Книги в жанре «Мелодрама» по тегу «ochen-emotsionalno»
— Я изменил тебе.
Я слышу эти слова, но мозг отказывается их воспринимать. Изменил.
— Когда? — выдавливаю я из себя.
— Месяц назад. Я не планировал, это просто... случилось.
— С кем? — спрашиваю я, хотя не уверена, что хочу знать ответ.
Он молчит, сжимает кулаки.
— С Ольгой. Моей помощницей.
Ольга, которая всегда смотрела на него, как будто он её мужчина.
— Диана, я... я не хотел. Мы засиделись после работы, выпили, и...
— И ты с ней переспал, — обрываю я его.
Он не ожидал от меня грубости, но не отрицает.
— Да.
Тишина. Я сижу и смотрю на него, на этого человека, которого знаю двадцать пять лет, родила двоих детей и отдала всю свою жизнь. И он изменил мне.
— Почему ты говоришь мне это сейчас? — спрашиваю я, и голос звучит удивительно ровно.
Он поднимает на меня глаза, и в них такая тоска, что на мгновение мне становится его жалко.
— Потому что она беременна.
Я слышу эти слова, но мозг отказывается их воспринимать. Изменил.
— Когда? — выдавливаю я из себя.
— Месяц назад. Я не планировал, это просто... случилось.
— С кем? — спрашиваю я, хотя не уверена, что хочу знать ответ.
Он молчит, сжимает кулаки.
— С Ольгой. Моей помощницей.
Ольга, которая всегда смотрела на него, как будто он её мужчина.
— Диана, я... я не хотел. Мы засиделись после работы, выпили, и...
— И ты с ней переспал, — обрываю я его.
Он не ожидал от меня грубости, но не отрицает.
— Да.
Тишина. Я сижу и смотрю на него, на этого человека, которого знаю двадцать пять лет, родила двоих детей и отдала всю свою жизнь. И он изменил мне.
— Почему ты говоришь мне это сейчас? — спрашиваю я, и голос звучит удивительно ровно.
Он поднимает на меня глаза, и в них такая тоска, что на мгновение мне становится его жалко.
— Потому что она беременна.
ИСТОРИЯ ЗАВЕРШЕНА!
— Ты должна переехать ко мне, — произносит Тимур в своей привычной властной манере.
Мы не виделись пять лет, а он так и не изменился.
— Я тебе ничего не должна с того дня, когда ты меня бросил перед свадьбой, — вспоминаю тот гадкий период жизни, свою боль, и растерянность мгновенно сменяется гневом.
Он остается невозмутимым.
— Смею напомнить, ты беременна от меня.
— Если повезет, станешь воскресным папой! Если невеста твоя против не будет, — не удерживаюсь от едкого уточнения.
— Ошибаешься, милая.
Не успеваю сориентироваться, как бывший закидывает меня на плечо, и несет к своему огромному внедорожнику.
***
Много лет назад расставание с любимым стало для меня большим ударом. Сердце безвозвратно разбилось.
Даже в страшном сне я не могла представить, что из-за врачебной ошибки окажусь беременной от него.
— Ты должна переехать ко мне, — произносит Тимур в своей привычной властной манере.
Мы не виделись пять лет, а он так и не изменился.
— Я тебе ничего не должна с того дня, когда ты меня бросил перед свадьбой, — вспоминаю тот гадкий период жизни, свою боль, и растерянность мгновенно сменяется гневом.
Он остается невозмутимым.
— Смею напомнить, ты беременна от меня.
— Если повезет, станешь воскресным папой! Если невеста твоя против не будет, — не удерживаюсь от едкого уточнения.
— Ошибаешься, милая.
Не успеваю сориентироваться, как бывший закидывает меня на плечо, и несет к своему огромному внедорожнику.
***
Много лет назад расставание с любимым стало для меня большим ударом. Сердце безвозвратно разбилось.
Даже в страшном сне я не могла представить, что из-за врачебной ошибки окажусь беременной от него.
— Это ведь мой сын?
— Нет, Руслан. Он только мой. Ты тогда отказался от нас обоих. Так что не вздумай теперь качать права.
— Я о нем даже не знал! Ты его скрыла от меня!
— Еще скажи, что украла. — смерила бывшего яростным взглядом. Претензии он мне еще высказывает.
Негодяй! Сам прыгал по двум койкам, врал, как дышал, а потом выбросил меня за борт ради ненаглядной Миленочки.
