Книги в жанре «Современный любовный роман» по тегу «skachat-fb2»
— Я хочу быть с другой, — холодно заявил муж, пока я готовила ему завтрак.
— Что?
— Лада вернулась, я… с ней хочу. До сих пор ее не забыл.
— А я? — вырвалось унизительное.
— А ты… сама как-нибудь. Пора посмотреть правде в глаза, я никогда с тобой счастлив не был. У меня сердце не трепещет, когда ты рядом.
— А с ней трепещет?
— А с ней…
Муж, с которым я прожила десять лет, мечтательно заулыбался, и я поняла, что разлюбил. А может и не любил никогда.
— Развод хочу. Алименты заплачу хорошие, только… не мешай нам, Ань. Дай хотя бы сейчас с любимой пожить.
— То есть… ты с нелюбимой жил?
— А ты думала я из любви женился? Да у тебя пузо было дальше носа, я тебя…
— Это ведь твой ребенок, Рома.
Он поморщился.
— У нас с Ладой будет свой. Рожденный в любви.
***
Десять лет брака превратились в руины, когда первая любовь мужа вернулась в город и решила, что теперь можно дать шанс успешному бизнесмену.
Я молча ушла с сыном, чтобы через время встретить на пороге бывшего, который х
— Что?
— Лада вернулась, я… с ней хочу. До сих пор ее не забыл.
— А я? — вырвалось унизительное.
— А ты… сама как-нибудь. Пора посмотреть правде в глаза, я никогда с тобой счастлив не был. У меня сердце не трепещет, когда ты рядом.
— А с ней трепещет?
— А с ней…
Муж, с которым я прожила десять лет, мечтательно заулыбался, и я поняла, что разлюбил. А может и не любил никогда.
— Развод хочу. Алименты заплачу хорошие, только… не мешай нам, Ань. Дай хотя бы сейчас с любимой пожить.
— То есть… ты с нелюбимой жил?
— А ты думала я из любви женился? Да у тебя пузо было дальше носа, я тебя…
— Это ведь твой ребенок, Рома.
Он поморщился.
— У нас с Ладой будет свой. Рожденный в любви.
***
Десять лет брака превратились в руины, когда первая любовь мужа вернулась в город и решила, что теперь можно дать шанс успешному бизнесмену.
Я молча ушла с сыном, чтобы через время встретить на пороге бывшего, который х
— Дядь, ты должен плигласить мою маму на свидание. Завтра день влюбленных. А ты плаваешь тут один, тебе навелное глустно и одиноко.
Я опираюсь на бортик бассейна и смотрю на девчушку лет четырех. Что тут вообще происходит? Какая-то наглая пуговица гуляет в моем спа-центре и еще и пытается завербовать в кавалеры для ее мамы.
— И с чего ты взяла, что мы договоримся?
— А я сплятала твой костюм. Пригласишь маму, отдам. — Она склоняет голову, будто задумалась. — Даже ланьше отдам. Не будешь же ты ее в тлусишках на свидание звать.
Ну, дает! Сейчас только найду ее маму, и ох, какой разговор ее ждет.
Подходим к стойке ресепшн, где должна работать мама сводницы. Я вижу девушку и сразу узнаю ее. Мир будто дает трещину.
Ева. Моя невеста, что исчезла пять лет назад, украв у меня деньги и веру в любовь.
— Ма! Я тебе кавалела на день влюбленных нашла. Он согласился! — говорит ее четырехлетняя дочь, держа меня за руку.
И я понимаю, что в ее побеге больше тайн, чем я думал.
Я опираюсь на бортик бассейна и смотрю на девчушку лет четырех. Что тут вообще происходит? Какая-то наглая пуговица гуляет в моем спа-центре и еще и пытается завербовать в кавалеры для ее мамы.
— И с чего ты взяла, что мы договоримся?
— А я сплятала твой костюм. Пригласишь маму, отдам. — Она склоняет голову, будто задумалась. — Даже ланьше отдам. Не будешь же ты ее в тлусишках на свидание звать.
Ну, дает! Сейчас только найду ее маму, и ох, какой разговор ее ждет.
Подходим к стойке ресепшн, где должна работать мама сводницы. Я вижу девушку и сразу узнаю ее. Мир будто дает трещину.
Ева. Моя невеста, что исчезла пять лет назад, украв у меня деньги и веру в любовь.
