Книги в жанре «Современная проза» по тегу «razvod»
— У меня есть другая, — сказал муж.
— Давно?
— Давно.
Он жил на два дома и считал, что я ничего не замечаю. Одна женщина — дома и воспитывает ребёнка.
Другая — для тела и новой жизни.
Я не закатывала скандалы и не просила остаться. Я просто посмотрела, как его ложь начала рушиться, как любовница стала требовать больше, а уверенность — исчезать.
Любовь ушла быстро. Осталась только жалость.
Это история об измене, после которой не возвращаются назад.
— Давно?
— Давно.
Он жил на два дома и считал, что я ничего не замечаю. Одна женщина — дома и воспитывает ребёнка.
Другая — для тела и новой жизни.
Я не закатывала скандалы и не просила остаться. Я просто посмотрела, как его ложь начала рушиться, как любовница стала требовать больше, а уверенность — исчезать.
Любовь ушла быстро. Осталась только жалость.
Это история об измене, после которой не возвращаются назад.
— Ты сегодня домой приедешь? — спрашиваю тихо, прижимая телефон к уху.
— Нет, — отвечает он спокойно. — Я теперь живу не с тобой. Я вообще… никогда тебя не любил.
Я стою в коридоре нашего дома и понимаю, что всё это время жила с чужим человеком. Клуб, деньги, улыбки, уверенность — у него была вторая жизнь. Даже не одна. А я была удобной. Терпеливой. Последней, кому он считал нужным что-то объяснять.
Под бой курантов рушится семья, а впереди — развод, разборки, давление и попытка сломать меня деньгами. Но он ошибся. Потому что я не собираюсь молчать. И когда в игру вмешивается тот, от кого он этого не ждал, бумеранг летит обратно.
Что будет, если женщина, которую предали в новогоднюю ночь, перестанет быть удобной — и начнёт жить по своим правилам?
— Нет, — отвечает он спокойно. — Я теперь живу не с тобой. Я вообще… никогда тебя не любил.
Я стою в коридоре нашего дома и понимаю, что всё это время жила с чужим человеком. Клуб, деньги, улыбки, уверенность — у него была вторая жизнь. Даже не одна. А я была удобной. Терпеливой. Последней, кому он считал нужным что-то объяснять.
Под бой курантов рушится семья, а впереди — развод, разборки, давление и попытка сломать меня деньгами. Но он ошибся. Потому что я не собираюсь молчать. И когда в игру вмешивается тот, от кого он этого не ждал, бумеранг летит обратно.
Что будет, если женщина, которую предали в новогоднюю ночь, перестанет быть удобной — и начнёт жить по своим правилам?
— Мам, а почему папа с тётей Кирой шепчется?
— Они просто разговаривают, солнышко.
Я улыбаюсь дочке и делаю вид, что всё в порядке. Новый год, полный дом гостей, свекровь за столом, муж рядом — как всегда. А через несколько минут случайно услышанный разговор ломает всё.
Муж изменяет. Он врёт мне каждый день.
В один вечер рушится не просто брак. Рушится ощущение, что ты вообще знала этого человека все эти годы.
Что делать, когда понимаешь: у мужа давно другая жизнь, а ты для него — просто удобный вариант? И как не сломаться, когда предательство переворачивает всё с ног на голову и заставляет начинать заново?
— Они просто разговаривают, солнышко.
Я улыбаюсь дочке и делаю вид, что всё в порядке. Новый год, полный дом гостей, свекровь за столом, муж рядом — как всегда. А через несколько минут случайно услышанный разговор ломает всё.
Муж изменяет. Он врёт мне каждый день.
В один вечер рушится не просто брак. Рушится ощущение, что ты вообще знала этого человека все эти годы.
Что делать, когда понимаешь: у мужа давно другая жизнь, а ты для него — просто удобный вариант? И как не сломаться, когда предательство переворачивает всё с ног на голову и заставляет начинать заново?
— Костя? — голос предательски дрогнул. — Что ты здесь делаешь?
Я окинула взглядом полураздетого мужа, который стоял в квартире моей родной сестры так, будто всё происходящее было чем-то обыденным.
Сестра застыла на месте, лишь часто моргая. Она нервно запахнула халат, пытаясь прикрыть кружевной пеньюар.
— Ты не так всё поняла, Эля! — скомканно выдавил Костя, делая шаг вперёд, будто хотел оправдаться.
— Да как вы могли?! — голос сорвался, ноги вдруг стали ватными, комната поплыла перед глазами.
— Эль… Костя прав, всё не так, как ты думаешь… — Диана наконец заговорила.
— А, ну да, конечно, — я горько усмехнулась, — Мой муж стоит у тебя дома по пояс раздетый, а я, значит, просто что-то неправильно поняла. Просто превосходно.
И вдруг из меня вырвался смех — резкий, истеричный, слишком громкий.
Только это был не смех радости, это была боль. И момент, когда рушится всё — доверие, любовь и вера в самых близких людей.
