Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «slozhnye-otnosheniya»
— Между нами всё кончено.
Шесть лет назад он ушёл, не оглянувшись, а я осталась одна — с разбитым сердцем и тайной, о которой он так и не узнал.
Теперь мой бывший вернулся и требует, чтобы мы работали вместе. Только он ещё не знает, что в этом городе растут две маленькие девочки с его глазами…
Шесть лет назад он ушёл, не оглянувшись, а я осталась одна — с разбитым сердцем и тайной, о которой он так и не узнал.
Теперь мой бывший вернулся и требует, чтобы мы работали вместе. Только он ещё не знает, что в этом городе растут две маленькие девочки с его глазами…
Дальше был мост. Я держалась через две машины и ехала за собственным мужем через Волгу, и руки у меня были спокойные, а вот внутри всё выло на одной длинной ноте, как ветер в щели.
Машина Гордея встала у ворот. Он вышел с тортом, с цветами, с розовой коробкой, и не успел дойти до калитки, как калитка распахнулась сама.
— ПАПА ПРИЕХАЛ!
Это было слышно даже мне, через сто метров в закрытое окно. Девочка в жёлтой панамке вылетела на улицу и повисла на нём. Он присел, бросив пакеты на траву, поймал её, поднял над головой и закружил.
Кружил и кружил. И она визжала от счастья, и панамка слетела, и он поймал панамку на лету, не выпуская дочь, ловко, отработанно, тысячным повторением.
Яна он не кружил никогда. Говорил: не приучай к рукам, вырастет несамостоятельный.
Машина Гордея встала у ворот. Он вышел с тортом, с цветами, с розовой коробкой, и не успел дойти до калитки, как калитка распахнулась сама.
— ПАПА ПРИЕХАЛ!
Это было слышно даже мне, через сто метров в закрытое окно. Девочка в жёлтой панамке вылетела на улицу и повисла на нём. Он присел, бросив пакеты на траву, поймал её, поднял над головой и закружил.
Кружил и кружил. И она визжала от счастья, и панамка слетела, и он поймал панамку на лету, не выпуская дочь, ловко, отработанно, тысячным повторением.
Яна он не кружил никогда. Говорил: не приучай к рукам, вырастет несамостоятельный.
Кузины Сания Шараф аль-Дин и Кэтрин Фернандес отправляются в морское путешествие на круизном лайнере и каждой из них отведена своя роль: Кэтрин — отдыхать и наслаждаться прекрасной погодой, а Сании необходимо выведать как можно больше информации о семье конкурентов.
Вот только Кэт встречает на борту капитана, который является для нее загадкой. Она уверена, что этот мужчина не так прост, как кажется всем пассажирам. К тому же она с ним немного знакома и должна вернуть ему долг. Но отдавать долги в виде поцелуя совсем не входит в планы Кэтрин.
Дамиан Веласко — статный капитан, его жизнь — это служба морю, он привык сталкиваться с волнами и штормами. Но своенравная Кэт появляется в его жизни словно тайфун и постоянно попадает в передряги. Долг отдавать не желает, к тому же, нарушает все его планы, а вместе с ним душевный покой.
Никто из них не знает, что этот круиз принесет перемены и круто развернет маршрут их лайнера под названием "жизнь" в сторону великого чувства любви.
Вот только Кэт встречает на борту капитана, который является для нее загадкой. Она уверена, что этот мужчина не так прост, как кажется всем пассажирам. К тому же она с ним немного знакома и должна вернуть ему долг. Но отдавать долги в виде поцелуя совсем не входит в планы Кэтрин.
Дамиан Веласко — статный капитан, его жизнь — это служба морю, он привык сталкиваться с волнами и штормами. Но своенравная Кэт появляется в его жизни словно тайфун и постоянно попадает в передряги. Долг отдавать не желает, к тому же, нарушает все его планы, а вместе с ним душевный покой.
Никто из них не знает, что этот круиз принесет перемены и круто развернет маршрут их лайнера под названием "жизнь" в сторону великого чувства любви.
— Тебе нечем расплатиться? Не смеши меня, Ариночка. Ты уже носишь моего ребёнка.
— Я не знаю вас, слышите?
— Даже твоя пятилетняя дочь способна нас различить. А ты — нет? Или скажешь, было темно?
— Вам наплевать, что вы оскорбляете память своего брата?
Одного его шага хватает, чтобы уничтожить два моих.
— Мой брат был сволочью и мерзавцем. Но напоследок он распорядился тобой правильно. Отдал мне.
— Я не знаю вас, слышите?
— Даже твоя пятилетняя дочь способна нас различить. А ты — нет? Или скажешь, было темно?
— Вам наплевать, что вы оскорбляете память своего брата?
Одного его шага хватает, чтобы уничтожить два моих.
— Мой брат был сволочью и мерзавцем. Но напоследок он распорядился тобой правильно. Отдал мне.
— Вик, ты только не вой, — муж натягивает на могучий торс футболку. — С ней у меня ничего серьёзного. Не переживай, мужика не потеряешь.
