Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-skachat»
Я не успела заметить, как его глаза подернулись скукой, когда я рассказывала о тяжелом пациенте. Вот он, сидит за ужином, смотрит в телефон, кивает невпопад.
Я не успела понять, почему он перестал называть меня «Леночка-белочка». «Елена, ты не видела мои ключи?» — холодный, отстраненный голос, режущий слух.
Я не успела спросить, почему он больше не хочет проводить выходные с нами, сбегая то на рыбалку, то на «срочную» работу. Вот он, стоит в дверях, уже одетый, виновато улыбается: «Малыш, прости, аврал».
Я не успела… Я просто, черт возьми, не успела поднять голову от своих бесконечных дежурств, от троек Маши, от выпускных экзаменов Ани, от счетов за дом и понять, что мой мужчина, мой сильный, мой надежный Игорь, задыхается рядом со мной.
А потом…
Вспышка. Последняя. Самая страшная.
Я стою за дверью. В руках — бутылка его любимого кьянти. Я слышу ее смех. А потом его голос. Голос, который когда-то обещал мне вечность. Голос, который выносит мне приговор.
— С Леной все! Я разведус
Я не успела понять, почему он перестал называть меня «Леночка-белочка». «Елена, ты не видела мои ключи?» — холодный, отстраненный голос, режущий слух.
Я не успела спросить, почему он больше не хочет проводить выходные с нами, сбегая то на рыбалку, то на «срочную» работу. Вот он, стоит в дверях, уже одетый, виновато улыбается: «Малыш, прости, аврал».
Я не успела… Я просто, черт возьми, не успела поднять голову от своих бесконечных дежурств, от троек Маши, от выпускных экзаменов Ани, от счетов за дом и понять, что мой мужчина, мой сильный, мой надежный Игорь, задыхается рядом со мной.
А потом…
Вспышка. Последняя. Самая страшная.
Я стою за дверью. В руках — бутылка его любимого кьянти. Я слышу ее смех. А потом его голос. Голос, который когда-то обещал мне вечность. Голос, который выносит мне приговор.
— С Леной все! Я разведус
Не сразу понимаю, что не так, пока боковым зрением не улавливаю две абсолютно голые фигуры в нашей кровати и тут же выпаливаю:
— Илья! Это вот так ты работу два месяца ищешь?!
Парочка на мои слова внимания не обращает. Оба пытаются найти свои вещи, чтобы прикрыться.
Выхожу из спальни, не желая видеть эту мерзость, а муж прыгает за мной в одной штанине.
— Алина, ты ведь сама первая мне изменила! Глеб сказал, видел тебя с боссом. И я видел...
— Ну и что же вы видели? Как я целыми днями боссу отчеты подношу? Или как я его жене дарила книжки о воспитании детей, которые в отличие от нас с тобой у них есть. А тебе, видите ли, рано еще! Теперь я понимаю, почему! Я от тебя только и слышу вот это “Глеб сказал”. Может, он и с его сестрой спать тебе сказал?
Мой муж изменил мне с сестрой друга, а я решила, что начну новую жизнь без него, как бы трудно для меня это ни было. Сегодня моя цель гостиница, а завтра развод!
— Илья! Это вот так ты работу два месяца ищешь?!
Парочка на мои слова внимания не обращает. Оба пытаются найти свои вещи, чтобы прикрыться.
Выхожу из спальни, не желая видеть эту мерзость, а муж прыгает за мной в одной штанине.
— Алина, ты ведь сама первая мне изменила! Глеб сказал, видел тебя с боссом. И я видел...
— Ну и что же вы видели? Как я целыми днями боссу отчеты подношу? Или как я его жене дарила книжки о воспитании детей, которые в отличие от нас с тобой у них есть. А тебе, видите ли, рано еще! Теперь я понимаю, почему! Я от тебя только и слышу вот это “Глеб сказал”. Может, он и с его сестрой спать тебе сказал?
Мой муж изменил мне с сестрой друга, а я решила, что начну новую жизнь без него, как бы трудно для меня это ни было. Сегодня моя цель гостиница, а завтра развод!
— Ты знаешь, что у твоего мужа новая любовница? — спросила у меня подруга за обедом.