Я окинула взглядом полураздетого мужа, который стоял в квартире моей родной сестры так, будто всё происходящее было чем-то обыденным.
Сестра застыла на месте, лишь часто моргая. Она нервно запахнула халат, пытаясь прикрыть кружевной пеньюар.
— Ты не так всё поняла, Эля! — скомканно выдавил Костя, делая шаг вперёд, будто хотел оправдаться.
— Да как вы могли?! — голос сорвался, ноги вдруг стали ватными, комната поплыла перед глазами.
— Эль… Костя прав, всё не так, как ты думаешь… — Диана наконец заговорила.
— А, ну да, конечно, — я горько усмехнулась, — Мой муж стоит у тебя дома по пояс раздетый, а я, значит, просто что-то неправильно поняла. Просто превосходно.
И вдруг из меня вырвался смех — резкий, истеричный, слишком громкий.
Только это был не смех радости, это была боль. И момент, когда рушится всё — доверие, любовь и вера в самых близких людей.
Я родила ребенка, муж позвал свою маму помогать, и тут начался ад. Оказалось, свекровь меня ненавидит! Я сказала мужу, но он не хочет слышать, а свекровь решает сосватать ему другую!
― Мам, ну хватит. Кристина ― моя жена.
Я замерла и стала прислушиваться.
― И раньше я не высказывалась против, но теперь вижу, какая она плохая хозяйка. Как ты с ней жить-то дальше будешь?
― Обыкновенно, раньше же как-то жил.
― В том-то и дело, что как попало жил! А если я уеду, кто тебя кормить будет? Стирать? Рубашки гладить? Ты же руководитель отдела, должен выглядеть соответствующе!
― Мам...
― И вообще, Верочка тебе идеально подходит!
При упоминании другой женщины, сердце сжалось в груди. Снова она сватала ему какую-то таинственную Веру.
― Ты же сама была против этой самой Верочки когда-то, ― ответил муж.
― Ну то ― тогда, а то ― сейчас. Теперь я очень даже «за». Она в ресторане поваром работает, знает, как накормить и зарабатывает хорошо! И деток любит, о Даньке хорошо позаботиться сможет.
― Мам, ну хватит. Кристина ― моя жена.
Я замерла и стала прислушиваться.
― И раньше я не высказывалась против, но теперь вижу, какая она плохая хозяйка. Как ты с ней жить-то дальше будешь?
― Обыкновенно, раньше же как-то жил.
― В том-то и дело, что как попало жил! А если я уеду, кто тебя кормить будет? Стирать? Рубашки гладить? Ты же руководитель отдела, должен выглядеть соответствующе!
― Мам...
― И вообще, Верочка тебе идеально подходит!
При упоминании другой женщины, сердце сжалось в груди. Снова она сватала ему какую-то таинственную Веру.
― Ты же сама была против этой самой Верочки когда-то, ― ответил муж.
― Ну то ― тогда, а то ― сейчас. Теперь я очень даже «за». Она в ресторане поваром работает, знает, как накормить и зарабатывает хорошо! И деток любит, о Даньке хорошо позаботиться сможет.
– Не думал, что ты станешь следить за мной, – сухо произнёс Давид, смотря на меня без тени сожаления или раскаяния.
– Не думала, что ты будешь мне изменять.
– К этому всё шло. Я уже давно давал тебе понять, что ты меня не возбуждаешь, но ты будто не хотела замечать свои недостатки, запуская себя всё сильнее и сильнее.
– Поэтому ты решил мне изменять? То есть, измена была лучшим решением?
Девять лет брака, трое сыновей и вот такой вот печальный исход – измена. Но и помимо неверности Давид не был образцовым мужем, превратив меня в слабую, зависящую от него женщину.
Но, по-моему, настало время всё изменить.
– Не думала, что ты будешь мне изменять.
– К этому всё шло. Я уже давно давал тебе понять, что ты меня не возбуждаешь, но ты будто не хотела замечать свои недостатки, запуская себя всё сильнее и сильнее.
– Поэтому ты решил мне изменять? То есть, измена была лучшим решением?
Девять лет брака, трое сыновей и вот такой вот печальный исход – измена. Но и помимо неверности Давид не был образцовым мужем, превратив меня в слабую, зависящую от него женщину.
Но, по-моему, настало время всё изменить.
— Мам, а ты знала, что папа вечером помогает тёте Кате? Она красивая.
— Какой Кате?
— Ну… тренер, куда я хожу после школы.
Я сначала даже не поняла, о чём речь. Какая ещё Катя? С работы? Из школы? Что я не знаю?
Муж не говорил. Муж вообще стал говорить меньше. Зато телефон — чаще держать экраном вниз. Зато «задержки» стали привычными. Зато я всё чаще ловила себя на мысли, что в нашем доме для меня осталось слишком мало места.
Я не искала измену. Я просто начала складывать факты. И когда они сложились, стало ясно: я — лишняя в собственном браке.
