Книги в жанре «Современная проза» по тегу «razvod»
— Поздравляю, — говорю я. — У вас будет ребёнок?
Она светится.
— Да. Мы так счастливы. Он, правда, немного в шоке, но это от неожиданности. Говорит, что всегда мечтал о сыне. С первой женой у него не получилось, а тут... Судьба, наверное.
— А жена знает? — спрашиваю тихо. — Ну, что он уходит?
Девушка пожимает плечами. Легко, беззаботно.
— Мне какая разница? Он говорит, она старая. Тридцать три года, детей нет, карьера какая-то непонятная. Зачем ему такое? Он мужчина видный, успешный, ему нужна семья, наследник.
Тридцать три. Как мне. Внутри всё обрывается.
Наташка бросает на меня быстрый взгляд. Подруга всё поняла.
— А как его зовут? — спрашивает она слишком бодро. — Может, знаю? У меня много клиентов из Москвы.
— Андрей, — девушка улыбается. — Андрей Витальевич. Фамилию пока не буду говорить, мало ли. Он не публичный человек.
Андрей. Витальевич. Имя и отчество моего мужа. Моего Андрея.
❤️САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА В ПЕРВЫЕ ДНИ!
Она светится.
— Да. Мы так счастливы. Он, правда, немного в шоке, но это от неожиданности. Говорит, что всегда мечтал о сыне. С первой женой у него не получилось, а тут... Судьба, наверное.
— А жена знает? — спрашиваю тихо. — Ну, что он уходит?
Девушка пожимает плечами. Легко, беззаботно.
— Мне какая разница? Он говорит, она старая. Тридцать три года, детей нет, карьера какая-то непонятная. Зачем ему такое? Он мужчина видный, успешный, ему нужна семья, наследник.
Тридцать три. Как мне. Внутри всё обрывается.
Наташка бросает на меня быстрый взгляд. Подруга всё поняла.
— А как его зовут? — спрашивает она слишком бодро. — Может, знаю? У меня много клиентов из Москвы.
— Андрей, — девушка улыбается. — Андрей Витальевич. Фамилию пока не буду говорить, мало ли. Он не публичный человек.
Андрей. Витальевич. Имя и отчество моего мужа. Моего Андрея.
❤️САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА В ПЕРВЫЕ ДНИ!
Я собиралась провести отпуск на побережье вместе с подругой, но в последний момент рейс перенесли, и мне пришлось вернуться домой. А там...
Драма по классике. Чужие туфли в прихожей, чужое платье на полу.
Чужая женщина в моей постели.
Под моим мужем.
Всё, чего я хотела после измены — это честного развода. Только вот муж был не согласен.
— Нам деньги нужнее, — заявил он, — Юля беременна. Просто подпиши бумаги по-хорошему. Я дам тебе небольшую сумму на первое время...
Естественно, я отказалась.
И тогда любовники решили просто избавиться от меня.
Но они не ожидали, что найдётся тот, кто поможет мне восстать из мёртвых и отомстить...
Драма по классике. Чужие туфли в прихожей, чужое платье на полу.
Чужая женщина в моей постели.
Под моим мужем.
Всё, чего я хотела после измены — это честного развода. Только вот муж был не согласен.
— Нам деньги нужнее, — заявил он, — Юля беременна. Просто подпиши бумаги по-хорошему. Я дам тебе небольшую сумму на первое время...
Естественно, я отказалась.
И тогда любовники решили просто избавиться от меня.
Но они не ожидали, что найдётся тот, кто поможет мне восстать из мёртвых и отомстить...
— Не стой столбом, Люд, — муж подталкивает меня плечом. — Лучше покажи дом Алисе. Она будет жить здесь.
— А я, Саш? — ошеломленно выдавливаю из себя. — Что со мной будет?
