Книги в жанре «Современный любовный роман» по тегу «besplatnoe»
Когда твой школьный обидчик возвращается в твою жизнь не мальчишкой с дурным характером, а взрослым, богатым и слишком уверенным в себе директором завода, приходится быстро выбирать: снова расплакаться и сбежать или показать ему, как сильно он ошибся.
Всё бы ничего, но в дело вмешиваются любовь, химия, от которой не спрятаться, и наглый ворон Крош.
Всё бы ничего, но в дело вмешиваются любовь, химия, от которой не спрятаться, и наглый ворон Крош.
Он предложил мне цену за молчание.
Только не знал, что именно его фамилия разрушила мою жизнь.
Я пришла в компанию Максима Орлова не за работой.
Я пришла за правдой.
Десять лет назад мой отец потерял всё, мама сломалась, а я научилась улыбаться так, чтобы никто не видел боли. И теперь единственный человек, способный открыть тайну прошлого, — он. Холодный. Властный. Опасно красивый.
Максим привык покупать молчание, верность и чужие судьбы.
Но меня купить нельзя.
Я должна была ненавидеть его.
Должна была уничтожить.
Должна была уйти, пока он не заметил, как дрожат мои руки рядом с ним.
Но чем ближе я подбираюсь к правде, тем яснее понимаю: самый страшный враг может оказаться единственным, кто способен меня защитить.
А любовь — самой высокой ценой за молчание.
Только не знал, что именно его фамилия разрушила мою жизнь.
Я пришла в компанию Максима Орлова не за работой.
Я пришла за правдой.
Десять лет назад мой отец потерял всё, мама сломалась, а я научилась улыбаться так, чтобы никто не видел боли. И теперь единственный человек, способный открыть тайну прошлого, — он. Холодный. Властный. Опасно красивый.
Максим привык покупать молчание, верность и чужие судьбы.
Но меня купить нельзя.
Я должна была ненавидеть его.
Должна была уничтожить.
Должна была уйти, пока он не заметил, как дрожат мои руки рядом с ним.
Но чем ближе я подбираюсь к правде, тем яснее понимаю: самый страшный враг может оказаться единственным, кто способен меня защитить.
А любовь — самой высокой ценой за молчание.
— Ксения Игоревна, срочно в первую операционную. У пациентки массивное кровотечение, счет на минуты.
— Кто на столе?
— Твоя сестра Соня.
Я замираю у мойки, глядя на свои дрожащие руки.
— Она беременна от моего мужа, Руслан Тимурович. Вы просите меня спасти женщину, которая разрушила мою жизнь?
— Я прошу тебя спасти двоих пациентов. Как хирург хирурга. А за дверью этой операционной я стану твоим щитом. Мой руки, Смирнова.
— Кто на столе?
— Твоя сестра Соня.
Я замираю у мойки, глядя на свои дрожащие руки.
— Она беременна от моего мужа, Руслан Тимурович. Вы просите меня спасти женщину, которая разрушила мою жизнь?
— Я прошу тебя спасти двоих пациентов. Как хирург хирурга. А за дверью этой операционной я стану твоим щитом. Мой руки, Смирнова.
Ты украл мою жизнь, Кирилл. Но дальше я сама решу, что останется от твоей.
В день годовщины брака Яна ждала мужа с ужином. А он пришёл с другой женщиной — и документами о разводе.
Кирилл был уверен: Яна подпишет всё молча. Ведь он уже забрал у неё бизнес, репутацию, проекты и даже право называться автором собственной жизни.
Но он не учёл одного — его босс Марк Румянцев слишком внимательно посмотрит на женщину, которую все привыкли считать тенью мужа.
Теперь Яне предстоит вернуть себе имя, доказать правду и понять, можно ли снова довериться мужчине, который способен уничтожить её бывшего одним словом… но выбирает стоять рядом, пока она побеждает сама.
В день годовщины брака Яна ждала мужа с ужином. А он пришёл с другой женщиной — и документами о разводе.
Кирилл был уверен: Яна подпишет всё молча. Ведь он уже забрал у неё бизнес, репутацию, проекты и даже право называться автором собственной жизни.
Но он не учёл одного — его босс Марк Румянцев слишком внимательно посмотрит на женщину, которую все привыкли считать тенью мужа.
Теперь Яне предстоит вернуть себе имя, доказать правду и понять, можно ли снова довериться мужчине, который способен уничтожить её бывшего одним словом… но выбирает стоять рядом, пока она побеждает сама.
Я приехала на юбилей компании мужа, думая, что сегодня он объявит о нашем новом семейном проекте.
Вместо этого я услышала за закрытой дверью его разговор с любовницей.
