Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «russkie-lyubovnye-romany»
— Мам, а папа тебя не любит? — вопрос шестилетней дочери поставил в тупик.
Укладываю Сонечку спать. Приглаживаю ее каштановые волосы.
Рука замирает.
— Любит... — протянула озадаченно. — Конечно, любит.
— Честно-честно? — продолжила невинно Соня и откинула одеялко.
— Конечно, честно, милая, — я тепло улыбнулась дочери. — А почему ты спрашиваешь?
Соня резко села в кровати. Посмотрела своими ясными голубыми глазами на меня. Хлоп, хлоп.
— Я видела, как папа целовал тетю Лизу, — быстро зашептала дочка.
Муж клялся здоровьем дочери, что не изменяет. Но он предал с молодой соседкой. Мы развелись. А через год он снова появился в моей жизни.
Укладываю Сонечку спать. Приглаживаю ее каштановые волосы.
Рука замирает.
— Любит... — протянула озадаченно. — Конечно, любит.
— Честно-честно? — продолжила невинно Соня и откинула одеялко.
— Конечно, честно, милая, — я тепло улыбнулась дочери. — А почему ты спрашиваешь?
Соня резко села в кровати. Посмотрела своими ясными голубыми глазами на меня. Хлоп, хлоп.
— Я видела, как папа целовал тетю Лизу, — быстро зашептала дочка.
Муж клялся здоровьем дочери, что не изменяет. Но он предал с молодой соседкой. Мы развелись. А через год он снова появился в моей жизни.
Я отошла на пару шагов назад, и случайно обернулась.
И замерла.
В дальнем углу зала, у стойки с мужскими пиджаками, стояли двое. Мужчина в темном пальто. Женщина в светлом тренче. Они стояли очень близко. Мужчина обнимал женщину за талию. Они целовались — долгий, нежный поцелуй губы к губам.
Я уставилась на них, сердце бешено колотилось.
Мужчина повернул голову — профиль стал виден четче.
Темно-русые волосы. Знакомая стрижка. Пальто, которое я сама купила ему на прошлый Новый год — темно-синее, кашемировое.
Игорь.
Мой муж.
Женщина рядом была молодой — лет двадцать пять, темные длинные волосы, изящная фигура. Она смеялась, глядя на Игоря. Он улыбался ей, прижимал к себе.
И замерла.
В дальнем углу зала, у стойки с мужскими пиджаками, стояли двое. Мужчина в темном пальто. Женщина в светлом тренче. Они стояли очень близко. Мужчина обнимал женщину за талию. Они целовались — долгий, нежный поцелуй губы к губам.
Я уставилась на них, сердце бешено колотилось.
Мужчина повернул голову — профиль стал виден четче.
Темно-русые волосы. Знакомая стрижка. Пальто, которое я сама купила ему на прошлый Новый год — темно-синее, кашемировое.
Игорь.
Мой муж.
Женщина рядом была молодой — лет двадцать пять, темные длинные волосы, изящная фигура. Она смеялась, глядя на Игоря. Он улыбался ей, прижимал к себе.
Стою в темном коридоре его офиса и не могу пошевелиться. Сердце стучит так громко, что, кажется, они услышат.
– Здесь неудобно, – раздаётся голос мужа. – В следующий раз надо будет снять номер в отеле.
– Зато очень романтично, – молодой женский голос, такой лёгкий, беззаботный. – А давай лучше в следующий раз в аудитории нашего университета? Строгий преподаватель и студентка-двоечница! Самое то.
Она хихикает.
Руки трясутся.
Я делаю шаг к двери. Еще один. Поворачиваю ручку, вхожу, щёлкаю выключателем.
Яркий свет заливает кабинет.
На кожаном диване сидит Влад. У него на коленях – девчонка, лет двадцати с чем-то. Они щурятся, торопливо хватают вещи, прикрываются ими.
– Анна, как...? – он замирает на полуслове.
Я смотрю ему в глаза. В моём взгляде боль и презрение.
Просто смотрю.
Пять секунд. Десять.
Потом разворачиваюсь и ухожу.
Все эти годы врачей. Анализов. Надежды, которая умирала каждый месяц. Таблеток. Слёз.
А он тратил себя на неё.
– Здесь неудобно, – раздаётся голос мужа. – В следующий раз надо будет снять номер в отеле.
– Зато очень романтично, – молодой женский голос, такой лёгкий, беззаботный. – А давай лучше в следующий раз в аудитории нашего университета? Строгий преподаватель и студентка-двоечница! Самое то.
Она хихикает.
Руки трясутся.
Я делаю шаг к двери. Еще один. Поворачиваю ручку, вхожу, щёлкаю выключателем.
Яркий свет заливает кабинет.
На кожаном диване сидит Влад. У него на коленях – девчонка, лет двадцати с чем-то. Они щурятся, торопливо хватают вещи, прикрываются ими.
– Анна, как...? – он замирает на полуслове.
Я смотрю ему в глаза. В моём взгляде боль и презрение.
Просто смотрю.
Пять секунд. Десять.
Потом разворачиваюсь и ухожу.
Все эти годы врачей. Анализов. Надежды, которая умирала каждый месяц. Таблеток. Слёз.
А он тратил себя на неё.
Тук‒тук. Я занят! Хм?! Стоять детка!
Так закончилась моя относительно спокойная жизнь, в которой было место лишь учебе, работе, моей большой семье. С этого самого «Хм?! Стоять детка!» началась история «Я, Босс и яйца… Пасхальные яйца!».
Собственно началось всё с нелепой случайности и маленькой лжи.
