна ночь — между нами жизнь, о которой он не должен был узнать.Но этот человек всегда узнает правду. Всегда добьется своего.
И если он решил забрать меня — никто не спасёт. Даже я сама.
— Помогите, маньяк! — я вырвалась из жадных объятий Ивана и рванулась к спасительной двери.
Но он молча поймал меня за запястье и притянул обратно, с лёгкой, опасной усмешкой.
— То, что было в той комнате — ошибка. Больше этого не повторится! — выдохнула я, чувствуя, как голос предательски дрожит.
— Повторится, малышка... Потому что тебе все это понравилось.
— Я... я не знала тогда, кто ты! — попыталась вырваться вновь, но его наглые руки скользнули по талии и опустились на бедра.
— Теперь знаешь, — он наклонился к моим губам. — И от этого хочешь меня ещё сильнее...
— Нет...
— Тогда докажи мне, что это не так... — Прошептал он и его горячая ладонь скользнула под подол моего халатика.
Всё началось с дурацкого квеста. Чтобы заполучить ключ от выхода, я поцеловала незнакомца в костюме Дьявола — рыжего, наглого и невероятно сексуального.
Это был всего лишь поцелуй…
А потом я узнала, что этот «дьявол» — Иван. Сын моей лучшей подруги.
И, теперь, он хочет мою душу и тело...
Но он молча поймал меня за запястье и притянул обратно, с лёгкой, опасной усмешкой.
— То, что было в той комнате — ошибка. Больше этого не повторится! — выдохнула я, чувствуя, как голос предательски дрожит.
— Повторится, малышка... Потому что тебе все это понравилось.
— Я... я не знала тогда, кто ты! — попыталась вырваться вновь, но его наглые руки скользнули по талии и опустились на бедра.
— Теперь знаешь, — он наклонился к моим губам. — И от этого хочешь меня ещё сильнее...
— Нет...
— Тогда докажи мне, что это не так... — Прошептал он и его горячая ладонь скользнула под подол моего халатика.
Всё началось с дурацкого квеста. Чтобы заполучить ключ от выхода, я поцеловала незнакомца в костюме Дьявола — рыжего, наглого и невероятно сексуального.
Это был всего лишь поцелуй…
А потом я узнала, что этот «дьявол» — Иван. Сын моей лучшей подруги.
И, теперь, он хочет мою душу и тело...
- Ничего не хочешь мне сказать? – рычит мне Дамир Лютов, влиятельный, властный, жесткий бизнесмен.
- О чем?
- О ребенке, которого родила от меня и скрыла, - вкрадчиво цедит он.
Сердце пропускает удар. Дыхание застревает в горле. Легкие, кажется, забывают, как дышать.
Нет. Нет! Только не это!
- Я хочу познакомиться с дочерью, - припечатывает он безапелляционно.
- Нет!
- Иначе, Лиза, пойдем другим путем, который тебе не понравится, - с угрозой предупреждает он.
ХЭ обязательно!
Содержит нецензурную брань и постельные сцены.
- О чем?
- О ребенке, которого родила от меня и скрыла, - вкрадчиво цедит он.
Сердце пропускает удар. Дыхание застревает в горле. Легкие, кажется, забывают, как дышать.
Нет. Нет! Только не это!
- Я хочу познакомиться с дочерью, - припечатывает он безапелляционно.
- Нет!
- Иначе, Лиза, пойдем другим путем, который тебе не понравится, - с угрозой предупреждает он.
ХЭ обязательно!
Содержит нецензурную брань и постельные сцены.
Выберите полку для книги