Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-polnostyu»
Телефон разрывается оглушительно. «МОЙ МАКС». Сердце падает куда-то в пятки.
— Дина.
Его голос — не голос.
Это сдавленный, холодный поток воздуха.
В нём нет ни капли тепла.
— Макс, дорогой, ты где?
Собственный голос кажется мне фальшивым и писклявым.
Что я несу?! Конечно, это он!
— Задерживаюсь. Не жди. Не начинай. Всё после сама увидишь. Тут такое, Дин.
Он говорит отрывисто, будто рубя слова топором.
— Что случилось? Максим, с тобой всё в порядке?
В голове прокручиваю разные ужасы. ДТП, увольнение, подстава. Макс говорил, что в последнее время возможно всякое.
Тревога сжимает горло, превращая его в узкую щель.
— Сказал же, дела. Потом.
И он бросает трубку. Просто обрывает меня на полуслове.
И, мне кажется, за секунду перед тем, как ему отключится, я отчётливо услышала женский голос.
— Дина.
Его голос — не голос.
Это сдавленный, холодный поток воздуха.
В нём нет ни капли тепла.
— Макс, дорогой, ты где?
Собственный голос кажется мне фальшивым и писклявым.
Что я несу?! Конечно, это он!
— Задерживаюсь. Не жди. Не начинай. Всё после сама увидишь. Тут такое, Дин.
Он говорит отрывисто, будто рубя слова топором.
— Что случилось? Максим, с тобой всё в порядке?
В голове прокручиваю разные ужасы. ДТП, увольнение, подстава. Макс говорил, что в последнее время возможно всякое.
Тревога сжимает горло, превращая его в узкую щель.
— Сказал же, дела. Потом.
И он бросает трубку. Просто обрывает меня на полуслове.
И, мне кажется, за секунду перед тем, как ему отключится, я отчётливо услышала женский голос.
- Саша, не надо! – шепчу возбужденно, когда он прижимает меня к себе. – Нас увидят!
Его губы ласкают мою шею, и я цепляюсь в его широкие плечи непослушными пальцами.
- Перестань! – молю.
- Я, кажется, в тебя влюбился! – говорит, обнимая.
Ему кажется, а я УЖЕ.
... Из-за него меня с позором уволили из училища! Ведь я преподаватель, а он студент, но я думала только о нем...
А после было наше лето, полное нежности и любви…
Но мне нужно было это все прекратить! Между нами, пропасть в семь лет!
Бессонные ночи, непринятие, попытка избежать этих чувств.
Но любовь станет сильнее…
Его губы ласкают мою шею, и я цепляюсь в его широкие плечи непослушными пальцами.
- Перестань! – молю.
- Я, кажется, в тебя влюбился! – говорит, обнимая.
Ему кажется, а я УЖЕ.
... Из-за него меня с позором уволили из училища! Ведь я преподаватель, а он студент, но я думала только о нем...
А после было наше лето, полное нежности и любви…
Но мне нужно было это все прекратить! Между нами, пропасть в семь лет!
Бессонные ночи, непринятие, попытка избежать этих чувств.
Но любовь станет сильнее…
Мария и Влад женаты уже 8 лет. Быт налажен, но в одном вопросе у них нет согласия: дети. Мария отчаянно хочет иметь настоящую семью с мужем, но он снова и снова ей отказывает, в конце концов доведя ее до отчаянного поступка: мести. Однако в последний момент она отказывается от своего намерения и уходит. Но время уже не обернешь вспять: Влад уже получил не только снимки жены в ресторане, но и фото удивительно похожей на нее женщины в постели с другим мужчиной.
Полина и Мирослав с первого взгляда невзлюбили друг друга. Она – за то, что молодой мэр хам и жадина. Он – за то, что молодая фермерша приехала в его город и качает тут свои права. Так бы и ругались, если бы не дети Мирослава и Полины. Пятилетняя девочка объединяется с четырнадцатилетним подростком, и вдвоем они строят заговор, о котором их родители совсем не подозревают.
Напряжение нарастает, он дышит громко,глаза пылают, чувствую как начинают дрожать колени.- Почему они дрожат?-я не боюсь его,но они не слушаются меня. Его дыхание будоражит сознание,похоже я сильно его разозлила своими высказываниями,он наклоняет голову и наши губы почти касаются,дрожь усиливается, сердце начинает стучать, я такого давно не испытывала, но это очень приятное чувство,его дыхание настолько горячее, что обжигает моё лицо.