Он был уверен, что я промолчу. Что проглочу. Что ради ребёнка сделаю вид, будто ничего не происходит. Он ошибся. Потому что предательство — это не только другая женщина.
Это момент, когда тебя перестают считать человеком.
А я напомню. И себе, и ему.
— Какой Кате?
— Ну… тренер, куда я хожу после школы.
Я сначала даже не поняла, о чём речь. Какая ещё Катя? С работы? Из школы? Что я не знаю?
Муж не говорил. Муж вообще стал говорить меньше. Зато телефон — чаще держать экраном вниз. Зато «задержки» стали привычными. Зато я всё чаще ловила себя на мысли, что в нашем доме для меня осталось слишком мало места.
Я не искала измену. Я просто начала складывать факты. И когда они сложились, стало ясно: я — лишняя в собственном браке.
Он был уверен, что я промолчу. Что проглочу. Что ради ребёнка сделаю вид, будто ничего не происходит. Он ошибся. Потому что предательство — это не только другая женщина.
Это момент, когда тебя перестают считать человеком.
А я напомню. И себе, и ему.
— Ты правда думаешь, я ничего не вижу?
— Лена, не устраивай сцен.
— Я не устраиваю. Я ухожу. Мы разводимся.
Я верила мужу. Врачу. Отцу моего сына. Человеку, с которым прожила годы.
Пока не увидела его с другой. Коллегой. Женщиной, которой доверяла.
Меня предали тихо. Унизили — на глазах у всех.
Я могла закрыть глаза. Но выбрала иначе. Больше никаких оправданий. Никаких уступок.
Это история о предательстве, боли и женщине, которая не стала терпеть.
— Лена, не устраивай сцен.
— Я не устраиваю. Я ухожу. Мы разводимся.
Я верила мужу. Врачу. Отцу моего сына. Человеку, с которым прожила годы.
Пока не увидела его с другой. Коллегой. Женщиной, которой доверяла.
Меня предали тихо. Унизили — на глазах у всех.
Я могла закрыть глаза. Но выбрала иначе. Больше никаких оправданий. Никаких уступок.
Это история о предательстве, боли и женщине, которая не стала терпеть.
— Денис… ты что делаешь?
Он даже не отстранился. Только посмотрел на меня раздражённо.
— Выйди, Полина. Не сейчас. Дома поговорим.
Молодая ординаторша сидела на его столе. Халат распахнут, руки на его плечах.
Я стояла в дверях и не могла пошевелиться. В голове было пусто. Ни крика. Ни слёз. Только гул.
В этот момент я поняла: у мужа есть другая. И это не «ошибка». Я подала на развод.
За этим началась война — давление, угрозы, попытки свекрови сломать меня.
История о предательстве. О женщине, которая не простила. И о жизни, где счастье начинается после слова «хватит».
Он даже не отстранился. Только посмотрел на меня раздражённо.
— Выйди, Полина. Не сейчас. Дома поговорим.
Молодая ординаторша сидела на его столе. Халат распахнут, руки на его плечах.
Я стояла в дверях и не могла пошевелиться. В голове было пусто. Ни крика. Ни слёз. Только гул.
В этот момент я поняла: у мужа есть другая. И это не «ошибка». Я подала на развод.
За этим началась война — давление, угрозы, попытки свекрови сломать меня.
История о предательстве. О женщине, которая не простила. И о жизни, где счастье начинается после слова «хватит».
План был прост. Собраться с подругами после работы и заехать к Яне, чтобы поздравить её с днём рождения и поддержать, ведь она так неудачно заболела. Но оказалось, что не только у меня был подарок для старой подруги, но и у неё кое-что имелось, а именно мой муж, которого я застала в её квартире, в одних трусах, купленных мной же, и с бантом на шее.
– Ну, так получилось, – вот что ответил Кирилл, когда я задала вполне логичный вопрос «Какого чёрта он мне изменяет?».
Так получилось!
Лучше бы муж вообще ничего не говорил, чем оправдывался подобным бредом. Да это даже оправданием нельзя назвать!
– Руслана, предупреждаю...
– Ах, ты меня ещё и предупреждать вздумал!
– Успокойся, пока я окончательно не озверел.
– И что же ты сделаешь, зверь ты мой ненасытный? Ты давай, говори, не бойся. Но учти, что сейчас у меня только одно желание – кастрировать тебя к чёртовой бабушке!
– Ну, так получилось, – вот что ответил Кирилл, когда я задала вполне логичный вопрос «Какого чёрта он мне изменяет?».
Так получилось!
Лучше бы муж вообще ничего не говорил, чем оправдывался подобным бредом. Да это даже оправданием нельзя назвать!
– Руслана, предупреждаю...
– Ах, ты меня ещё и предупреждать вздумал!
– Успокойся, пока я окончательно не озверел.
– И что же ты сделаешь, зверь ты мой ненасытный? Ты давай, говори, не бойся. Но учти, что сейчас у меня только одно желание – кастрировать тебя к чёртовой бабушке!
Подборка романов о разводе
Выберите полку для книги