Книги в жанре «Романы о неверности»
Застегиваю сумку, прохожу мимо него в прихожую, сую ноги в сандалии.
— Ты куда? — кричит он вслед, и вот тут в его голосе впервые за вечер настоящий страх.
Оборачиваюсь в дверях, улыбаюсь:
— Как куда? Отдыхать и расслабляться! Я ведь теперь свободна! Ах да, чуть не забыла сказать. У меня тоже есть мужчина. Молодой, симпатичный. Устала прятаться, если честно. Ариведерчи!
Открываю дверь. Выхожу, оборачиваюсь.
— Пельмени не переварите…Пока!
— Ты куда? — кричит он вслед, и вот тут в его голосе впервые за вечер настоящий страх.
Оборачиваюсь в дверях, улыбаюсь:
— Как куда? Отдыхать и расслабляться! Я ведь теперь свободна! Ах да, чуть не забыла сказать. У меня тоже есть мужчина. Молодой, симпатичный. Устала прятаться, если честно. Ариведерчи!
Открываю дверь. Выхожу, оборачиваюсь.
— Пельмени не переварите…Пока!
Я испекла торт беременной любовнице мужа. Сама. В день двенадцатой годовщины нашей свадьбы.
«Папа, жди сына!» — написала голубым кремом. А потом увидела адрес доставки. Наша квартира. Та, которую мы берегли для его дочери.
— Серёжа сказал, вы уже всё знаете. И сами предложили испечь нам этот торт.
Дарья уверена, что мы с Сергеем разведены уже два года. Я ещё утром целовала мужа перед работой.
Но измена — только начало. В его папке лежит письмо, которое я должна была получить четырнадцать лет назад. Мужчина, написавший его, помнит мой ответ. А я впервые вижу эти строки.
Мне тридцать пять. У меня своя пекарня, чужая ложь вместо брака и Керем Демир — богатый, взрослый, невозможный красавец, рядом с которым хочется остаться.
Даже если его капибара уже взяла мою сумку в залог.
Чтобы снова поверить мужчине, мне нужно узнать правду. Что муж сделал с моей жизнью ещё до того, как я стала его женой?
«Папа, жди сына!» — написала голубым кремом. А потом увидела адрес доставки. Наша квартира. Та, которую мы берегли для его дочери.
— Серёжа сказал, вы уже всё знаете. И сами предложили испечь нам этот торт.
Дарья уверена, что мы с Сергеем разведены уже два года. Я ещё утром целовала мужа перед работой.
Но измена — только начало. В его папке лежит письмо, которое я должна была получить четырнадцать лет назад. Мужчина, написавший его, помнит мой ответ. А я впервые вижу эти строки.
Мне тридцать пять. У меня своя пекарня, чужая ложь вместо брака и Керем Демир — богатый, взрослый, невозможный красавец, рядом с которым хочется остаться.
Даже если его капибара уже взяла мою сумку в залог.
Чтобы снова поверить мужчине, мне нужно узнать правду. Что муж сделал с моей жизнью ещё до того, как я стала его женой?
Этот мужчина вернулся в мою жизнь совершенно неожиданно и отчего-то сразу решил, что я должна принадлежать лишь ему одному. Вот только у меня уже есть семья. Но он не сдается, искренне веря: у нас еще все впереди.
История о любви, на которую у некоторых просто не хватает смелости.
История о любви, на которую у некоторых просто не хватает смелости.
— Малыш, я сказал, что переведу нужную сумму. Ведение беременности я уже оплатил, — произнес мой муж мягко. — Не надо слез. Я всё решу. Нет. Лера ничего не знает.
В ушах зазвенело.
Я не могла сделать вдох, будто воздух превратился в кисель. Машинально оперлась ладонью о стену, чувствуя, как под ребрами разливается ледяной холод.
В голове метались хаотичные мысли.
Кому мой муж мог оплатить ведение беременности? Сотруднице? Тогда почему ее зовут Малыш?
И почему Лера, то есть я, ничего не знает?
Муж изменил мне, но вместо слов извинений я услышала холодное "Если ты сейчас переступишь этот порог... я сделаю так, что ты приползешь ко мне сама".
И он не соврал.
В ушах зазвенело.
Я не могла сделать вдох, будто воздух превратился в кисель. Машинально оперлась ладонью о стену, чувствуя, как под ребрами разливается ледяной холод.
В голове метались хаотичные мысли.