— Ты… — запинаюсь. — Предлагаешь смириться с тем, что другую завёл?
Кольцов хмурится.
— Слушай, мне же нужно как-то снимать с себя весь это напряг. Я, Вик, не железный.
— А я не тряпка, чтобы ноги об меня вот так вытирать!
Девица в постели хмыкает и закатывает глаза.
— Никто и не говорит, что ты тряпка, — рычит супруг. — Но мозги-то ты можешь включить? Мужику необходимо как-то свои потребности закрывать. А они у меня, мягко скажем, твои возможности пере…
— Замолчи! — я хлестнула его по щеке.
Олег перехватил моё запястье и дёрнул меня на себя так, что я рухнула на него, всхлипывая и часто дыша.
— Виктория, угомонись, — приказал холодно. — Не зли меня. Иначе подумаю, что ты меня больше не любишь.
— Ты… — запинаюсь. — Предлагаешь смириться с тем, что другую завёл?
Кольцов хмурится.
— Слушай, мне же нужно как-то снимать с себя весь это напряг. Я, Вик, не железный.
— А я не тряпка, чтобы ноги об меня вот так вытирать!
Девица в постели хмыкает и закатывает глаза.
— Никто и не говорит, что ты тряпка, — рычит супруг. — Но мозги-то ты можешь включить? Мужику необходимо как-то свои потребности закрывать. А они у меня, мягко скажем, твои возможности пере…
— Замолчи! — я хлестнула его по щеке.
Олег перехватил моё запястье и дёрнул меня на себя так, что я рухнула на него, всхлипывая и часто дыша.
— Виктория, угомонись, — приказал холодно. — Не зли меня. Иначе подумаю, что ты меня больше не любишь.
— Ты всё время торчишь в своей больнице. Чего ты ожидала?
Именно это сказал муж, когда я застала его с любовницей.
Шесть лет брака перечеркнулись за несколько минут. А белая коробочка, которую я весь день прятала в рабочем шкафчике и собиралась вручить ему вечером, так и осталась неоткрытой.
Антон ещё не знает, что было внутри. И после того, что я услышала, я совсем не уверена, что когда-нибудь ему расскажу.
Но одной измены мужу оказалось мало. Его новая женщина решила оставить меня без работы, а сам Антон с удовольствием ей помогает. Он уверен: когда у меня не останется ничего, я приползу обратно.
Есть только одна проблема. Я впервые за шесть лет перестала делать то, чего от меня ждут.
А ещё рядом совершенно некстати оказался мужчина в инвалидной коляске, которому достаточно нескольких спокойных слов, чтобы мой муж перестал чувствовать себя хозяином положения.
Антон думает, что разрушает мою жизнь. Он пока не понял, что освобождает меня от неё.
Именно это сказал муж, когда я застала его с любовницей.
Шесть лет брака перечеркнулись за несколько минут. А белая коробочка, которую я весь день прятала в рабочем шкафчике и собиралась вручить ему вечером, так и осталась неоткрытой.
Антон ещё не знает, что было внутри. И после того, что я услышала, я совсем не уверена, что когда-нибудь ему расскажу.
Но одной измены мужу оказалось мало. Его новая женщина решила оставить меня без работы, а сам Антон с удовольствием ей помогает. Он уверен: когда у меня не останется ничего, я приползу обратно.
Есть только одна проблема. Я впервые за шесть лет перестала делать то, чего от меня ждут.
А ещё рядом совершенно некстати оказался мужчина в инвалидной коляске, которому достаточно нескольких спокойных слов, чтобы мой муж перестал чувствовать себя хозяином положения.
Антон думает, что разрушает мою жизнь. Он пока не понял, что освобождает меня от неё.
– Ты сама ушла! Я предупреждал, что на этот раз назад дороги не будет! – рычит муж, даже не выглядя виноватым.
– По-твоему, это нормально – приводить в нашу постель какую-то шлюху и делать вид, что виновата я?!
– Это кто здесь шлюха?! – визжит голая дрянь, укутавшаяся в мое любимое покрывало. – Я его законная жена! – заставляет она меня заледенеть от ужаса своими словами.
– Же… Жена? – выдыхаю, не в силах поверить в услышанное.
Кто же тогда я?
– Мы поженились. Пусть и не с таким размахом, как вы в свое время, но всё законно. Показать свидетельство?
Мой муж женился во второй раз. Я даже представить не могла, что любимый сможет предать меня подобным образом. Ведь он всегда был особенным, не похожим на других мужей! Но, как оказалось, мужская натура полна подлости и обмана…
– По-твоему, это нормально – приводить в нашу постель какую-то шлюху и делать вид, что виновата я?!
– Это кто здесь шлюха?! – визжит голая дрянь, укутавшаяся в мое любимое покрывало. – Я его законная жена! – заставляет она меня заледенеть от ужаса своими словами.
– Же… Жена? – выдыхаю, не в силах поверить в услышанное.