Я замерла, рассматривая ее с пораженной улыбкой. Это Инга так шутит?
— Новая? — усмехаюсь я. — А была еще и старая?
— Определение “старая” мне не очень нравится, — цокает Инга, — но сейчас не об этом. Ты думаешь, я шучу?
— Думаю, да. У Игоря нет любовницы. У нас все хорошо. Он вот только вчера мне цветы подарил и подарок. Такой… личный.
— Дай угадаю, чулки и лиловое белье?
— Откуда ты знаешь? — бледнею.
— Потому что я покупала этот подарок. Впрочем, как и все другие, которые дарил тебе муж.
— Зачем…
— Ну как же, — смеется, — я ж тебя люблю от всей души, подружка. И я была очень заинтересована, чтобы ты жила в счастливом неведении и не нарушала нашу общую идиллию. Твою, мою и Игоря.
Не могу вздохнуть от боли, а Инга добивает:
— Да, Аня. Мы с Игорем любовники. Уже много лет. Были. Пока он не променял нас с тобой на молоденькую фифу. И теперь я предлагаю ему за это отомстить!
Я замерла, рассматривая ее с пораженной улыбкой. Это Инга так шутит?
— Новая? — усмехаюсь я. — А была еще и старая?
— Определение “старая” мне не очень нравится, — цокает Инга, — но сейчас не об этом. Ты думаешь, я шучу?
— Думаю, да. У Игоря нет любовницы. У нас все хорошо. Он вот только вчера мне цветы подарил и подарок. Такой… личный.
— Дай угадаю, чулки и лиловое белье?
— Откуда ты знаешь? — бледнею.
— Потому что я покупала этот подарок. Впрочем, как и все другие, которые дарил тебе муж.
— Зачем…
— Ну как же, — смеется, — я ж тебя люблю от всей души, подружка. И я была очень заинтересована, чтобы ты жила в счастливом неведении и не нарушала нашу общую идиллию. Твою, мою и Игоря.
Не могу вздохнуть от боли, а Инга добивает:
— Да, Аня. Мы с Игорем любовники. Уже много лет. Были. Пока он не променял нас с тобой на молоденькую фифу. И теперь я предлагаю ему за это отомстить!
— Ты сейчас не в состоянии думать здраво. Это не то, что ты думаешь.
Не то, что я думаю? В груди поднимается волна бешенства, такая сильная, что я едва могу дышать. Истерический смех вырывается из моего горла. — Что же это было, Алекс? Деловые переговоры с немецкими партнерами?
— Между нами ничего не изменилось. Ты моя жена, и я люблю тебя. — Цинично произносит супруг.
— Ты считаешь меня дурой? — Гнев вскипает во мне. Сердце колотится так сильно, что кажется, вот-вот разорвется. — Думаешь, я поверю твоим объяснениям? Сколько их было до этой?
— Если ты сейчас уедешь, — говорит он медленно, отпуская дверцу, — мы можем больше не встретиться. — На это я и рассчитываю.
***
Я бежала от мужа, защищая ребенка, и думала, что больше его не увижу. Как же сильно я ошибалась, когда судьба свела меня с ним снова спустя семь лет…
Не то, что я думаю? В груди поднимается волна бешенства, такая сильная, что я едва могу дышать. Истерический смех вырывается из моего горла. — Что же это было, Алекс? Деловые переговоры с немецкими партнерами?
— Между нами ничего не изменилось. Ты моя жена, и я люблю тебя. — Цинично произносит супруг.
— Ты считаешь меня дурой? — Гнев вскипает во мне. Сердце колотится так сильно, что кажется, вот-вот разорвется. — Думаешь, я поверю твоим объяснениям? Сколько их было до этой?
— Если ты сейчас уедешь, — говорит он медленно, отпуская дверцу, — мы можем больше не встретиться. — На это я и рассчитываю.
***
Я бежала от мужа, защищая ребенка, и думала, что больше его не увижу. Как же сильно я ошибалась, когда судьба свела меня с ним снова спустя семь лет…
Переступаю порог своего кабинета и, обалдев, застываю на месте.
— Ула! Папочка! - бросаются ко мне две девочки с разноцветными бантикам.