—Я же сказал, —я тебя отвезу. —Я не просил разрешения, если ты не заметила, —я сказал, что отвезу тебя. —Улавливаешь ход мыслей?— Говорит прямо в мои губы.
Улавливаю, но только другое,запах духов в перемешку с кофе и его дыхание,чувствую какое-то наваждение, хочется коснуться его губ, кажется о них можно обжечься, но даже страх получить ожог не избавляет от желания.
Не дожидаясь ответа, шепчет хриплым голосом:—Тогда веди себя хорошо.
—Я же сказал, —я тебя отвезу. —Я не просил разрешения, если ты не заметила, —я сказал, что отвезу тебя. —Улавливаешь ход мыслей?— Говорит прямо в мои губы.
Улавливаю, но только другое,запах духов в перемешку с кофе и его дыхание,чувствую какое-то наваждение, хочется коснуться его губ, кажется о них можно обжечься, но даже страх получить ожог не избавляет от желания.
Не дожидаясь ответа, шепчет хриплым голосом:—Тогда веди себя хорошо.
– Я сплю с твоим мужем.
Слова подруги разрезают тишину пустого салона парикмахерской словно раскаленный нож масло. Сижу в кресле, голова покрыта фольгой наполовину. Юля стоит позади с кистью в руке, застывшая словно каменное изваяние.
Не понимаю. Слова не складываются в смысл.
– Что? – выдавливаю сквозь онемевшие губы.
– Я сплю с Кириллом, – повторяет тихо, но отчетливо. – Твоим мужем.
Желудок выворачивает наизнанку.
– Я влюбилась, – выдавливает сквозь рыдания. – Я не планировала, клянусь. Просто это случилось. Я люблю его так, как никогда никого не любила.
Послезавтра годовщина. Круглая дата. Десять лет совместного быта, завтраков, ужинов, отпусков, ссор, примирений. Я всего лишь хотела выглядеть особенно хорошо к празднику, но мой мир рухнул.
Слова подруги разрезают тишину пустого салона парикмахерской словно раскаленный нож масло. Сижу в кресле, голова покрыта фольгой наполовину. Юля стоит позади с кистью в руке, застывшая словно каменное изваяние.
Не понимаю. Слова не складываются в смысл.
– Что? – выдавливаю сквозь онемевшие губы.
– Я сплю с Кириллом, – повторяет тихо, но отчетливо. – Твоим мужем.
Желудок выворачивает наизнанку.
– Я влюбилась, – выдавливает сквозь рыдания. – Я не планировала, клянусь. Просто это случилось. Я люблю его так, как никогда никого не любила.
Послезавтра годовщина. Круглая дата. Десять лет совместного быта, завтраков, ужинов, отпусков, ссор, примирений. Я всего лишь хотела выглядеть особенно хорошо к празднику, но мой мир рухнул.
— Пуся, полетим конечно. Что? Нет, она не знает. Ты что!? Нельзя рассказывать! Я тогда денег лишусь.
Голос Максима доносился из кабинета, приглушенный, но от этого не менее слащавый.
— Никто не должен знать, — продолжал Максимка, понижая голос до интимного шепота. — Это наша маленькая тайна… Папаша-босс как раз собирается передать мне бразды правления. Еще чуть-чуть, и я директор... Да, я тоже по тебе соскучился...
Ах вот оно что! Вот где собака зарыта! Не просто «лишусь денег», а лишусь теплого директорского кресла, которое мой отец уже почти подогрел для своего зятюшки.
Голос Максима доносился из кабинета, приглушенный, но от этого не менее слащавый.
— Никто не должен знать, — продолжал Максимка, понижая голос до интимного шепота. — Это наша маленькая тайна… Папаша-босс как раз собирается передать мне бразды правления. Еще чуть-чуть, и я директор... Да, я тоже по тебе соскучился...
Ах вот оно что! Вот где собака зарыта! Не просто «лишусь денег», а лишусь теплого директорского кресла, которое мой отец уже почти подогрел для своего зятюшки.
— Маша, — муж придал низкому тембру жесткости, — давай не будем устраивать сцен. Это не то место и не то время.
— А когда будет время, Марк? Когда ты наконец решишься сказать ей правду? Или ты собирался продолжать эту игру вечно?
Я выгнула спину. Нина эта побледнела. Её объемные ресницы затрепетали.