Кому мой муж мог оплатить ведение беременности? Сотруднице? Тогда почему ее зовут Малыш?
И почему Лера, то есть я, ничего не знает?
Муж изменил мне, но вместо слов извинений я услышала холодное "Если ты сейчас переступишь этот порог... я сделаю так, что ты приползешь ко мне сама".
И он не соврал.
– Ты забрал браслет из подгонки сегодня днем. В нашу годовщину. Ты вез его в одной машине с моими цветами. Люди, которые собираются разорвать связь, не возят чужие ювелирные украшения в сервис.
Он замялся. Глаза забегали, ища спасительную зацепку на обоях.
– Она давно просила его уменьшить. Я просто закрыл этот вопрос, чтобы больше не пересекаться.
– Как долго это длится, Максим?
– Я же сказал...
– Не ври мне. Только не сегодня. Как долго?
Он опустил голову, сдаваясь под напором простых фактов.
– С прошлого лета.
Почти год.
Я почувствовала, как легкие отказались делать вдох. Год. Двенадцать месяцев двойной жизни.
Он замялся. Глаза забегали, ища спасительную зацепку на обоях.
– Она давно просила его уменьшить. Я просто закрыл этот вопрос, чтобы больше не пересекаться.
– Как долго это длится, Максим?
– Я же сказал...
– Не ври мне. Только не сегодня. Как долго?
Он опустил голову, сдаваясь под напором простых фактов.
– С прошлого лета.
Почти год.
Я почувствовала, как легкие отказались делать вдох. Год. Двенадцать месяцев двойной жизни.
Этот мир был слишком жесток. Драконы. Истинные пары. Когда между истинными была любовь – это прекрасно, и даже можно испытать чувства и эмоции друг друга. Но у всего есть обратная сторона. Не все способны на любовь. И когда мужчина-дракон изменяет, всё это чувствует его истинная пара. Похоть, вожделение, и даже пик наслаждения! Но одну несчастную девушку такое не устраивало, и она решила отомстить дракону. Это история будет о сладкой и грешной мести 🔥🤭
РОМАН. ЗАКОНЧЕН
За ужином муж признался мне в измене!
— Всё умерло, Лена. И ты в этом виновата не меньше.
Вот тут меня начинает бомбить.
— Я?! Виновата, что ты кобель и предатель?!
— Ты на себя посмотри, — спокойно говорит он. — Ты вообще видела себя со стороны? Ты же причёску уже с десяток лет не меняла! Сейчас столько технологий — могла бы грудь себе сделать, губы… но ты лентяйка! Только работа, дом, да шитьё твоё дурацкое! Ты угасла, Лена. Ты стала неинтересной.
— Ты мне это сейчас серьёзно говоришь?!
— Абсолютно. Илона совсем другая. Она молодая, упругая, ухоженная.
Всегда готова к сексу. А ты — пресная, — он встаёт из-за стола, вытирает губы салфеткой. — И готовишь невкусно.
Ну это уже слишком!
Хватаю тарелку с недоеденным пюре и гуляшом — и припечатываю ею в породистое лицо этого блудливого мужика.
— Пошёл вон! Пока я об башку тебе эту тарелку не разбила!
За ужином муж признался мне в измене!
— Всё умерло, Лена. И ты в этом виновата не меньше.
Вот тут меня начинает бомбить.
— Я?! Виновата, что ты кобель и предатель?!
— Ты на себя посмотри, — спокойно говорит он. — Ты вообще видела себя со стороны? Ты же причёску уже с десяток лет не меняла! Сейчас столько технологий — могла бы грудь себе сделать, губы… но ты лентяйка! Только работа, дом, да шитьё твоё дурацкое! Ты угасла, Лена. Ты стала неинтересной.
— Ты мне это сейчас серьёзно говоришь?!
— Абсолютно. Илона совсем другая. Она молодая, упругая, ухоженная.
Всегда готова к сексу. А ты — пресная, — он встаёт из-за стола, вытирает губы салфеткой. — И готовишь невкусно.
Ну это уже слишком!
Хватаю тарелку с недоеденным пюре и гуляшом — и припечатываю ею в породистое лицо этого блудливого мужика.
— Пошёл вон! Пока я об башку тебе эту тарелку не разбила!
✅КНИГА ПОЛНОСТЬЮ ЗАВЕРШЕНА! ✅САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА ТОЛЬКО СЕГОДНЯ!
