Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-besplatno»
Глава 1. «Лифт, или Как я впервые почувствовала себя живой за десять лет (и чуть не стала героиней с рейтингом 18+ среди жильцов)»
Девчонки, если вы сейчас сидите с чашкой чая, в халате, с ребёнком на коленях и думаете: «Ну вот, опять одна» — прекратите. Потому что я — та, кем вы можете стать. Не мамой. Не женой. А женщиной, которая чуть не занялась сексом в лифте с соседом-турком, которого зовут как персонажа из сериала на ТВ‑3.
Меня зовут Алла. Мне 42. Я мать двоих. Жена одного (но он сейчас в командировке, и, честно, не факт, что вернётся). И, похоже, главная героиня романа, который я не заказывала, но уже читаю с замиранием сердца.
Девчонки, если вы сейчас сидите с чашкой чая, в халате, с ребёнком на коленях и думаете: «Ну вот, опять одна» — прекратите. Потому что я — та, кем вы можете стать. Не мамой. Не женой. А женщиной, которая чуть не занялась сексом в лифте с соседом-турком, которого зовут как персонажа из сериала на ТВ‑3.
Меня зовут Алла. Мне 42. Я мать двоих. Жена одного (но он сейчас в командировке, и, честно, не факт, что вернётся). И, похоже, главная героиня романа, который я не заказывала, но уже читаю с замиранием сердца.
Он остановился. Посмотрел на меня. Дождь шумел вокруг.
— Вера. Можно я провожу вас до дома? До метро ещё далеко, а вы промокнете.
Я кивнула. Мы шли ещё двадцать минут. Он рассказывал про средневековые манускрипты, про то, как в одном монастыре монах переписал весь псалтырь и на последней странице написал: «Слава богу, это наконец закончилось». Я смеялась. Он улыбался. И дождь кончился, а мы всё шли.
У моего подъезда он остановился.
— Вера. Я хотел бы пригласить вас на ужин. Не в столовую. В настоящее место. С вином и свечами. Это слишком самонадеянно?
— Нет, — сказала я. — Это прекрасно.
Он поцеловал мне руку. Губы были тёплыми. Я стояла в подъезде и смотрела, как он уходит, и сердце билось так, как не билось лет десять.
Ужин был в пятницу. Маленький ресторан, свечи, тихая музыка. Он говорил о своей работе, я — о своей. О том, как я люблю Бронте и ненавижу, когда студенты путают «their» и «there». Он смеялся. Я тоже. Вино было тёмным и терпким.
Когда мы вышли на улицу...
— Вера. Можно я провожу вас до дома? До метро ещё далеко, а вы промокнете.
Я кивнула. Мы шли ещё двадцать минут. Он рассказывал про средневековые манускрипты, про то, как в одном монастыре монах переписал весь псалтырь и на последней странице написал: «Слава богу, это наконец закончилось». Я смеялась. Он улыбался. И дождь кончился, а мы всё шли.
У моего подъезда он остановился.
— Вера. Я хотел бы пригласить вас на ужин. Не в столовую. В настоящее место. С вином и свечами. Это слишком самонадеянно?
— Нет, — сказала я. — Это прекрасно.
Он поцеловал мне руку. Губы были тёплыми. Я стояла в подъезде и смотрела, как он уходит, и сердце билось так, как не билось лет десять.
Ужин был в пятницу. Маленький ресторан, свечи, тихая музыка. Он говорил о своей работе, я — о своей. О том, как я люблю Бронте и ненавижу, когда студенты путают «their» и «there». Он смеялся. Я тоже. Вино было тёмным и терпким.
Когда мы вышли на улицу...
Самолёт. Пересадка. Ещё один самолёт. Маленький аэропорт в Бозмене. Аренда — пикап, старый, красный, с царапинами на дверях. Райан вёл. Ксения смотрела в окно.
Монтана была огромной. Небо — не московское, низкое, серое. Здесь небо было высокое, бесконечное, синее до боли в глазах. Холмы. Пространство. Дорога, уходящая в никуда. И ни одного дома на километры.
— Это... — начала Ксения.
— Да, — сказал Райан. — Это оно.
Ранчо появилось из-за холма. Деревянный дом — большой, двухэтажный, с широкой верандой. Забор из жердей. Сараи. Загон. И коровы. Десятки. Сотни. Тёмные, пятнистые, жующие.
— Добро пожаловать домой, — сказал Райан.
Ксения вышла из пикапа. Вдохнула. Воздух был другим. Не городским. Пах сеном, землёй, чем-то сладким и диким. Ветер трепал волосы. Солнце било в глаза.
— Красиво, — сказала она.
— Красиво, — согласился Райан. — Но это работа. Пот и глина. Не картинка.
Он показал дом. Кухня — огромная, с деревянным столом на восемь человек. Гостиная — с камином, с потёртым
Монтана была огромной. Небо — не московское, низкое, серое. Здесь небо было высокое, бесконечное, синее до боли в глазах. Холмы. Пространство. Дорога, уходящая в никуда. И ни одного дома на километры.
— Это... — начала Ксения.
— Да, — сказал Райан. — Это оно.
Ранчо появилось из-за холма. Деревянный дом — большой, двухэтажный, с широкой верандой. Забор из жердей. Сараи. Загон. И коровы. Десятки. Сотни. Тёмные, пятнистые, жующие.
— Добро пожаловать домой, — сказал Райан.
Ксения вышла из пикапа. Вдохнула. Воздух был другим. Не городским. Пах сеном, землёй, чем-то сладким и диким. Ветер трепал волосы. Солнце било в глаза.
— Красиво, — сказала она.
— Красиво, — согласился Райан. — Но это работа. Пот и глина. Не картинка.
Он показал дом. Кухня — огромная, с деревянным столом на восемь человек. Гостиная — с камином, с потёртым
Это роман о том, как мы часто не замечаем счастья, которое уже есть рядом. О том, что любовь не измеряется подвигами и достижениями. И о том, что жизнь нельзя откладывать на потом, потому что иногда его остаётся всего несколько минут.
Выберите полку для книги