Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-polnostyu»

После долгих лет лечения я наконец узнаю, что беременна. А в тот же вечер муж сообщает, что уходит к другой. Она тоже ждет от него ребенка.
Я остаюсь одна и решаю больше никогда не зависеть от мужчин. Но в моей жизни появляется Владимир Сончев – властный и успешный мужчина, который почему-то готов заботиться не только обо мне, но и о моем нерожденном ребенке.

Не всё сбывается-о чем мечтается. Эмма, избалованная матерью студентка второго курса, встречает мужчину, в которого влюбляется с первого взгляда. Но из-за одного глупого поступка, она его теряет. Судьба снова сводит с ним спустя три года, и уверенность Эммы в том, что всё отболело и прошло рушиться на глазах. Тем более, что ее Саша теперь с другой.

Ты уже не твоя.

Но ты ещё не своя.

Однажды вечером телефон жены лёг на столе сам. Экраном вверх.

«Я уже дома. Ты мой».

Так начинается настоящая история.

Не про измену. Про то, как женщина, которая девять лет строила свою жизнь кирпичик за кирпичиком, наконец поднимает взгляд и видит: вся её «семья» — это не стены, а трещины.

Сначала она плачет. Потом пишет правила. Потом забирает всё — не потому что мстит, а потому что выбирает себя.
Девять лет. Один телефон. Один дом. Одна женщина.

И когда в конце она ставит кольцо на палец человека, который не купил её, а заплатил за то, чтобы она наконец перестала быть «чужой» — ты понимаешь: вот она, настоящая сила. Не громкая. Не красивая. А тихая, точная и непобедимая.

Если ты когда-нибудь чувствовал, что тебя используют как фон в собственной жизни — эта книга станет твоей первой стеной.

Я кладу помаду на кухонный стол.
— Тимофей, чья это? — спрашиваю я.
Он поднимает глаза. Морщится — так, будто я положила на стол дохлую мышь. Потом его лицо каменеет.
— Что за глупый вопрос? — он откладывает телефон.
— Это не моя, Тима. Вот моя.
Я достаю из кармана свой блеск. Маленький, прозрачный, с едва заметным розовым отливом.
Тимофей смотрит на мою ладонь. Его челюсть напрягается — желваки играют под кожей, выдавая внутреннее напряжение.
— Отстань от меня, — говорит он уже агрессивно. — Откуда я знаю, чья это помада? Может, твоей мамы.
— Моя мама не пользуется такой косметикой, — возражаю я тихо.
— Ну, значит, какая-то твоя подруга забыла!
— Какая подруга? Ты за последний месяц никого из моих подруг не возил, кроме Марины, а она…
Я замолкаю. Потому что только что сказала то, о чём не хотела говорить. Но Тимофей не возит Марину. Никогда. У неё своя машина, и она принципиально не пользуется нашими услугами такси, потому что «муж должен сам возить жену, это интимно».

Кира приходит в музыкальный магазин продать дедовское пианино как лишнюю мебель — а уходит с решением, которое за несколько месяцев изменит её карьеру, её отношение к собственным мечтам и саму её жизнь.

Я нашла в кармане мужа приглашение на его свадьбу с другой женщиной.
Пятнадцать лет брака, дочь, общий дом, привычная жизнь – всё рухнуло в одну секунду. Когда-то я уже простила Дмитрию измену. Поверила, что семья для него важнее случайной связи. Как же я ошибалась. Пока я любила, верила и строила свою сеть клиник, мой муж жил другой жизнью. Тайные встречи. Чужая женщина. Скрытые счета. Ложь, которой оказалось гораздо больше, чем я могла представить.
Я не буду плакать у него на глазах. Не стану спрашивать, чем она лучше. Я просто докопаюсь до правды, но Дмитрий привык побеждать. И когда понимает, что теряет контроль надо мной, бьёт по самому дорогому – моей дочери и моему бизнесу.
Он думает, я сломаюсь. Напрасно потому, что теперь мне нечего ему прощать. Осталось только выяснить, кем на самом деле был мужчина, с которым я прожила пятнадцать лет.

— Вы что, решили перформанс устроить? — рявкнул он, отодвигая меня в сторону.
— Я просто хотела согреться!
— Согреться — это чай. А это, — он кивнул на дымящуюся печь, — поджог!
Он влетел в дом, распахнул заслонку, вытащил дымящиеся дрова на железный лист, чертыхаясь. Через пару минут дым рассеялся.
— Вы, художники, все такие? — спросил он, вытирая руки о штаны. — Сначала подожжёте дом, потом скажете, что это искусство?
— Я не художник, я иллюстратор. Это разные вещи.
— Ну-ну. Иллюстратор поджога.
Он повернулся ко мне. Я стояла посреди кухни, перепачканная сажей, с прилипшими к щеке волосами. Он усмехнулся — не зло, а как-то устало.
— Идите умойтесь. Вы похожи на трубочиста.