— А что с тобой может быть? — недоумевает предатель. — Будешь жить, как жила: готовить, стирать, следить за домом. Переедешь в комнату сына, а мы — в спальню. Никто тебя не выгоняет. Да и куда тебе с копеечной зарплатой библиотекаря?
— Ты предлагаешь мне обслуживать тебя и твою пассию?
— А что остается? Кому ты нужна в сорок пять? Когда-то была цветущей розой, а теперь от тебя остались лишь колючки да воспоминания. А мне свежих ромашек хочется.
В свой день рождения я ждала семейного ужина и добрых слов. Вместо этого получила набор половников и молодую любовницу мужа, с которой он изменяет мне уже семь месяцев.
Уходить от нее Саша не собирается. Отказываться от удобной жены, судя по всему, тоже.
Только муж еще не понял, что и мне под силу разрушить его удобный мир.
— А я, Саш? — ошеломленно выдавливаю из себя. — Что со мной будет?
— А что с тобой может быть? — недоумевает предатель. — Будешь жить, как жила: готовить, стирать, следить за домом. Переедешь в комнату сына, а мы — в спальню. Никто тебя не выгоняет. Да и куда тебе с копеечной зарплатой библиотекаря?
— Ты предлагаешь мне обслуживать тебя и твою пассию?
— А что остается? Кому ты нужна в сорок пять? Когда-то была цветущей розой, а теперь от тебя остались лишь колючки да воспоминания. А мне свежих ромашек хочется.
В свой день рождения я ждала семейного ужина и добрых слов. Вместо этого получила набор половников и молодую любовницу мужа, с которой он изменяет мне уже семь месяцев.
Уходить от нее Саша не собирается. Отказываться от удобной жены, судя по всему, тоже.
Только муж еще не понял, что и мне под силу разрушить его удобный мир.
Дверь моего кабинета открывается без стука. Я даже не сразу поднимаю голову.
Решаю, что медсестра принесла результаты анализов, которые я просила. Но тут я слышу мужской голос.
До боли знакомый.
- Ну показывай, кто тут такой смелый.
У меня внутри всё замирает. Ручка выскальзывает из пальцев и падает на стол. Я медленно поворачиваю голову к двери.
Лев, мой муж, стоит на пороге с таким выражением лица, будто готов кого-то уничтожить. На локте у него висит Милана, моя недавняя пациентка. Она прижимается к нему всем телом, довольно улыбается и смотрит на меня надменно. А потом произносит:
- Вот она, Лёвушка. Объясни этой курице, как она должна со мной разговаривать.
Двенадцать лет брака в любви и гармонии. Я думала, что мы - это навсегда, пока муж не появился на пороге моего кабинета с беременной любовницей.
Решаю, что медсестра принесла результаты анализов, которые я просила. Но тут я слышу мужской голос.
До боли знакомый.
- Ну показывай, кто тут такой смелый.
У меня внутри всё замирает. Ручка выскальзывает из пальцев и падает на стол. Я медленно поворачиваю голову к двери.
Лев, мой муж, стоит на пороге с таким выражением лица, будто готов кого-то уничтожить. На локте у него висит Милана, моя недавняя пациентка. Она прижимается к нему всем телом, довольно улыбается и смотрит на меня надменно. А потом произносит:
- Вот она, Лёвушка. Объясни этой курице, как она должна со мной разговаривать.
Двенадцать лет брака в любви и гармонии. Я думала, что мы - это навсегда, пока муж не появился на пороге моего кабинета с беременной любовницей.
Полевая медсестра спрыгивает со стола и прячет глаза, суетливо одергивая на себе одежду.
– Не стоило тебе приезжать, – холодно роняет муж.
Я ежусь под его колючим взглядом и хмыкаю горько:
– Если бы я не приехала, как бы тогда узнала, что у тебя тут вторая жена? И как бы поняла, что твои клятвы верности ничего не стоят?
Я хотела сделать сюрприз мужу-офицеру и не сказала, что приеду в его полевой лагерь как волонтер с гуманитарным грузом.