— Эй, малявки, вы что-то путаете! Я не ваш папа! - стараюсь отцепить детей, но хватка у них, как у бульдогов.
— Наш, наш, сейчас я тебе покажу документ, - заявляет Розовый бантик и выуживает из рюкзачка конверт.
— Это из лаболатолии, - поясняет Фиолетовый бантик. - Чтоб ты не сомневался, что мы - твои.
Мысли в голове еще не успевают сложиться в логическую цепочку, а глаза уже бегут по строчкам : “ Вероятность отцовства - 99,89%”.
Что?! Какое нахрен отцовство?!!!
***
В жизни успешного мужчины в самом расцвете сил все прекрасно: деньги, тачки, красивые женщины и ноль обязательств.
Но все меняется в одно непрекрасное утро, когда две пятилетние двойняшки утверждают, что он - их папа!
— Ула! Папочка! - бросаются ко мне две девочки с разноцветными бантикам.
— Эй, малявки, вы что-то путаете! Я не ваш папа! - стараюсь отцепить детей, но хватка у них, как у бульдогов.
— Наш, наш, сейчас я тебе покажу документ, - заявляет Розовый бантик и выуживает из рюкзачка конверт.
— Это из лаболатолии, - поясняет Фиолетовый бантик. - Чтоб ты не сомневался, что мы - твои.
Мысли в голове еще не успевают сложиться в логическую цепочку, а глаза уже бегут по строчкам : “ Вероятность отцовства - 99,89%”.
Что?! Какое нахрен отцовство?!!!
***
В жизни успешного мужчины в самом расцвете сил все прекрасно: деньги, тачки, красивые женщины и ноль обязательств.
Но все меняется в одно непрекрасное утро, когда две пятилетние двойняшки утверждают, что он - их папа!
– Да, папуль, она у тебя красотка, вы очень хорошо смотритесь друг с другом. Где я вас видела? Позавчера. Вы выходили из ресторана. Ты, как самый настоящий джентльмен, вёл её за ручку до машины.
Губы дрожат, дыхание перехватывает.
Дочь видела, что отец изменяет, разрушая нашу семью, и ничего мне не сказала?!
– Я маме ничего не говорила, но это пока что, – тем временем продолжает дочь, не замечая моего присутствия за дверью. – Я буду молчать об этом, если ты поможешь мне. Купи мне квартиру, пап, и мама ничего не узнает. Это достойная цена, чтобы сохранить ваш брак, не так ли?
Двое детей, большой дом и двадцать лет, как я думала, крепкого брака…
Сегодня я случайно услышала разговор дочери, в котором она пообещала поддержать отца и скрыть от меня его походы к другой женщине…
– Так и быть, сегодня тоже тебя прикрою, пап. Спокойно отдыхай со своей длинноногой моделью. Напиши маме, что у тебя внеочередное собрание директоров, я поддержу эту ложь.
Губы дрожат, дыхание перехватывает.
Дочь видела, что отец изменяет, разрушая нашу семью, и ничего мне не сказала?!
– Я маме ничего не говорила, но это пока что, – тем временем продолжает дочь, не замечая моего присутствия за дверью. – Я буду молчать об этом, если ты поможешь мне. Купи мне квартиру, пап, и мама ничего не узнает. Это достойная цена, чтобы сохранить ваш брак, не так ли?
Двое детей, большой дом и двадцать лет, как я думала, крепкого брака…
Сегодня я случайно услышала разговор дочери, в котором она пообещала поддержать отца и скрыть от меня его походы к другой женщине…
– Так и быть, сегодня тоже тебя прикрою, пап. Спокойно отдыхай со своей длинноногой моделью. Напиши маме, что у тебя внеочередное собрание директоров, я поддержу эту ложь.
— Ты чудовище, — прошептала я, чувствуя, как дрожат губы от унижения.
— Возможно, — цинично усмехнулся Рустам, медленно приближаясь. — Но именно это чудовище теперь владеет тобой полностью. И если хочешь спасти своего брата, забудь о гордости и будь послушной девочкой.