И я же в итоге виновата, по его мнению. Потрясающе.
— Можно сказать и так. — цедит зло. — Ты обязана была мне рассказать о беременности, Варя. Обязана!
—И когда я должна была это сделать? Когда лежала на сохранении, а ты женился на другой? Или когда я почти сутки мучилась схватками, ты в это время отдыхал в Дубае?
***
Черная полоса для меня началась внезапно. Сначала уволили с работы, потом бросил мужчина, которого безумно любила.
Руслан расстался со мной предельно цинично, но оставил самый дорогой в жизни подарок.
Подарок, крохотное сердечко которого помогло мне не сломаться.
— Нет, Руслан. Он только мой. Ты тогда отказался от нас обоих. Так что не вздумай теперь качать права.
— Я о нем даже не знал! Ты его скрыла от меня!
— Еще скажи, что украла. — смерила бывшего яростным взглядом. Претензии он мне еще высказывает.
Негодяй! Сам прыгал по двум койкам, врал, как дышал, а потом выбросил меня за борт ради ненаглядной Миленочки.
И я же в итоге виновата, по его мнению. Потрясающе.
— Можно сказать и так. — цедит зло. — Ты обязана была мне рассказать о беременности, Варя. Обязана!
—И когда я должна была это сделать? Когда лежала на сохранении, а ты женился на другой? Или когда я почти сутки мучилась схватками, ты в это время отдыхал в Дубае?
***
Черная полоса для меня началась внезапно. Сначала уволили с работы, потом бросил мужчина, которого безумно любила.
Руслан расстался со мной предельно цинично, но оставил самый дорогой в жизни подарок.
Подарок, крохотное сердечко которого помогло мне не сломаться.
- Умная, но нищая и без семьи. Найди мне такую и быстро, Кай, - приказал отец.
- Четыреста миллионов. Что будет с девчонкой за такое? Это же уголовка!
- Не сделаешь – лишу всего! А жизнь левой девки ничего не стоит.
Чтобы похитить громадную сумму, отцу нужна нищая сирота. Подставить ее, сделать виновной вместо себя и избавиться потом. И я ее нашел, привел к нему. Аппетитную пышку с ореховым взглядом, которую жизнь загнала в угол.
Но только в одном папаша ошибся – пугать меня было не нужно, я от его денег давно не завишу. А вот от ее улыбки уже, кажется, да.
И ее жизнь для меня уже стоит всего…
- Четыреста миллионов. Что будет с девчонкой за такое? Это же уголовка!
- Не сделаешь – лишу всего! А жизнь левой девки ничего не стоит.
Чтобы похитить громадную сумму, отцу нужна нищая сирота. Подставить ее, сделать виновной вместо себя и избавиться потом. И я ее нашел, привел к нему. Аппетитную пышку с ореховым взглядом, которую жизнь загнала в угол.
Но только в одном папаша ошибся – пугать меня было не нужно, я от его денег давно не завишу. А вот от ее улыбки уже, кажется, да.
И ее жизнь для меня уже стоит всего…
🔰 ЗАВЕРШЕНА 🔰
— Улыбочку, — сбоку от столика раздаются торопливые шаги, и в поле зрения возникает ребёнок в жёлтой водолазке. — Вас снимает профессионал.
Изображаю на лице улыбку, позируя мальчишке.
Моя девушка недовольно хмурит брови, но голову поворачивает, позволяя игрушечному фотоаппарату издать характерный щелчок.
— Всё, или у профессиональных фотографов должно быть сделано несколько кадров на выбор?
Подшучиваю над пацаном, а сам бросаю взгляды в зал, пытаясь определить, куда делись родители. Появление "профессионала" некстати: я обедаю с девушкой и собираюсь предложить ей отдых за городом. Это будет наша первая совместная вылазка, и я рассчитываю на приятный бонус.
— Костик! Вот ты где!? Простите, пожалуйста, мой сын, он...
Подбежавшая девушка хватает пацана за руку и бормочет извинения, не поднимая головы. Её внимание сосредоточено на сыне, а моё... Моё внимание полностью отдано ей, потому что эта девушка мне знакома.
— Улыбочку, — сбоку от столика раздаются торопливые шаги, и в поле зрения возникает ребёнок в жёлтой водолазке. — Вас снимает профессионал.
Изображаю на лице улыбку, позируя мальчишке.