Кирилл женился на мне не из любви. Ему нужна была моя фамилия, наследство отца и доступ к семейному бизнесу. А потом он вывел другую женщину на сцену и назвал её будущим компании.
Я должна была промолчать. Улыбнуться. Сохранить лицо семьи.
Но в тот вечер ко мне подошёл Максим Северин — миллиардер, главный враг моего мужа — и предложил сделку:
он поможет мне получить развод, защитить наследство и вернуть всё, что Кирилл пытался отнять.
Цена? Стать его невестой на три месяца.
Только Максим не знает, что я больше не хочу быть чьей-то удобной женой, чужой фигурой в войне или женщиной, которую можно купить.
А Кирилл ещё не понял: если жена перестала молчать, развод может стоить ему всего.
Вместо этого я услышала за закрытой дверью его разговор с любовницей.
Кирилл женился на мне не из любви. Ему нужна была моя фамилия, наследство отца и доступ к семейному бизнесу. А потом он вывел другую женщину на сцену и назвал её будущим компании.
Я должна была промолчать. Улыбнуться. Сохранить лицо семьи.
Но в тот вечер ко мне подошёл Максим Северин — миллиардер, главный враг моего мужа — и предложил сделку:
он поможет мне получить развод, защитить наследство и вернуть всё, что Кирилл пытался отнять.
Цена? Стать его невестой на три месяца.
Только Максим не знает, что я больше не хочу быть чьей-то удобной женой, чужой фигурой в войне или женщиной, которую можно купить.
А Кирилл ещё не понял: если жена перестала молчать, развод может стоить ему всего.
В годовщину свадьбы Марина ждала мужа с праздничным ужином, дочкой и последней надеждой, что их семья ещё жива. Но Артём вернулся не один. С новой женщиной. С чужой помадой на воротнике. И с уверенностью, что жена снова проглотит боль ради ребёнка.
Марина не устроила истерику. Не стала умолять. Она просто произнесла слова, которых он не ожидал:
— Я подаю на развод.
Но Артём не собирается уходить с пустыми руками. Он потерял жену, но решил, что может забрать дочь. Теперь Марине придётся бороться не только за себя, но и за маленькую Лизу, которая всё ещё любит папу… и боится, что он уведёт её от мамы.
Он думал, что предательство можно назвать ошибкой.
Он думал, что ребёнок станет его вторым шансом.
Но Марина больше не та женщина, которая ждёт у остывшего ужина.
Она не вернёт ему себя. И не позволит сломать дочь.
Марина не устроила истерику. Не стала умолять. Она просто произнесла слова, которых он не ожидал:
— Я подаю на развод.
Но Артём не собирается уходить с пустыми руками. Он потерял жену, но решил, что может забрать дочь. Теперь Марине придётся бороться не только за себя, но и за маленькую Лизу, которая всё ещё любит папу… и боится, что он уведёт её от мамы.
Он думал, что предательство можно назвать ошибкой.
Он думал, что ребёнок станет его вторым шансом.
Но Марина больше не та женщина, которая ждёт у остывшего ужина.
Она не вернёт ему себя. И не позволит сломать дочь.
Два года назад Марина оставила в Греции не только море и солнце. Она оставила там девятнадцатилетнего Платона - сына своей лучшей подруги. Ту запретную любовь, после которой она клялась забыть всё.
Теперь у неё спокойная жизнь, достойный жених, планы на свадьбу. Она почти научилась не вспоминать. Почти.
Но в её офисе появляется новый сотрудник. Молодой, дерзкий, невыносимо красивый. И от его взгляда у неё подкашиваются колени, а тело предательски жаждет его прикосновений.
Теперь у неё есть два месяца до свадьбы. Жених, который её не слышит. Подруга, которая молчит о сыне. И любовник, который готов перевернуть её жизнь.
Но какой ценой?
Теперь у неё спокойная жизнь, достойный жених, планы на свадьбу. Она почти научилась не вспоминать. Почти.
Но в её офисе появляется новый сотрудник. Молодой, дерзкий, невыносимо красивый. И от его взгляда у неё подкашиваются колени, а тело предательски жаждет его прикосновений.
Теперь у неё есть два месяца до свадьбы. Жених, который её не слышит. Подруга, которая молчит о сыне. И любовник, который готов перевернуть её жизнь.
Но какой ценой?
Он объявил о разводе при гостях.
С новой женщиной рядом.
С нашим сыном за плечом.
Денис говорил красиво: “Матвею нужна стабильность”. Только под этой стабильностью скрывались документы, где мой сын уже “сам” просил жить с отцом. Мой бывший забрал дом, школу, окружение, чужие голоса — и решил забрать главное: право быть матерью.