— Ты… ты женат? — прошептала она, переводя взгляд с Марка на меня. — Это правда?
Марк молчал. Его физиономия стала непроницаемой, но в глазах читалась немыслимая борьба.
— Да, Нина, это правда, — ответила я вместо него. — И я думаю, тебе стоит узнать всё до конца.
— А когда будет время, Марк? Когда ты наконец решишься сказать ей правду? Или ты собирался продолжать эту игру вечно?
Я выгнула спину. Нина эта побледнела. Её объемные ресницы затрепетали.
— Ты… ты женат? — прошептала она, переводя взгляд с Марка на меня. — Это правда?
Марк молчал. Его физиономия стала непроницаемой, но в глазах читалась немыслимая борьба.
— Да, Нина, это правда, — ответила я вместо него. — И я думаю, тебе стоит узнать всё до конца.
Я живу с парнем, который меня не замечает, и от одиночества тайно влюбляюсь в голос соседа за стеной. Знаю, когда он просыпается, как ругается, когда роняет кружку, как смеётся и как говорит со своей женщиной.
Понимаю, что охладела к своему парню, и всё чаще я замечаю странности в его поведении. А однажды – очевидные следы измены. Вместо того чтобы уйти, я решаю проследить за ним. И оказывается, он встречается с женщиной соседа.
А еще: я впервые вижу того, чей голос слышала за стеной. Мы оба обмануты. Оба ранены. И неожиданно оказываемся рядом.
Что будет дальше – не знаю. Но, возможно, у меня наконец появился шанс на что-то настоящее.
– Господи… – шепчу, не осознавая, что вслух.
А когда понимаю, закрываю рот ладонью. Но поздно. Потому что раздаётся ЕГО голос:
– Тяжёлый день?
Кажется, что мир поставлен на паузу и все замерло.
– Соседка? – звучит он.
Понимаю, что охладела к своему парню, и всё чаще я замечаю странности в его поведении. А однажды – очевидные следы измены. Вместо того чтобы уйти, я решаю проследить за ним. И оказывается, он встречается с женщиной соседа.
А еще: я впервые вижу того, чей голос слышала за стеной. Мы оба обмануты. Оба ранены. И неожиданно оказываемся рядом.
Что будет дальше – не знаю. Но, возможно, у меня наконец появился шанс на что-то настоящее.
– Господи… – шепчу, не осознавая, что вслух.
А когда понимаю, закрываю рот ладонью. Но поздно. Потому что раздаётся ЕГО голос:
– Тяжёлый день?
Кажется, что мир поставлен на паузу и все замерло.
– Соседка? – звучит он.
Я влюбилась в своего преподавателя с первого взгляда. Он был строг, неприступен и чертовски красив. Моя любовь была безответной целых полтора года, пока в один прекрасный день я не напилась и не позвонила ему в три часа ночи. Именно с этого звонка всё и началось.
___________________________________________
— Только не удивляйся сильно, хорошо? Я мало кому рассказывал об этом своём увлечении. Это что-то вроде игровой комнаты.
Игровой?
Перед глазами встала та самая сцена из «Пятидесяти оттенков серого». Где красавчик Кристиан Грей показывает тихоне Анастейше свою «игровую».
То есть у Дмитрия Сергеевича тоже есть такая комната? Он увлекается БДСМ?
Не может быть!
По телу прошла волнительная дрожь. Я замерла в предвкушении.
И какого же было моё разочарование, когда я действительно увидела там игры.
— Что это? — не сдержалась я. — А где…
— Что?
— А, нет, ничего, — если он узнает, о чем я думала, точно решит, что я извращенка.
___________________________________________
— Только не удивляйся сильно, хорошо? Я мало кому рассказывал об этом своём увлечении. Это что-то вроде игровой комнаты.
Игровой?
Перед глазами встала та самая сцена из «Пятидесяти оттенков серого». Где красавчик Кристиан Грей показывает тихоне Анастейше свою «игровую».
То есть у Дмитрия Сергеевича тоже есть такая комната? Он увлекается БДСМ?
Не может быть!
По телу прошла волнительная дрожь. Я замерла в предвкушении.
И какого же было моё разочарование, когда я действительно увидела там игры.
— Что это? — не сдержалась я. — А где…
— Что?
— А, нет, ничего, — если он узнает, о чем я думала, точно решит, что я извращенка.
Завершенные книги - читать онлайн
Выберите полку для книги