Моя девушка недовольно хмурит брови, но голову поворачивает, позволяя игрушечному фотоаппарату издать характерный щелчок.
— Всё, или у профессиональных фотографов должно быть сделано несколько кадров на выбор?
Подшучиваю над пацаном, а сам бросаю взгляды в зал, пытаясь определить, куда делись родители. Появление "профессионала" некстати: я обедаю с девушкой и собираюсь предложить ей отдых за городом. Это будет наша первая совместная вылазка, и я рассчитываю на приятный бонус.
— Костик! Вот ты где!? Простите, пожалуйста, мой сын, он...
Подбежавшая девушка хватает пацана за руку и бормочет извинения, не поднимая головы. Её внимание сосредоточено на сыне, а моё... Моё внимание полностью отдано ей, потому что эта девушка мне знакома.
– Как ты могла, Сеня? Почему скрыла от меня дочь? – рявкает Казаков, жестко прижимая меня к стене.
– Она не твоя, – шепчу, чувствуя, как по спине ползут капли пота.
– Докажу, что моя – заберу девчонку, – злобно рычит Космос.
– Пусть жена тебе родит. Или "золотая наследница" не оправдала надежд? – выдыхаю дерзко и саркастично, тая от близости его тела и любимого когда-то запаха.
Мы расстались девять лет назад. Космос женился на богатой.
Я уехала к родителя в Питер. Спустя семь лет, зарубцевав душевные раны, вернулась с легким сердцем обратно в столицу. Но…
И подумать не могла, что встречу ЕГО и все пойдёт по другому сценарию…
– Она не твоя, – шепчу, чувствуя, как по спине ползут капли пота.
– Докажу, что моя – заберу девчонку, – злобно рычит Космос.
– Пусть жена тебе родит. Или "золотая наследница" не оправдала надежд? – выдыхаю дерзко и саркастично, тая от близости его тела и любимого когда-то запаха.
Мы расстались девять лет назад. Космос женился на богатой.
Я уехала к родителя в Питер. Спустя семь лет, зарубцевав душевные раны, вернулась с легким сердцем обратно в столицу. Но…
И подумать не могла, что встречу ЕГО и все пойдёт по другому сценарию…
Дверь соседнего подъезда распахивается, и оттуда выходит уборщица.
Весь инвентарь при ней: ведро, швабра, тряпки на ручке тележки, где стоит ведро. А на самой уборщице старая куртка, спортивные штаны и косынка на голове. Она аккуратно поправляет эту косынку, и из-под нее выбивается светло-русая коса.
У меня глаза на лоб от шока лезут…
— Инга... — Я шагаю к ней, не веря своим глазам.
Она быстро вскидывает голову. Ее синие глаза злющие, а взгляд горячий, будто угли загорающегося костра.
— Ты что, подъезды моешь? — спрашиваю в шоке.
Она усмехается с горечью и злостью, ее гонор прорывается в брошенной мне в лицо фразе.
— И туалеты, прикинь?! — Инга отставляет ведро, упирает руки в боки. — Все, Курбанов? Стало противно? Иди отсюда, Рамиль. Топай, я тебя не звала, изменник! — последнее слово она почти шипит.
Весь инвентарь при ней: ведро, швабра, тряпки на ручке тележки, где стоит ведро. А на самой уборщице старая куртка, спортивные штаны и косынка на голове. Она аккуратно поправляет эту косынку, и из-под нее выбивается светло-русая коса.
У меня глаза на лоб от шока лезут…
— Инга... — Я шагаю к ней, не веря своим глазам.
Она быстро вскидывает голову. Ее синие глаза злющие, а взгляд горячий, будто угли загорающегося костра.
— Ты что, подъезды моешь? — спрашиваю в шоке.
Она усмехается с горечью и злостью, ее гонор прорывается в брошенной мне в лицо фразе.
— И туалеты, прикинь?! — Инга отставляет ведро, упирает руки в боки. — Все, Курбанов? Стало противно? Иди отсюда, Рамиль. Топай, я тебя не звала, изменник! — последнее слово она почти шипит.
— Влад. — Поворачиваюсь к нему снова. — Там, во время пожара... Ты сказал тебе нужно спасти дочь…
Он замирает.
Пальцы, которые до этого нервно теребили край рубашки, застывают неподвижно.
— Влад, — повторяю, и голос у меня начинает дрожать. — Что ты имел в виду? Какая дочь?
