Книги в жанре «Романы о неверности»
Лариса прожила с гражданским мужем десять лет. После переезда в Питер они отдалились друг от друга. Но измена Андрея все равно оказалась для нее ударом. Как выжить, когда мир под ногами рушится?
🧡КНИГА ПОЛНОСТЬЮ ЗАВЕРШЕНА! ПЕРВЫЕ ДНИ ЦЕНА САМАЯ НИЗКАЯ!🧡
— Твоему мужу нужно особое внимание, Арина. Жене на этом сеансе быть не обязательно... — промурлыкала психолог, медленно поправляя вырез платья.
Марк даже не посмотрел в мою сторону. Он буквально пожирал взглядом ту, что должна была «спасать» наш брак.
А вечером я нашла записку, от которой в глазах потемнело: «Сегодня в 20:00. В этот раз буду без халата».
Они думали, я раздавленная мышка. Что я буду плакать в пустой квартире, пока они делят постель в моем доме.
Но я не пойду к адвокатам. Я пойду к нему. К Артему Волкову.
К человеку, который владеет этой клиникой. К гению, чей взгляд прошибает насквозь. И к законному мужу той самой женщины, что решила залезть в штаны к моему супругу.
Я пришла к нему за местью. Но когда он закрыл дверь кабинета на ключ и подошёл ко мне вплотную, я поняла: в этой игре у доктора Волкова совсем другие правила...
— Твоему мужу нужно особое внимание, Арина. Жене на этом сеансе быть не обязательно... — промурлыкала психолог, медленно поправляя вырез платья.
Марк даже не посмотрел в мою сторону. Он буквально пожирал взглядом ту, что должна была «спасать» наш брак.
А вечером я нашла записку, от которой в глазах потемнело: «Сегодня в 20:00. В этот раз буду без халата».
Они думали, я раздавленная мышка. Что я буду плакать в пустой квартире, пока они делят постель в моем доме.
Но я не пойду к адвокатам. Я пойду к нему. К Артему Волкову.
К человеку, который владеет этой клиникой. К гению, чей взгляд прошибает насквозь. И к законному мужу той самой женщины, что решила залезть в штаны к моему супругу.
Я пришла к нему за местью. Но когда он закрыл дверь кабинета на ключ и подошёл ко мне вплотную, я поняла: в этой игре у доктора Волкова совсем другие правила...
Пока я была на дежурстве, муж поехал навестить маму и помочь ей с огородом.
Вот только парился он не в деревенской бане, а в новом аквакомплексе, где случайно попал в объектив моей подруги. Он целовался у всех на виду со своей коллегой Викторией.
Дома я обнаружила пропажу всех семейных накоплений, а уже на следующий день любовница похвасталась на своей страничке новеньким автомобилем.
Что ж, предатель, ты вернешь все деньги и дорого заплатишь за измену!
Вот только парился он не в деревенской бане, а в новом аквакомплексе, где случайно попал в объектив моей подруги. Он целовался у всех на виду со своей коллегой Викторией.
Дома я обнаружила пропажу всех семейных накоплений, а уже на следующий день любовница похвасталась на своей страничке новеньким автомобилем.
Что ж, предатель, ты вернешь все деньги и дорого заплатишь за измену!
Запись продолжилась, и следующий голос был слишком родным и знакомым.
– Пойдем в постельку. Времени мало, через пару часиков вернется грымза. А мне столько всего хочется пощупать.
Слова прозвучали игриво и откровенно. Мозг попытался не принять смысл сразу, на мгновение предложил мне спасительную глупость, что я что-то не так расслышала, что это шутка, что у Арнольда дурацкое чувство юмора, но женский голос ответил слишком уверенно, слишком по-хозяйски.
– Сам виноват. Ты все тянешь. Давно пора развестись. Кувыркались бы в постельке сколько угодно.
Раздался неприятный смешок мужа.
– Разве тебе плохо, когда я выполняю все твои капризы за ее счет? Она хорошо получает, и мы с тобой пользуемся заработанными моей женой средствами. Отдых в прошлом году на море? Зимний Байкал? Она же ничего не контролирует, доверяет мне полностью, а я все свои доходы вывожу из семьи. Скоро я скрою все средства, я не собираюсь оставлять ей квартиру после развода. И делить тоже. Поэтому надо пока потерпеть.
– Пойдем в постельку. Времени мало, через пару часиков вернется грымза. А мне столько всего хочется пощупать.
Слова прозвучали игриво и откровенно. Мозг попытался не принять смысл сразу, на мгновение предложил мне спасительную глупость, что я что-то не так расслышала, что это шутка, что у Арнольда дурацкое чувство юмора, но женский голос ответил слишком уверенно, слишком по-хозяйски.