Кто же тогда я?
– Мы поженились. Пусть и не с таким размахом, как вы в свое время, но всё законно. Показать свидетельство?
Мой муж женился во второй раз. Я даже представить не могла, что любимый сможет предать меня подобным образом. Ведь он всегда был особенным, не похожим на других мужей! Но, как оказалось, мужская натура полна подлости и обмана…
— Миша, нельзя, слышишь? Тебе нельзя подходить ко мне. Я теперь замужем, — шепчу и жмурюсь от страха. — Не надо, пожалуйста. Будут проблемы, — вжимаюсь в стену. Отступать больше некуда. Он загнал меня в ловушку.
— Меня задолбало твоё «нельзя»! — рявкает он мне в лицо. — Ты моя, Аиша. Моя, ясно тебе?!
— Но… — кусаю губы, чтобы не плакать.
— Никаких больше «но», «нет» и «нельзя». Я так решил.
***
Он не знает слова «нет». Больше его не слышит. Мое вынужденное замужество сорвало все тумблеры в его голове, сожгло тормоза. Мы из разного мира. Мне даже смотреть нельзя в его сторону, а он желает сделать меня своей и кажется, теперь ни перед чем не остановится.
— Меня задолбало твоё «нельзя»! — рявкает он мне в лицо. — Ты моя, Аиша. Моя, ясно тебе?!
— Но… — кусаю губы, чтобы не плакать.
— Никаких больше «но», «нет» и «нельзя». Я так решил.
***
Он не знает слова «нет». Больше его не слышит. Мое вынужденное замужество сорвало все тумблеры в его голове, сожгло тормоза. Мы из разного мира. Мне даже смотреть нельзя в его сторону, а он желает сделать меня своей и кажется, теперь ни перед чем не остановится.
– Это не мой ребёнок! И ты правда думала, что я об этом не узнаю? – Никита угрожающе шагнул ко мне, с такой силой сжав кулаки, что я увидела, как на его руках вздулись вены, и быстро сделала несколько шагов назад, впервые испытав настолько сильный страх перед мужем.
– Этого не может быть. Никита, я клянусь, я тебе не изменяла. – Всё, что я могла, так это с мольбой смотреть на мужа, от паники даже не зная, как себя защитить и оправдать. Я всегда была верна только ему одному, и то, что он сейчас мне говорит, болью режет по сердцу.
– Никогда не изменяла? – со злой усмешкой переспросил муж, после чего кинул мне в лицо какие-то бумаги. – Я сделал тест днк и результаты такие, что эта соплячка сто процентов не от меня! Что ты на это скажешь? Дрянь! Думаешь, что можешь так легко наставить мне рога, а я как баран буду мириться с изменой и растить чужого ребёнка? Нет, моя милая, так не пойдёт, тебе придётся за это ответить.
– Этого не может быть. Никита, я клянусь, я тебе не изменяла. – Всё, что я могла, так это с мольбой смотреть на мужа, от паники даже не зная, как себя защитить и оправдать. Я всегда была верна только ему одному, и то, что он сейчас мне говорит, болью режет по сердцу.
– Никогда не изменяла? – со злой усмешкой переспросил муж, после чего кинул мне в лицо какие-то бумаги. – Я сделал тест днк и результаты такие, что эта соплячка сто процентов не от меня! Что ты на это скажешь? Дрянь! Думаешь, что можешь так легко наставить мне рога, а я как баран буду мириться с изменой и растить чужого ребёнка? Нет, моя милая, так не пойдёт, тебе придётся за это ответить.
У нас же годовщина сегодня! Шесть лет совместной жизни, чугунная свадьба, блин. Оно и видно, прилетело откуда не ждали, словно чугунякой по башке.
- Как вы сказали? Кто вы? - переспрашиваю, наверное, я все же что-то перепутала.
- Я Оля, а это - Ромочка - улыбается девчушка.
- Это я поняла - киваю.
- Ромочка сын Руслана Каримовича, а вы наверное его жена, да?
- Сын…Руслана…Каримовича? - не верю своим ушам, - это какая-то странная шутка?
- Нет, Рома действительно сын Руслана Каримовича, у меня и доказательства есть. Только вы не ревнуйте, это давно было… - тараторит девушка.
- Доказательства…- эхом повторяю я и присаживаюсь на край кресла.
- Как вы сказали? Кто вы? - переспрашиваю, наверное, я все же что-то перепутала.
- Я Оля, а это - Ромочка - улыбается девчушка.
- Это я поняла - киваю.
- Ромочка сын Руслана Каримовича, а вы наверное его жена, да?
- Сын…Руслана…Каримовича? - не верю своим ушам, - это какая-то странная шутка?
- Нет, Рома действительно сын Руслана Каримовича, у меня и доказательства есть. Только вы не ревнуйте, это давно было… - тараторит девушка.
- Доказательства…- эхом повторяю я и присаживаюсь на край кресла.
Подборка романов о сложных отношениях
Выберите полку для книги