Он молчит долго, так долго, что тишина между нами становится густой, вязкой, невыносимой. Потом поднимает на меня глаза, и в них нет ни капли того тепла, что было раньше, только тяжёлая, свинцовая усталость человека, который вот-вот скажет что-то непоправимое.
— Лиза, — начинает он глухо, — нам нужно поговорить.
Он замирает.
Пальцы, которые до этого нервно теребили край рубашки, застывают неподвижно.
— Влад, — повторяю, и голос у меня начинает дрожать. — Что ты имел в виду? Какая дочь?
Он молчит долго, так долго, что тишина между нами становится густой, вязкой, невыносимой. Потом поднимает на меня глаза, и в них нет ни капли того тепла, что было раньше, только тяжёлая, свинцовая усталость человека, который вот-вот скажет что-то непоправимое.
— Лиза, — начинает он глухо, — нам нужно поговорить.
— Признавайся! Моя лучшая подруга — твоя любовница? — смотрю на мужа и пытаюсь разглядеть в нем хоть каплю стыда. Хоть тень раскаяния.
— Что ты выдумываешь? — отмахивается предатель. — Вместо того чтобы забивать голову ерундой, лучше займись детьми.
Я была уверена, что у меня крепкая семья.
Любящий муж. Две дочери. И лучшая подруга, которой я доверяла, как себе.
Но на годовщину брака я получаю «подарок», из-за которого рушится все.
Двойное предательство. Мой муж и моя лучшая подруга годами крутили роман у меня за спиной.
Только это еще цветочки. Дальше всплывает такая правда, что их грязная интрижка покажется детской шалостью.
Но сначала…Я уничтожу их. Красиво. Изящно. Да так, что эта месть войдет под кожу глубже, чем нож в сердце.
Что, голубки…Уже страшно?
— Что ты выдумываешь? — отмахивается предатель. — Вместо того чтобы забивать голову ерундой, лучше займись детьми.
Я была уверена, что у меня крепкая семья.
Любящий муж. Две дочери. И лучшая подруга, которой я доверяла, как себе.
Но на годовщину брака я получаю «подарок», из-за которого рушится все.
Двойное предательство. Мой муж и моя лучшая подруга годами крутили роман у меня за спиной.
Только это еще цветочки. Дальше всплывает такая правда, что их грязная интрижка покажется детской шалостью.
Но сначала…Я уничтожу их. Красиво. Изящно. Да так, что эта месть войдет под кожу глубже, чем нож в сердце.
Что, голубки…Уже страшно?
- Я вправе завести вторую жену, — рычит Шамиль, крепко схватив моё запястье. — Семь долгих лет рядом друг с другом... а я так и не дождался наследника!
- Разве моя вина, что родилась именно девочка? — дёргаюсь, тщетно пытаясь освободиться.
Его ладонь быстро переместилась к моему лицу, хватает за шею, притянув ближе.
Остро ощущаю горячее дыхание, обжигающее кожу.
Взгляд мужа темнеет, словно ночь перед бурей.
- Примешь новую женщину, Ариша, я так решил! И не прошу у тебя согласия! Просто ставлю перед фактом!
Отталкивая меня, резко прочь, удаляется, хлопает дверью громко, оставив одну среди пустой комнаты.
Прижимаю руку к своему животу, другой заглушаю всхлип, вырывающийся из горла.
Ведь внутри вновь растёт малыш, судьба которого пока неизвестна никому.
А вдруг снова девочка?
По щекам стекают слёзы отчаяния...
Хоть кто… муж об этом уже не узнает!
- Разве моя вина, что родилась именно девочка? — дёргаюсь, тщетно пытаясь освободиться.
Его ладонь быстро переместилась к моему лицу, хватает за шею, притянув ближе.
Остро ощущаю горячее дыхание, обжигающее кожу.
Взгляд мужа темнеет, словно ночь перед бурей.
- Примешь новую женщину, Ариша, я так решил! И не прошу у тебя согласия! Просто ставлю перед фактом!
Отталкивая меня, резко прочь, удаляется, хлопает дверью громко, оставив одну среди пустой комнаты.
Прижимаю руку к своему животу, другой заглушаю всхлип, вырывающийся из горла.
Ведь внутри вновь растёт малыш, судьба которого пока неизвестна никому.
А вдруг снова девочка?
По щекам стекают слёзы отчаяния...
Хоть кто… муж об этом уже не узнает!
Подборка эмоциональных мелодрам
Выберите полку для книги