– Сам виноват. Ты все тянешь. Давно пора развестись. Кувыркались бы в постельке сколько угодно.
Раздался неприятный смешок мужа.
– Разве тебе плохо, когда я выполняю все твои капризы за ее счет? Она хорошо получает, и мы с тобой пользуемся заработанными моей женой средствами. Отдых в прошлом году на море? Зимний Байкал? Она же ничего не контролирует, доверяет мне полностью, а я все свои доходы вывожу из семьи. Скоро я скрою все средства, я не собираюсь оставлять ей квартиру после развода. И делить тоже. Поэтому надо пока потерпеть.
Кирилл протянул купюры быстро, уверенно, как человек, который заранее знает, сколько стоит покупка. Женщина рядом наклонилась к нему и тихо сказала:
— Кирилл, ну может, не надо… Ты меня так балуешь. Мне неловко.
– У моей Алины все должно быть лучшим.
Я услышала отчетливо, потому что стояла совсем близко. Женщина улыбнулась и легонько тронула его за рукав. Кирилл наклонился к ней, сказал еще что-то вполголоса, и она рассмеялась.
Мне не понадобились дополнительные доказательства. Десять тысяч, которые пропали, сейчас лежали на стойке горкой соток в виде покупки на девять девятьсот девяносто. Та самая сумма, которая пропала из конверта. Которую взял мой муж на подарок любовнице.
— Кирилл, ну может, не надо… Ты меня так балуешь. Мне неловко.
– У моей Алины все должно быть лучшим.
Я услышала отчетливо, потому что стояла совсем близко. Женщина улыбнулась и легонько тронула его за рукав. Кирилл наклонился к ней, сказал еще что-то вполголоса, и она рассмеялась.
Мне не понадобились дополнительные доказательства. Десять тысяч, которые пропали, сейчас лежали на стойке горкой соток в виде покупки на девять девятьсот девяносто. Та самая сумма, которая пропала из конверта. Которую взял мой муж на подарок любовнице.
Алиса привыкла быть тенью своего успешного мужа. Пока однажды тень не исчезла — вместе с деньгами, бизнесом и очередной любовницей.
Теперь он вернулся. Нищий, «прозревший», готовый простить её растолстевшую фигуру и «просто так» занять место подле семью.
Но он не знает, что за время его отсутствия она обрела не только новое тело. Она обрела вкус к жизни. И мужчину, который смотрит на неё иначе.
Осторожно, Тимур. В твоем кресле теперь сидит другой.
Теперь он вернулся. Нищий, «прозревший», готовый простить её растолстевшую фигуру и «просто так» занять место подле семью.
Но он не знает, что за время его отсутствия она обрела не только новое тело. Она обрела вкус к жизни. И мужчину, который смотрит на неё иначе.
Осторожно, Тимур. В твоем кресле теперь сидит другой.
Она прошла через ад. Измены мужа, нищету, унижения, борьбу за детей и попытки встать на ноги. Алиса Ветрова, когда-то толстая домохозяйка в старом халате, теперь владелица успешного салона красоты, счастливая жена и мать троих детей. Казалось бы — вот он, хэппи-энд. Живи и радуйся.
Но ирония судьбы не дремлет.
В один день рушится всё. Костя, её любимый муж, отец её младшей дочери, узнаёт страшную тайну: он никогда не сможет иметь детей. А значит, Соня — не его дочь.
Пока Алиса пытается понять, как такое могло случиться, прошлое возвращается в самом страшном обличье. Эльвира, изгнанная и униженная, собирает силы для решающего удара. У неё есть компромат, способный разрушить не только бизнес Алисы, но и её семью. И готова заплатить любую цену, лишь бы стереть счастливую соперницу в пыль.
Тимур, бывший муж, который наконец-то обрёл покой, вынужден снова войти в жизнь Алисы. Потому что правда о происхождении Сони может изменить всё. Но готов ли он признать то, чего сам не помни
Но ирония судьбы не дремлет.
В один день рушится всё. Костя, её любимый муж, отец её младшей дочери, узнаёт страшную тайну: он никогда не сможет иметь детей. А значит, Соня — не его дочь.
Пока Алиса пытается понять, как такое могло случиться, прошлое возвращается в самом страшном обличье. Эльвира, изгнанная и униженная, собирает силы для решающего удара. У неё есть компромат, способный разрушить не только бизнес Алисы, но и её семью. И готова заплатить любую цену, лишь бы стереть счастливую соперницу в пыль.