Зато теперь я знаю, что у мужа есть вторая жена. Вот только и меня отпускать он совсем не хочет.
– Не стоило тебе приезжать, – холодно роняет муж.
Я ежусь под его колючим взглядом и хмыкаю горько:
– Если бы я не приехала, как бы тогда узнала, что у тебя тут вторая жена? И как бы поняла, что твои клятвы верности ничего не стоят?
Я хотела сделать сюрприз мужу-офицеру и не сказала, что приеду в его полевой лагерь как волонтер с гуманитарным грузом.
Зато теперь я знаю, что у мужа есть вторая жена. Вот только и меня отпускать он совсем не хочет.
— Вы Аркадия знаете?
— Немного.
— Откуда?
— Двадцать лет за ним замужем.
Приехав устранять потоп в новой квартире, я обнаружила там фотографии собственного мужа и хозяйки квартиры. А потом выяснила ещё одну мелочь: семьсот двадцать тысяч, отложенные на учёбу нашей дочери, муж уже вложил в жильё для любовницы.
Теперь он предлагает продать квартиру, оставшуюся мне от мамы, чтобы восполнить деньги.
Удобно придумал.
Только одна протечка уже разрушила его идеальный план.
И это ещё муж не знает, кого я каждое утро встречаю по дороге через Волгу.
— Немного.
— Откуда?
— Двадцать лет за ним замужем.
Приехав устранять потоп в новой квартире, я обнаружила там фотографии собственного мужа и хозяйки квартиры. А потом выяснила ещё одну мелочь: семьсот двадцать тысяч, отложенные на учёбу нашей дочери, муж уже вложил в жильё для любовницы.
Теперь он предлагает продать квартиру, оставшуюся мне от мамы, чтобы восполнить деньги.
Удобно придумал.
Только одна протечка уже разрушила его идеальный план.
И это ещё муж не знает, кого я каждое утро встречаю по дороге через Волгу.
Первое, что я вижу, это сегодняшние сообщения от Анжелики.
«Марк, когда ты наконец разведешься? Я устала прятаться! Мы должны были уже давно все закончить, получить деньги и уехать. А ты тянешь время!»
«Детка, успокойся. Я не могу просто взять и уйти. Нужно выжать из нее побольше. Ты же сама говорила, что надо действовать умно».
«Умно - да, но не бесконечно! Я едва сдержалась на ее дне рождения, чтобы не рассказать ей, какая она жалкая! Ты представляешь, как мне было тошно смотреть на Вас с ней»
«Я понимаю, солнышко. Но потерпи еще немного. Скоро мы получим то, что нам нужно, и уедем. Обещаю».
«Марк, теперь это опасно! Мы встретились лицом к лицу на этом проклятом дне рождения! Что, если она что-то заподозрит? Что, если кто-то проболтается?»
1,5 года в браке, 3 года отношений. Счастливых, трепетных, моих. Но неожиданное возвращение домой раньше срока оборачивается моей личной трагедией. Мой муж мне изменяет, но почему лицо его любовницы кажется мне немного знакомым.
«Марк, когда ты наконец разведешься? Я устала прятаться! Мы должны были уже давно все закончить, получить деньги и уехать. А ты тянешь время!»
«Детка, успокойся. Я не могу просто взять и уйти. Нужно выжать из нее побольше. Ты же сама говорила, что надо действовать умно».
«Умно - да, но не бесконечно! Я едва сдержалась на ее дне рождения, чтобы не рассказать ей, какая она жалкая! Ты представляешь, как мне было тошно смотреть на Вас с ней»
«Я понимаю, солнышко. Но потерпи еще немного. Скоро мы получим то, что нам нужно, и уедем. Обещаю».
«Марк, теперь это опасно! Мы встретились лицом к лицу на этом проклятом дне рождения! Что, если она что-то заподозрит? Что, если кто-то проболтается?»