— Игорь, ты скоро? У меня уже щиплет! — капризный голос сестры доносился из ванной.
Я вошла тихо, надеясь, что муж просто чинит кран. Но реальность ударила под дых. Игорь сидел на коленях перед моей сестрой, бережно сбривая пену с её гладкой ноги.
— Катя? — он обернулся, даже не смутившись. — Не смотри так. У Лики кожа нежная, ей нельзя порезаться. А ты со своей броней и сама справишься.
— В моем доме... моей бритвой... — прошептала я, глядя на свекровь, которая довольно кивала в дверях.
— Дом уже не твой, Катенька, — припечатала свекровь. — Игорь переписал его на меня полгода назад. Так что бери свои баулы и на выход. Нам тут лишние калории не нужны.
В тот вечер я оказалась на улице в одних тапках и с чемоданом...
— Игорь, ты скоро? У меня уже щиплет! — капризный голос сестры доносился из ванной.
Я вошла тихо, надеясь, что муж просто чинит кран. Но реальность ударила под дых. Игорь сидел на коленях перед моей сестрой, бережно сбривая пену с её гладкой ноги.
— Катя? — он обернулся, даже не смутившись. — Не смотри так. У Лики кожа нежная, ей нельзя порезаться. А ты со своей броней и сама справишься.
— В моем доме... моей бритвой... — прошептала я, глядя на свекровь, которая довольно кивала в дверях.
— Дом уже не твой, Катенька, — припечатала свекровь. — Игорь переписал его на меня полгода назад. Так что бери свои баулы и на выход. Нам тут лишние калории не нужны.
В тот вечер я оказалась на улице в одних тапках и с чемоданом...
— Ты меня бросаешь?
Возвращение мужа из командировки оказывается фееричным. К накрытому столу он является вместе с молодой девахой, которую представляет как свою новую любовь.
— Называй это как хочешь, кошечка. Ты достаточно пожила за мой счет. Пора и честь знать, — смеется, — Пойми меня правильно, у меня рывок в карьере, я признанный гений от медицины. Завтра обо мне весь мир узнает!
Стоящая рядом любовница кивает головой как болванчик.
— А ты перестала подходить мне по статусу. Так что у тебя есть пара часов, чтобы собраться и вернуться к маме.
Возвращение мужа из командировки оказывается фееричным. К накрытому столу он является вместе с молодой девахой, которую представляет как свою новую любовь.
— Называй это как хочешь, кошечка. Ты достаточно пожила за мой счет. Пора и честь знать, — смеется, — Пойми меня правильно, у меня рывок в карьере, я признанный гений от медицины. Завтра обо мне весь мир узнает!
Стоящая рядом любовница кивает головой как болванчик.
— А ты перестала подходить мне по статусу. Так что у тебя есть пара часов, чтобы собраться и вернуться к маме.
— Но Павел сказал, что его жена умерла четыре года назад.
Я стою у калитки нашего загородного дома с новыми шторами в руках. За калиткой — незнакомая женщина. Из дома выбегает мальчик и зовёт моего мужа папой.
Двадцать шесть лет брака. Взрослая дочь. Дом, в который мне нельзя было приезжать из-за «вечного ремонта». И чужая жизнь, для которой меня оказалось проще похоронить.
Павел просит не торопиться. Не огорчать его мать. Не устраивать сцен. А я впервые хочу спросить себя, чего хочу сама.
Начать придётся с малого: восстановить старые театральные кресла, вспомнить цену своей работе и научиться принимать заботу мужчины, который ничего не требует взамен.
Меня зовут Наталья. Мне сорок девять. И я жива, дорогой.
Я стою у калитки нашего загородного дома с новыми шторами в руках. За калиткой — незнакомая женщина. Из дома выбегает мальчик и зовёт моего мужа папой.
Двадцать шесть лет брака. Взрослая дочь. Дом, в который мне нельзя было приезжать из-за «вечного ремонта». И чужая жизнь, для которой меня оказалось проще похоронить.
Павел просит не торопиться. Не огорчать его мать. Не устраивать сцен. А я впервые хочу спросить себя, чего хочу сама.
Начать придётся с малого: восстановить старые театральные кресла, вспомнить цену своей работе и научиться принимать заботу мужчины, который ничего не требует взамен.
Меня зовут Наталья. Мне сорок девять. И я жива, дорогой.
Выберите полку для книги