Я ненавидела его всем сердцем, но выбора не было. Ради брата я готова была заплатить любую цену, даже если этой ценой окажусь я сама. Только вот почему от его прикосновений внутри всё горит, а дыхание сбивается? И как выжить, если единственный, кто может тебя спасти, — тот, кто хочет уничтожить?
История запретной страсти, отчаянной борьбы и любви, от которой невозможно сбежать.
— Возможно, — цинично усмехнулся Рустам, медленно приближаясь. — Но именно это чудовище теперь владеет тобой полностью. И если хочешь спасти своего брата, забудь о гордости и будь послушной девочкой.
Я ненавидела его всем сердцем, но выбора не было. Ради брата я готова была заплатить любую цену, даже если этой ценой окажусь я сама. Только вот почему от его прикосновений внутри всё горит, а дыхание сбивается? И как выжить, если единственный, кто может тебя спасти, — тот, кто хочет уничтожить?
История запретной страсти, отчаянной борьбы и любви, от которой невозможно сбежать.
– Столько корзин с цветами. Ты ждал меня, любимый? - хочу его обнять, но он отстраняется.
– Дом украшают к моей свадьбе, - он говорит, а у меня мир переворачивается.
– Какая ещё свадьба?
– Беру вторую жену. Торжество завтра. Приведи себя в порядок. Будь примером.
Пока я была в больнице, муж готовился к свадьбе. Он берет вторую жену. Ставит перед фактом. А я…
А я расправлю крылья и буду танцевать на его свадьбе как в последний раз.
– Дом украшают к моей свадьбе, - он говорит, а у меня мир переворачивается.
– Какая ещё свадьба?
– Беру вторую жену. Торжество завтра. Приведи себя в порядок. Будь примером.
Пока я была в больнице, муж готовился к свадьбе. Он берет вторую жену. Ставит перед фактом. А я…
А я расправлю крылья и буду танцевать на его свадьбе как в последний раз.
- Я могу разрушить твою карьеру и всю твою жизнь одним звонком, - угрожает бывший, - ты скрыла от меня правду, Настя, и за это я тебя накажу.
- Нет, Денис, - едва не кричу в ужасе, - между нами давно всё кончено! Ты не имеешь права вмешиваться в мою работу и в мою жизнь...
- Имею, - отрезает муж, - и вмешаюсь так, что ты лишишься всего, дорогая.
Он говорит, что я была плохой женой, а теперь никудышная мать, потому что мой сын не купается в роскоши. А ещё бывший муж заявил, что отнимет у меня малыша и будет воспитывать его вместе с любовницей...
- Нет, Денис, - едва не кричу в ужасе, - между нами давно всё кончено! Ты не имеешь права вмешиваться в мою работу и в мою жизнь...
- Имею, - отрезает муж, - и вмешаюсь так, что ты лишишься всего, дорогая.
Он говорит, что я была плохой женой, а теперь никудышная мать, потому что мой сын не купается в роскоши. А ещё бывший муж заявил, что отнимет у меня малыша и будет воспитывать его вместе с любовницей...
Я увидела его своими глазами.
Обхватив огромный живот обеими руками, я смотрела, как мой муж целует другую женщину на столе своего кабинета. Как она пачкает помадой его щёки. Они полуразделые... Они уже "после"...
А я стою, роняя термос из рук, и по щекам катятся слёзы.
Восемь месяцев беременности. Двенадцать лет брака. Двое детей дома. И вся моя жизнь, разлетающаяся на осколки за одну секунду.
А потом моё тело пронизывает адская, дикая боль. Схватки. Преждевременные роды. Но я бегу прочь, не обращая внимания на крики предателя позади.
И понимаю: ничего уже не вернуть.
Обхватив огромный живот обеими руками, я смотрела, как мой муж целует другую женщину на столе своего кабинета. Как она пачкает помадой его щёки. Они полуразделые... Они уже "после"...
А я стою, роняя термос из рук, и по щекам катятся слёзы.
Восемь месяцев беременности. Двенадцать лет брака. Двое детей дома. И вся моя жизнь, разлетающаяся на осколки за одну секунду.
А потом моё тело пронизывает адская, дикая боль. Схватки. Преждевременные роды. Но я бегу прочь, не обращая внимания на крики предателя позади.
И понимаю: ничего уже не вернуть.
Выберите полку для книги