1,5 года в браке, 3 года отношений. Счастливых, трепетных, моих. Но неожиданное возвращение домой раньше срока оборачивается моей личной трагедией. Мой муж мне изменяет, но почему лицо его любовницы кажется мне немного знакомым.
– Здравствуйте, Жанна. А вы разве не собираетесь съезжать из квартиры? Неделя, которую вам дал Игнат, уже закончилась, – со сладкой улыбочкой протянула Маша, поймав меня у подъезда.
И меня поражала наглость этой девчонки, не знавшей границ.
– С какой это радости я должна съезжать из своей квартиры?
– В смысле? Это же квартира Игната!
– Наверное, мой муж ввёл тебя в заблуждение, чтобы затащить в кровать. Но скажу так, у него нет своей квартиры, он не богат и он ещё не выплатил кредит за машину, в которой тебя катает.
Теперь уже я сладко улыбнулась, пройдя мимо этой дуры.
И меня поражала наглость этой девчонки, не знавшей границ.
– С какой это радости я должна съезжать из своей квартиры?
– В смысле? Это же квартира Игната!
– Наверное, мой муж ввёл тебя в заблуждение, чтобы затащить в кровать. Но скажу так, у него нет своей квартиры, он не богат и он ещё не выплатил кредит за машину, в которой тебя катает.
Теперь уже я сладко улыбнулась, пройдя мимо этой дуры.
Муж уходит от меня к беременной любовнице после одиннадцати лет вместе.
Ему — новая любовь, ребёнок и жизнь с чистого листа. Мне — ипотека на четырнадцать лет, кредит за наш ремонт и предложение не жаловаться, ведь он великодушно «оставляет мне всё».
В тот вечер я еще не знаю, как буду жить дальше.
И точно не знаю, что однажды бывший муж захочет вернуть то, от чего сегодня так легко отказался.
Только будет поздно.
Ему — новая любовь, ребёнок и жизнь с чистого листа. Мне — ипотека на четырнадцать лет, кредит за наш ремонт и предложение не жаловаться, ведь он великодушно «оставляет мне всё».
В тот вечер я еще не знаю, как буду жить дальше.
И точно не знаю, что однажды бывший муж захочет вернуть то, от чего сегодня так легко отказался.
Только будет поздно.
- Папа, это твой ребенок! Я не собираюсь его растить, как своего.
- А я - содержать дебильную кровиночку-оболтуса, который сидит напротив. Или соглашаешься, или шуруй прочь из моего дома. Достал. Выел все кишки своими выходками. Ты понимаешь, что за то, что сделал, можешь присесть? - рычу. - Игры давно закончились, придурок! - не подбираю слов.
Андрей вжимается в спинку дивана.
- И что теперь? Предлагаешь снова предать мать? Она любит тебя, отец, вы с юности вместе. Неужели нельзя быть нормальным, превратился в какое-то говно, а не человека, которого я искренне уважал.
Пропускаю мимо ушей его эпитеты.
- Я тоже люблю Марину, но чувства не решат проблем. Женишься на Ксении, будете жить в нашем доме, а там - разберемся.
- А я - содержать дебильную кровиночку-оболтуса, который сидит напротив. Или соглашаешься, или шуруй прочь из моего дома. Достал. Выел все кишки своими выходками. Ты понимаешь, что за то, что сделал, можешь присесть? - рычу. - Игры давно закончились, придурок! - не подбираю слов.
Андрей вжимается в спинку дивана.
- И что теперь? Предлагаешь снова предать мать? Она любит тебя, отец, вы с юности вместе. Неужели нельзя быть нормальным, превратился в какое-то говно, а не человека, которого я искренне уважал.
Пропускаю мимо ушей его эпитеты.
- Я тоже люблю Марину, но чувства не решат проблем. Женишься на Ксении, будете жить в нашем доме, а там - разберемся.
Подборка романов о разводе
Выберите полку для книги