— Ма! Я тебе кавалела на день влюбленных нашла. Он согласился! — говорит ее четырехлетняя дочь, держа меня за руку.
И я понимаю, что в ее побеге больше тайн, чем я думал.
Я делаю шаг к гостиной, где стоит мой рояль, мой старый верный друг, доставшийся мне от мамы, — и мир останавливается.
За роялем Кристина, моя ученица. Она сидит совершенно голая, а рядом стоит мой муж с камерой в руках.
Я успеваю закрыть сыну глаза ладонью прежде, чем он понимает, что происходит, и прошу его уйти в детскую.
— Света, — говорит вдруг мой муж, и в голосе нет ни капли раскаяния, ни тени стыда. — Давай без скандалов? Если ты настолько глупа, чтобы не понять, что это искусство, мне тебя очень жаль.
У меня хватает сил, чтобы сглотнуть ком в горле и спросить:
- Ты спал с ней?
Ответ мне уже очевиден, но я хочу услышать это от супруга.
— Естественно! – заявляет он, не чувствуя ни грамма вины. – Она даёт мне то, что ты никогда не могла дать. Я надеюсь, ты не станешь мешать нашему с ней счастью? Её отец обещал помочь с выставкой, и это мой шанс. Ты же понимаешь.
— Конечно, понимаю.
За роялем Кристина, моя ученица. Она сидит совершенно голая, а рядом стоит мой муж с камерой в руках.
Я успеваю закрыть сыну глаза ладонью прежде, чем он понимает, что происходит, и прошу его уйти в детскую.
— Света, — говорит вдруг мой муж, и в голосе нет ни капли раскаяния, ни тени стыда. — Давай без скандалов? Если ты настолько глупа, чтобы не понять, что это искусство, мне тебя очень жаль.
У меня хватает сил, чтобы сглотнуть ком в горле и спросить:
- Ты спал с ней?
Ответ мне уже очевиден, но я хочу услышать это от супруга.
— Естественно! – заявляет он, не чувствуя ни грамма вины. – Она даёт мне то, что ты никогда не могла дать. Я надеюсь, ты не станешь мешать нашему с ней счастью? Её отец обещал помочь с выставкой, и это мой шанс. Ты же понимаешь.
— Конечно, понимаю.
— Мы любим друг друга. Пойми, это настоящая любовь. Такое не бывает дважды.
Я смотрю на него и понимаю — того мужа, которого я любила, никогда не существовало. Передо мной человек, который все эти годы жил со мной, но думал о другой.
— Не бывает. Но ты пытался, — киваю я на себя. — Семь лет, Вадим. Тренировался на мне? Учился, как по-настоящему любить свой «оригинал»?
— Просто так сложилось. Не драматизируй.
— Не драматизировать? Ты вылепил из меня ее копию. Притворялся. Во всем.
— Как видно, неудачно, — усмехается его первая любовь. — Ты всего лишь суррогат.
Восемь лет он ждал ее.
Семь лет был женат на мне.
Семь лет делал из меня ее версию.
Я думала — это любовь. Думала, он меня обожает.
Оказалось — я была заменой.
Он ждал ее восемь лет.
И будет жалеть о том, как поступил со мной, всю оставшуюся жизнь.
Я смотрю на него и понимаю — того мужа, которого я любила, никогда не существовало. Передо мной человек, который все эти годы жил со мной, но думал о другой.
— Не бывает. Но ты пытался, — киваю я на себя. — Семь лет, Вадим. Тренировался на мне? Учился, как по-настоящему любить свой «оригинал»?
— Просто так сложилось. Не драматизируй.
— Не драматизировать? Ты вылепил из меня ее копию. Притворялся. Во всем.
— Как видно, неудачно, — усмехается его первая любовь. — Ты всего лишь суррогат.
Восемь лет он ждал ее.
Семь лет был женат на мне.
Семь лет делал из меня ее версию.
Я думала — это любовь. Думала, он меня обожает.
Оказалось — я была заменой.
Он ждал ее восемь лет.
И будет жалеть о том, как поступил со мной, всю оставшуюся жизнь.
Рассказ. Закончен
— Это Бублик, — говорю я. — Нашла его в переулке. Там минус пятнадцать, он сидел один, я не могла бросить.
— Вика. — Антон закрывает холодильник, аккуратно, как всегда. — Ты же знаешь, что я не люблю собак.