Он уверен, что я сломаюсь. Подпишу соглашение. Приму деньги, квартиру и роль удобной бывшей жены, которая видит ребёнка по расписанию.
Но наш сын — не вещь. Не аргумент в суде. Не рычаг в руках мужчины, привыкшего владеть всем.
Я могу потерять брак. Дом. Репутацию.
Но не позволю заставить моего ребёнка выбирать между мамой и папой.
С новой женщиной рядом.
С нашим сыном за плечом.
Денис говорил красиво: “Матвею нужна стабильность”. Только под этой стабильностью скрывались документы, где мой сын уже “сам” просил жить с отцом. Мой бывший забрал дом, школу, окружение, чужие голоса — и решил забрать главное: право быть матерью.
Он уверен, что я сломаюсь. Подпишу соглашение. Приму деньги, квартиру и роль удобной бывшей жены, которая видит ребёнка по расписанию.
Но наш сын — не вещь. Не аргумент в суде. Не рычаг в руках мужчины, привыкшего владеть всем.
Я могу потерять брак. Дом. Репутацию.
Но не позволю заставить моего ребёнка выбирать между мамой и папой.
- Алиса, уезжай, - цедит сквозь зубы мужчина, которого еще месяц назад я считала своим мужем.
И мои ногти только глубже впиваются в ладони.
- У меня скоро свадьба. Ты будешь только мешать – бросает в меня, словно камни.
- Свадьба? - ухмыляюсь, но слово режет, как осколок стекла. - Даже судебное решение еще не вышло…
- Это не твое дело, - выплевывает он. - Ты здесь лишняя.
Я делаю шаг вперед. Один. Медленный. Чувствую, как кровь стучит в висках.
- Забыла тебя спросить, где мне быть, - отвечаю ядовито. - И где мне отдыхать.
Наклоняюсь ближе - так, что вижу, свое отражение в его зрачках.
- Свадьба, говоришь? - усмехаюсь, и улыбка выходит хищной, острой. - Ну посмотрим, Мартынов.
Выпрямляюсь. Разворачиваюсь. Каблуки отбивают дробь по дереву. Останавливаюсь всего лишь на мгновенье, оборачиваюсь и подмигиваю недомуженьку:
- Веселье только начинается...
И мои ногти только глубже впиваются в ладони.
- У меня скоро свадьба. Ты будешь только мешать – бросает в меня, словно камни.
- Свадьба? - ухмыляюсь, но слово режет, как осколок стекла. - Даже судебное решение еще не вышло…
- Это не твое дело, - выплевывает он. - Ты здесь лишняя.
Я делаю шаг вперед. Один. Медленный. Чувствую, как кровь стучит в висках.
- Забыла тебя спросить, где мне быть, - отвечаю ядовито. - И где мне отдыхать.
Наклоняюсь ближе - так, что вижу, свое отражение в его зрачках.
- Свадьба, говоришь? - усмехаюсь, и улыбка выходит хищной, острой. - Ну посмотрим, Мартынов.
Выпрямляюсь. Разворачиваюсь. Каблуки отбивают дробь по дереву. Останавливаюсь всего лишь на мгновенье, оборачиваюсь и подмигиваю недомуженьку:
- Веселье только начинается...
В день моего сорокапятилетия муж подарил мне развод.
Не дома. Не наедине. А в нашем семейном ресторане, при гостях, партнёрах и детях. А потом привёл молодую помощницу и спокойно объяснил, что дом, компания и счёт всё равно останутся ему.
Двадцать пять лет я была его женой. Его тылом. Женщиной, которая держала семью, ресторан, детей и чужие провалы так тихо, что все решили: меня можно просто вычеркнуть.
Но Олег ошибся.
Я не собираюсь устраивать истерики и просить вернуть прошлое. Я хочу только своё: дом, дело, имя, уважение детей и жизнь, которую слишком долго отдавала другим.
Он думал, что я уйду с пустыми руками.
А я забираю не только то, что принадлежит мне.
Я забираю себя.
Не дома. Не наедине. А в нашем семейном ресторане, при гостях, партнёрах и детях. А потом привёл молодую помощницу и спокойно объяснил, что дом, компания и счёт всё равно останутся ему.
Двадцать пять лет я была его женой. Его тылом. Женщиной, которая держала семью, ресторан, детей и чужие провалы так тихо, что все решили: меня можно просто вычеркнуть.
Но Олег ошибся.
Я не собираюсь устраивать истерики и просить вернуть прошлое. Я хочу только своё: дом, дело, имя, уважение детей и жизнь, которую слишком долго отдавала другим.
Он думал, что я уйду с пустыми руками.
А я забираю не только то, что принадлежит мне.
Я забираю себя.
Выберите полку для книги