Тимур, бывший муж, который наконец-то обрёл покой, вынужден снова войти в жизнь Алисы. Потому что правда о происхождении Сони может изменить всё. Но готов ли он признать то, чего сам не помни
Узнать о предательстве мужа – страшно. Узнать о нём на парковке аэропорта, глядя на раскачивающийся семейный минивэн и слыша из него женские стоны – унизительно. Но Ребекка Барнс не из тех, кто просто плачет в подушку от боли. Застав мужа с коллегой на месте преступления, мужественная помощница врача и мать троих детей не впадает в истерику. Она вызывает полицию, снимает видео и хладнокровно планирует свой развод – на живую, безо всяких обезболов.
Но Бекки ещё не знает, что в этой истории ей достался неожиданный союзник – офицер Адам Ньюман, который приехал на странный вызов, никак не ожидая, что дело коснётся и его семьи.
Но Бекки ещё не знает, что в этой истории ей достался неожиданный союзник – офицер Адам Ньюман, который приехал на странный вызов, никак не ожидая, что дело коснётся и его семьи.
На видео симпатичная, ухоженная блондинка порхала по моей комнате.
На моем любимом журнальном столике – дешевая ваза с сухоцветами, которую я в жизни бы не купила. И ни одной моей вещи в кадре.
Блондинка повернулась к камере и с придыханием произнесла:
– Девочки, многие спрашивают, как я решилась на переезд. Это было сложно, но когда ты находишь мужчину, который разделяет твое чувство прекрасного... Это любовь! – она мечтательно закатила глаза. – Сегодня у нас рум-тур по моему новому гнездышку, которое я наконец-то очистила от лишнего хлама!
Камера скользнула в сторону прихожей. Там, на вешалке, где должен был висеть мой тренч, висела мужская кожаная куртка моего мужа, а под ней – чужой женский плащ.
***
Пока я была в отъезде, муж избавился от всех моих вещей, будто меня никогда и не было в нашей квартире!
На моем любимом журнальном столике – дешевая ваза с сухоцветами, которую я в жизни бы не купила. И ни одной моей вещи в кадре.
Блондинка повернулась к камере и с придыханием произнесла:
– Девочки, многие спрашивают, как я решилась на переезд. Это было сложно, но когда ты находишь мужчину, который разделяет твое чувство прекрасного... Это любовь! – она мечтательно закатила глаза. – Сегодня у нас рум-тур по моему новому гнездышку, которое я наконец-то очистила от лишнего хлама!
Камера скользнула в сторону прихожей. Там, на вешалке, где должен был висеть мой тренч, висела мужская кожаная куртка моего мужа, а под ней – чужой женский плащ.
***
Пока я была в отъезде, муж избавился от всех моих вещей, будто меня никогда и не было в нашей квартире!
Третий звонок подряд. Вибрация была такой сильной, что телефон начал медленно ползти по тумбочке.
– Демид! Тебе звонят! – крикнула я, но шум воды в ванной заглушал мой голос.
Я не выдержала и подошла к кровати. Страх за мужа перевесил все мои представления о личных границах. Если это угрозы, я должна знать. Ведь это о моем муже. Я протянула руку и смахнула значок приема, даже не поднося трубку к уху.
Но я не успела произнести ни слова.
– Любимый… ну почему ты молчишь? – из динамика вырвался женский голос. Он был молодым, сбивчивым, почти переходящим в шепот. – Я места себе не нахожу! Прошу тебя, скажи хоть слово… я не могу так больше. Ответь мне, пожалуйста!
Я застыла, чувствуя, как внутри все леденеет. Телефон казался раскаленным, он обжигал мне ладонь. Голос в трубке был полон такого неприкрытого, интимного отчаяния, что все мои попытки придумать логичное объяснение рассыпались в пыль.
– Демид! Тебе звонят! – крикнула я, но шум воды в ванной заглушал мой голос.
Я не выдержала и подошла к кровати. Страх за мужа перевесил все мои представления о личных границах. Если это угрозы, я должна знать. Ведь это о моем муже. Я протянула руку и смахнула значок приема, даже не поднося трубку к уху.
Но я не успела произнести ни слова.
– Любимый… ну почему ты молчишь? – из динамика вырвался женский голос. Он был молодым, сбивчивым, почти переходящим в шепот. – Я места себе не нахожу! Прошу тебя, скажи хоть слово… я не могу так больше. Ответь мне, пожалуйста!
Я застыла, чувствуя, как внутри все леденеет. Телефон казался раскаленным, он обжигал мне ладонь. Голос в трубке был полон такого неприкрытого, интимного отчаяния, что все мои попытки придумать логичное объяснение рассыпались в пыль.
Выберите полку для книги