— Антош, он маленький. Он не страшный. Даже не лает.
— Я не боюсь. — Он проходит в комнату, садится на диван — Просто мне некомфортно, ты же знаешь. Они…они грязные и воняют!
— Но этот чистенький и пахнет хорошо! - я отчаянно хочу защитить малыша. — И потом…
— Это Бублик, — говорю я. — Нашла его в переулке. Там минус пятнадцать, он сидел один, я не могла бросить.
— Вика. — Антон закрывает холодильник, аккуратно, как всегда. — Ты же знаешь, что я не люблю собак.
— Антош, он маленький. Он не страшный. Даже не лает.
— Я не боюсь. — Он проходит в комнату, садится на диван — Просто мне некомфортно, ты же знаешь. Они…они грязные и воняют!
— Но этот чистенький и пахнет хорошо! - я отчаянно хочу защитить малыша. — И потом…
– Твой муж тебе изменяет! Он сегодня приводил ко мне на УЗИ свою любовницу! Она беременна! – тараторит в трубку моя подруга-гинеколог. – Срок восемь недель!
– Что? – только и могу выдавить из себя.
– Ты что, не расслышала? Твой муж приводил ко мне на УЗИ свою беременную любовницу! Это точно был он!
Направляюсь к кабинету мужа – заведующего детским хирургическим отделением. Дёргаю ручку на себя и понимаю, что кабинет закрыт, однако…
За дверью слышен девичий смех, вперемешку с голосом моего мужа.
Вскоре дверь открывается, и я вижу своего супруга. На его шее горит алый отпечаток чужих губ.
На рабочем столе мерзавца сидит молоденькая девушка-медсестра. На ней расстёгнутый белый халат, а под ним чёрное кружевное бельё. Нахалка сидит, закинув ногу на ногу, и смотрит на меня с нескрываемым торжеством.
Мне хватает доли секунды, чтобы окончательно признать тот факт, что предатель устроил свою беременную двадцатилетнюю любовницу в наше отделение!
Это развод!
– Что? – только и могу выдавить из себя.
– Ты что, не расслышала? Твой муж приводил ко мне на УЗИ свою беременную любовницу! Это точно был он!
Направляюсь к кабинету мужа – заведующего детским хирургическим отделением. Дёргаю ручку на себя и понимаю, что кабинет закрыт, однако…
За дверью слышен девичий смех, вперемешку с голосом моего мужа.
Вскоре дверь открывается, и я вижу своего супруга. На его шее горит алый отпечаток чужих губ.
На рабочем столе мерзавца сидит молоденькая девушка-медсестра. На ней расстёгнутый белый халат, а под ним чёрное кружевное бельё. Нахалка сидит, закинув ногу на ногу, и смотрит на меня с нескрываемым торжеством.
Мне хватает доли секунды, чтобы окончательно признать тот факт, что предатель устроил свою беременную двадцатилетнюю любовницу в наше отделение!
Это развод!
— Ей 23, она горячее и лучше тебя. Во всем! — с этими словами муж собрал вещи и ушел.
Я думала, что уход мужа —самая большая проблема.
Пока не столкнулась с мужчиной из прошлого при трагических обстоятельствах.
Он — герой, о котором говорит вся страна. Пилот, посадивший горящий самолет.
Я — без пяти минут разведенка, с кучей проблем.
И просто мать сына, которого обвиняют в жестоком нападении на народного любимца.
Казалось бы, у нас ничего общего, кроме одного секрета из прошлого…
Я думала, что уход мужа —самая большая проблема.
Пока не столкнулась с мужчиной из прошлого при трагических обстоятельствах.
Он — герой, о котором говорит вся страна. Пилот, посадивший горящий самолет.
Я — без пяти минут разведенка, с кучей проблем.
И просто мать сына, которого обвиняют в жестоком нападении на народного любимца.
Казалось бы, у нас ничего общего, кроме одного секрета из прошлого…
– Тебе изменяет муж! Я только что видела его с другой женщиной! – в палату родильного отделения влетает моя соседка и кричит едва ли не во всё горло.
– Что? – переспрашиваю.
– Он целовался посреди коридора с какой-то врачихой взасос! Они сейчас в ординаторской.
