Книги в жанре «Любовное фэнтези»
Что делать магу, если из-за артефакта после магической битвы он оказался пушистым псом в квартире уставшей мамы двоих детей? Правильно — устроить ей романтику в мире снов! Ведь чтобы снова стать человеком, ему нужно влюбить в себя хозяйку до боя курантов. Новогоднее фэнтези с юмором и теплом.
Я мечтала быть целителем, а стала ведьмой. Мой дар-проклятье, меня ненавидят и боятся. И местные, и приезжий горожанин. Но когда кошмары обретают плоть, все, что остается нам двоим – держаться друг друга, чтобы либо погибнуть вместе, либо спасти не только себя.
Они думали, что спрячутся в Альпах после краха «Зеркала». Но из тени выходит «Алетейя» — охотники за «Наследием Леонардо». Виктория, закалённая школой Арсения, уходит в самостоятельную игру. Он теряет её и становится живой приманкой. Их финал — в Венеции, где разгадка потребует немыслимой жертвы. Выбор: обладать разрушительной истиной или уничтожить её ради их будущего. Честно, напряжение сдавливает горло, химия такая, что вода в каналах закипает — трогает до мурашек и не отпускает до последней страницы.
Лейла верит, что самые сильные чувства живут только на страницах книг, которые она реставрирует в тихой библиотеке. Её собственная жизнь — это каталог из невысказанных слов и приглушённых эмоций. Всё меняется, когда в её руки попадает фолиант, написанный на забытом языке чувств. Книга не просто оживает — из неё появляется Элиан, Хранитель угасающего мира Эмпариума, где эмоции — это материя, а ландшафт — отражение души. Чтобы спасти его вселенную, Лейле предстоит стать Писцом и дописать Книгу жизни, вплетая в её строки краски собственного сердца: от робкой «Лёгкости» до всепоглощающего «Влечения». Но каждое вписанное чувство отнимает частичку её реальной жизни, а финальная глава потребует невозможного выбора. Готова ли она пожертвовать своим миром ради спасения его? Или её любовь — единственное, что сможет спасти обоих?
Он предал меня. Публично. Холодно. Без сожалений.
Мой муж — дракон, сильнейший в империи — привёл другую женщину и объявил: я больше ему не нужна.
Развод.
Позор.
Конец.
Я потеряла всё: имя, статус, дом.
Но он ошибся в главном.
Я не сломалась.
Я стану сильнее.
Я начну новую жизнь.
И больше никогда не буду той, которую можно унизить и выбросить.
Вот только есть проблема.
Он не отпустил.
И чем сильнее я пытаюсь уйти, тем опаснее становится его одержимость.
— Ты моя, — говорит он.
Но я больше не принадлежу ему.
И теперь вопрос только один:
кто из нас сломается первым?
Мой муж — дракон, сильнейший в империи — привёл другую женщину и объявил: я больше ему не нужна.
Развод.
Позор.
Конец.
Я потеряла всё: имя, статус, дом.
Но он ошибся в главном.
Я не сломалась.
Я стану сильнее.
Я начну новую жизнь.
И больше никогда не буду той, которую можно унизить и выбросить.
Вот только есть проблема.
Он не отпустил.
И чем сильнее я пытаюсь уйти, тем опаснее становится его одержимость.
— Ты моя, — говорит он.
Но я больше не принадлежу ему.
И теперь вопрос только один:
кто из нас сломается первым?
Меня зовут Веста Корнева. Три года я была женой драконьего князя Веррона Скарра — и три года была для него лишь деловым договором: красивая, тихая, удобная.
На осеннем балу, при всём зале, он объявил, что наш брак был сделкой, и ушёл к другой. Я подписала развод, забрала сундук и уехала на юг, чтобы начать жизнь заново.
Но драконы не умеют отпускать.
На осеннем балу, при всём зале, он объявил, что наш брак был сделкой, и ушёл к другой. Я подписала развод, забрала сундук и уехала на юг, чтобы начать жизнь заново.
Но драконы не умеют отпускать.
Мне тридцать девять. Я шагнула через служебную дверь грузового терминала — и оказалась на заснеженной станции в другом мире. Через четыре дня перед воротами появился дракон Арден Риаль с приказом ее закрыть.
По документам Тихого Перевала вообще не существует. По старому реестру именно отсюда когда-то управляли всем Северным трактом. Кто-то семь лет стирал дорогу из карт, архивов и отчетов, а через двадцать семь дней она исчезнет окончательно.
У меня нет титула, влиятельной семьи и знания местных законов. Зато я умею запускать то, что другие считают безнадежным.