А закончилось…
Так закончилась моя относительно спокойная жизнь, в которой было место лишь учебе, работе, моей большой семье. С этого самого «Хм?! Стоять детка!» началась история «Я, Босс и яйца… Пасхальные яйца!».
Собственно началось всё с нелепой случайности и маленькой лжи.
А закончилось…
- Что, уже командуешь? - зло смеется бывший муж. - Секретарша генерального директора! Да ты писать без ошибок не умеешь, какая тебе должность?
____
Да, я засиделась дома, и муж перестал меня замечать, а я, пока наш сын в деревне с бабушкой, решила найти себе работу. И нашла. В компании, где работает мой бывший муж и его любовница.
А какой у меня новый начальник! Прям мурашки от него…
____
Да, я засиделась дома, и муж перестал меня замечать, а я, пока наш сын в деревне с бабушкой, решила найти себе работу. И нашла. В компании, где работает мой бывший муж и его любовница.
А какой у меня новый начальник! Прям мурашки от него…
Девушка ускорила шаг. Ветер, которого не было минуту назад, зашелестел сухими листьями, и этот звук напоминал шёпот — будто кто‑то переговаривался за спиной, стараясь не выдать себя. Зоя обернулась — позади лишь пустота и тьма, но ощущение, что за ней следят, стало почти осязаемым. Дыхание сбилось. Она хотела закричать, но голос застрял в горле. Впереди маячил выход из парка — полоска света от уличного фонаря, спасительный островок цивилизации. Зоя рванулась к нему, чувствуя, как липкий страх сковывает мышцы. И в этот момент за спиной раздался тихий, хриплый смех — не человеческий, а будто искажённый, вывернутый наизнанку. Он прозвучал совсем близко, прямо над ухом. Девушка обернулась. За её спиной был мужчина — высокий, мощный, с широкими плечами. В темноте она не видела его лица, только хищный блеск в глазах.
Я уехала в деревню, чтобы хотя бы месяц не видеть своих боссов — двух братьев, рядом с которыми забываю обо всех правилах. Мой план на отпуск был прост: деревня, тишина и ни одного сообщения с работы.
Но вслед за мной в Сосновку приехали они — Максим и Гриша Дементьевы. Два брата. Два моих босса. Два мужчины, о которых я слишком часто думаю по ночам…
В городе между нами были должности и закрытые двери кабинетов. Здесь остались только жаркое лето, гроза, вишнёвый сад и желания, которые больше невозможно скрывать.
Теперь Максим смотрит на меня так, будто больше не считает простой подчинённой. Гриша открыто флиртует и обещает, что это лето я никогда не забуду. А я всё хуже понимаю, почему должна выбирать только одного…
Мы договорились, что это всего лишь отпуск. Но у этого лета оказались другие планы.
Но вслед за мной в Сосновку приехали они — Максим и Гриша Дементьевы. Два брата. Два моих босса. Два мужчины, о которых я слишком часто думаю по ночам…
В городе между нами были должности и закрытые двери кабинетов. Здесь остались только жаркое лето, гроза, вишнёвый сад и желания, которые больше невозможно скрывать.
Теперь Максим смотрит на меня так, будто больше не считает простой подчинённой. Гриша открыто флиртует и обещает, что это лето я никогда не забуду. А я всё хуже понимаю, почему должна выбирать только одного…
Мы договорились, что это всего лишь отпуск. Но у этого лета оказались другие планы.
- Денис, больше не говори, что ты спал со Снежей, шутка была так себе, - морщусь от его слов.
- А тут и не должно быть смешно. Она мне не дочь, посторонний человек. Красивая умная девочка, и, знаешь, кажется, я хочу развестись, сменив тебя на нее.
***
Вот так, в три секунды, горячо любимый супруг разбил мое сердце, признавшись в том, чего я так боялась и где-то внутри себя со страхом ждала. Дочь заняла мое место.
- А тут и не должно быть смешно. Она мне не дочь, посторонний человек. Красивая умная девочка, и, знаешь, кажется, я хочу развестись, сменив тебя на нее.
***
Вот так, в три секунды, горячо любимый супруг разбил мое сердце, признавшись в том, чего я так боялась и где-то внутри себя со страхом ждала. Дочь заняла мое место.
- Лилия Валерьевна, не стоит так переживать, в жизни все случается, - произносит врач, пока я молча глотаю слезы.
- Я всегда была ему верна, как же это могло произойти? – снова и снова смотрю на диагноз, и не верю своим глазам.
- Извините, но ошибка исключена. Мы трижды перепроверили результат, как вы и просили. Теперь необходимо лечиться, венерическое заболевание нельзя запускать, - поправляя очки на носу, продолжает Елена Степановна.
Для нее ситуация обыденная, а у меня в этот миг – рушится мир.
Семь лет в браке, и вот, получила – подарок от мужа…
- Я всегда была ему верна, как же это могло произойти? – снова и снова смотрю на диагноз, и не верю своим глазам.
- Извините, но ошибка исключена. Мы трижды перепроверили результат, как вы и просили. Теперь необходимо лечиться, венерическое заболевание нельзя запускать, - поправляя очки на носу, продолжает Елена Степановна.
Для нее ситуация обыденная, а у меня в этот миг – рушится мир.
Семь лет в браке, и вот, получила – подарок от мужа…
Муж мне изменил, и я сбежала из дома, снеся дверь внедорожнику, преградившему мне путь у наших ворот. Тогда я была не в состоянии придать этому значение. Как выяснилось, зря…
#Осторожно, очень жарко!
#Осторожно, очень жарко!
Русская фантастика онлайн
Выберите полку для книги