На негнущихся ногах иду туда, толкаю дверь и вижу их. Моего мужа и моего гинеколога…
Он прижимает любовницу к стене. Её халат распахнут, нога обвивает его бедро. Мой муж вжимается в неё всем телом и целует так, как недавно целовал меня.
Я смотрю на его руку – она зарывается в её чёрные волосы, оттягивает голову назад, открывая шею для жаркого поцелуя.
– Какая же ты… – низким голосом цедит предатель, впившись в шею любовницы губами.
– Такая… – выдыхает она. – Тебя жена совсем не удовлетворяет, да?
В следующий момент схватка скручивает меня так сильно, что складывает пополам от боли.
В глазах темнеет. Ноги подкашиваются, окружающие звуки замолкают, и я погружаюсь во тьму…
– Что? – переспрашиваю.
– Он целовался посреди коридора с какой-то врачихой взасос! Они сейчас в ординаторской.
На негнущихся ногах иду туда, толкаю дверь и вижу их. Моего мужа и моего гинеколога…
Он прижимает любовницу к стене. Её халат распахнут, нога обвивает его бедро. Мой муж вжимается в неё всем телом и целует так, как недавно целовал меня.
Я смотрю на его руку – она зарывается в её чёрные волосы, оттягивает голову назад, открывая шею для жаркого поцелуя.
– Какая же ты… – низким голосом цедит предатель, впившись в шею любовницы губами.
– Такая… – выдыхает она. – Тебя жена совсем не удовлетворяет, да?
В следующий момент схватка скручивает меня так сильно, что складывает пополам от боли.
В глазах темнеет. Ноги подкашиваются, окружающие звуки замолкают, и я погружаюсь во тьму…
— Неделю назад, Рашид! Я родила твоего сына, а ты... ты сегодня женишься на другой?!»
Голос срывается, хотя я обещала себе не показывать слабость.
— Хватит истерить, Ясмин! Ты портишь мне самый важный день!
— Самый важный?! А наша свадьба? А рождение твоего сына?!
— Не кричи! Ты позоришь меня. Я делаю это для семьи, для продолжения рода. Я сделаю счастливыми вас обеих, если ты перестанешь быть такой...
—Такой какой?
— Эгоисткой, которая хочет счастья только для себя. Мать предупреждала меня. Современные женщины не умеют быть благодарными.
— За что я должна быть благодарной? За то, что ты привел меня на свадьбу с другой женщиной, пока я еще кровоточу после родов?!
— ХВАТИТ! Это мое право по шариату. А ты будешь улыбаться, поздравлять Лейлу и танцевать.
Он толкает меня к стене и уходит.
Я поднимаю голову, вытираю слезы и иду в зал.
Я буду танцевать.
Только еще не знаю, что мой танец привлечет внимание мужчины, который стоит у окна и смотрит. Молча.
Голос срывается, хотя я обещала себе не показывать слабость.
— Хватит истерить, Ясмин! Ты портишь мне самый важный день!
— Самый важный?! А наша свадьба? А рождение твоего сына?!
— Не кричи! Ты позоришь меня. Я делаю это для семьи, для продолжения рода. Я сделаю счастливыми вас обеих, если ты перестанешь быть такой...
—Такой какой?
— Эгоисткой, которая хочет счастья только для себя. Мать предупреждала меня. Современные женщины не умеют быть благодарными.
— За что я должна быть благодарной? За то, что ты привел меня на свадьбу с другой женщиной, пока я еще кровоточу после родов?!
— ХВАТИТ! Это мое право по шариату. А ты будешь улыбаться, поздравлять Лейлу и танцевать.
Он толкает меня к стене и уходит.
Я поднимаю голову, вытираю слезы и иду в зал.
Я буду танцевать.
Только еще не знаю, что мой танец привлечет внимание мужчины, который стоит у окна и смотрит. Молча.
Я привезла сына в московскую клинику — не зная, кому она принадлежит.
— Сколько тебе лет? — спросила женщина, которая в прошлом разрушила мою жизнь.
— Семь, — ответил мой сын.
По тому, как изменилось её лицо, я поняла, она уже знает, что Максим - ее внук.
И теперь она заберет у меня его?!
— Сколько тебе лет? — спросила женщина, которая в прошлом разрушила мою жизнь.
— Семь, — ответил мой сын.
По тому, как изменилось её лицо, я поняла, она уже знает, что Максим - ее внук.
И теперь она заберет у меня его?!
Выберите полку для книги