Сначала верну сюда караваны и прибыль. Потом найду того, кому выгодна исчезнувшая дорога.
А с драконом, который приехал закрыть мои ворота, придется разбираться по пути.
По документам Тихого Перевала вообще не существует. По старому реестру именно отсюда когда-то управляли всем Северным трактом. Кто-то семь лет стирал дорогу из карт, архивов и отчетов, а через двадцать семь дней она исчезнет окончательно.
У меня нет титула, влиятельной семьи и знания местных законов. Зато я умею запускать то, что другие считают безнадежным.
Сначала верну сюда караваны и прибыль. Потом найду того, кому выгодна исчезнувшая дорога.
А с драконом, который приехал закрыть мои ворота, придется разбираться по пути.
Семь минут до продажи зимней переправы за одну серебряную монету. Именно столько у меня было, когда я открыла глаза в чужом теле и поняла, что сейчас лишусь единственного имущества, о котором ничего не знаю.
Вместо подписи я потребовала счетные книги.
И сразу нашла то, чего там быть не должно: через переправу проходят сотни грузовых саней, а деньги за них исчезают.
От продажи я отказываюсь. И в тот же день появляется Тарвен Риас — северный дракон и инспектор Дорожной палаты. Он должен решить, выдержит ли моя дорога огромный государственный караван. Если нет, переправу закроют, а долги окончательно похоронят дело.
Есть только одна проблема: главным подозреваемым в махинациях Тарвен считает меня.
Пока мы спорим и пытаемся привести хозяйство в порядок, на реке обнаруживаются следы ночных караванов. Потом — сигналы там, где никакой башни быть не должно. А в старых документах находится моя собственная подпись под разрешением, которого я никогда не давала.
Вместо подписи я потребовала счетные книги.
И сразу нашла то, чего там быть не должно: через переправу проходят сотни грузовых саней, а деньги за них исчезают.
От продажи я отказываюсь. И в тот же день появляется Тарвен Риас — северный дракон и инспектор Дорожной палаты. Он должен решить, выдержит ли моя дорога огромный государственный караван. Если нет, переправу закроют, а долги окончательно похоронят дело.
Есть только одна проблема: главным подозреваемым в махинациях Тарвен считает меня.
Пока мы спорим и пытаемся привести хозяйство в порядок, на реке обнаруживаются следы ночных караванов. Потом — сигналы там, где никакой башни быть не должно. А в старых документах находится моя собственная подпись под разрешением, которого я никогда не давала.
Их суровый, грубый Альфа виделся ей самым опасным врагом, но когда капкан захлопнулся, этот жестокий вожак без колебаний надел серебряные цепи, обменяв свою свободу на её жизнь. Умирая в подземелье врага, он приказал стае оставаться в стороне и не рисковать.Но она плевать хотела на его запреты. Во имя любви она берет власть в свои руки и вместе с преданным Бетой стаи нарушает волю вожака, поднимая оборотней на войну.
Я умерла в день своей свадьбы. Шагнула в окно, потому что жених прислал: «Прости. Я не приду».
А потом очнулась.
В чужом теле. В чужом веке. В доме, где свечи гаснут сами.
Теперь я — Эвелина Блэквуд, вдова. Меня обвиняют в убийстве мужа. Восемь дней до суда. Иначе — петля.
А ещё у меня есть «опекун». Лорд Дэриан Блэквуд. Холодный. Надменный. Невозможный. Говорят, он продал душу дьяволу, чтобы спасти род от проклятия.
Он должен был меня ненавидеть. Но когда за мной приходят — встаёт между нами.
И я понимаю: он знает больше, чем говорит. Он знал с самого начала, что я — не она.
В этом доме магия реальна. И она хочет моей крови.
Кто-то в этом доме очень не хочет, чтобы я дожила до суда.
А потом очнулась.
В чужом теле. В чужом веке. В доме, где свечи гаснут сами.
Теперь я — Эвелина Блэквуд, вдова. Меня обвиняют в убийстве мужа. Восемь дней до суда. Иначе — петля.
А ещё у меня есть «опекун». Лорд Дэриан Блэквуд. Холодный. Надменный. Невозможный. Говорят, он продал душу дьяволу, чтобы спасти род от проклятия.
Он должен был меня ненавидеть. Но когда за мной приходят — встаёт между нами.
И я понимаю: он знает больше, чем говорит. Он знал с самого начала, что я — не она.
В этом доме магия реальна. И она хочет моей крови.
Кто-то в этом доме очень не хочет, чтобы я дожила до суда.
Выберите полку для книги