Книги в жанре «Романы о неверности»
– Любимым не изменяют, – дергаю плечами, пытаясь сбросить с них руки Руслана.
– Это лишь слова, – спорит муж. – Жизнь не укладывается ни в какие правила. Я на самом деле люблю тебя.
– Зачем тогда с ней связался? Брось ее! – требую.
– Не могу. Потому что и ее я люблю тоже, – выдает муж. – Я вас обеих люблю. По-разному, но одинаково сильно. И ни одну из вас не могу бросить.
***
Незадолго до 20-летнего юбилея свадьбы Руслан закручивает роман с молодой пациенткой. Только вот Веронику не устраивает роль любовницы. Она решает подтолкнуть Руслана к разводу, рассказав об их отношениях его жене. В итоге он оказывается перед сложным выбором. Да и его жена Тамара не знает, как поступить в этой ситуации: простить ли предателя или оставить его у разбитого корыта.
– Это лишь слова, – спорит муж. – Жизнь не укладывается ни в какие правила. Я на самом деле люблю тебя.
– Зачем тогда с ней связался? Брось ее! – требую.
– Не могу. Потому что и ее я люблю тоже, – выдает муж. – Я вас обеих люблю. По-разному, но одинаково сильно. И ни одну из вас не могу бросить.
***
Незадолго до 20-летнего юбилея свадьбы Руслан закручивает роман с молодой пациенткой. Только вот Веронику не устраивает роль любовницы. Она решает подтолкнуть Руслана к разводу, рассказав об их отношениях его жене. В итоге он оказывается перед сложным выбором. Да и его жена Тамара не знает, как поступить в этой ситуации: простить ли предателя или оставить его у разбитого корыта.
Лена выглядит безупречно: длинные каштановые волосы идеально уложены, улыбка ослепительна, взгляд полный уверенности. Подпись под фотографией: «Любите себя, девочки, и ваш мужчина обязательно найдет вас!»
Я улыбаюсь, но вдруг замечаю странное отражение в бокале вина в её руке. Сердце мгновенно начинает колотиться быстрее. Приближаю картинку, всматриваюсь — и меня захлёстывает ледяная волна ужаса.
Это Антон. Мой муж, которого я узнала бы из тысячи. Его профиль, его улыбка, чуть прищуренный взгляд. Ошибки быть не может.
Я считала его любящим мужем, а ее лучшей подругой. Все раскрыла абсолютная случайность и одно отражение.
Я улыбаюсь, но вдруг замечаю странное отражение в бокале вина в её руке. Сердце мгновенно начинает колотиться быстрее. Приближаю картинку, всматриваюсь — и меня захлёстывает ледяная волна ужаса.
Это Антон. Мой муж, которого я узнала бы из тысячи. Его профиль, его улыбка, чуть прищуренный взгляд. Ошибки быть не может.
Я считала его любящим мужем, а ее лучшей подругой. Все раскрыла абсолютная случайность и одно отражение.
˗ Мам, пап, знакомьтесь, моя Катерина! ˗ произносит Амин и пропускает вперёд очаровательную юную блондинку.
˗ Приятно познакомиться, Мария! ˗ произношу я, и перевожу взгляд на Тиграна.
Вздрагиваю, от того, что вижу. Его глаза пылают огнём, он пожирает взглядом невесту нашего сына.
˗ Тигран! ˗ шепчу ему в изумлении.
Муж встаёт и подходит к детям.
˗ Приятно познакомиться, Тигран Умарович! ˗ протягивает он руку Катерине.
Амин как будто бы ничего не замечает. Он влюблён и не сводит свой взгляд с красавицы невесты. Не знаю, как реагировать на это. В последнее время, Тигран как с цепи сорвался. Часто не ночует дома. Отдыхать даже один летал. Я всё скидываю на кризис. Ему всё-таки уже сорок два. Перебесится, думала я. Но такого я уж точно не ожидала.
˗ Приятно познакомиться, Мария! ˗ произношу я, и перевожу взгляд на Тиграна.
Вздрагиваю, от того, что вижу. Его глаза пылают огнём, он пожирает взглядом невесту нашего сына.
˗ Тигран! ˗ шепчу ему в изумлении.
Муж встаёт и подходит к детям.
˗ Приятно познакомиться, Тигран Умарович! ˗ протягивает он руку Катерине.
Амин как будто бы ничего не замечает. Он влюблён и не сводит свой взгляд с красавицы невесты. Не знаю, как реагировать на это. В последнее время, Тигран как с цепи сорвался. Часто не ночует дома. Отдыхать даже один летал. Я всё скидываю на кризис. Ему всё-таки уже сорок два. Перебесится, думала я. Но такого я уж точно не ожидала.
Тошнит. Душно. Воздуха не хватает. Вырываюсь из тесной, переполненной людьми гостиной на улицу. Не так я представляла себе юбилей любимого, где в качестве главного подарка я приготовила ему новость о долгожданном пополнении. Из-за длинного языка свекрови так ничего и не сказала, теперь ещё и мы с Арсом поссорились.
Но он ведь ещё не знает, что это гормоны у меня играют, поэтому такая эмоциональная стала.
Хочу крикнуть, чтобы пропавший муж скорее вышел из тени, как вдруг мой слух привлекают какие-то голоса. Приглушенные. Шепот. Смех.
Иду на звук. И…
Вижу вдали его силуэт. Стоит ко мне спиной. Не один.
— У тебя с твоей совсем все плохо? – звонкий женский хохот режет слух.
— Лер, заткнись и продолжай.
Его голос. Хриплый, томный, незнакомый. Чужой. Голос предателя.
Машинально прикладываю ладонь к животу, где растет наш малыш. Наверное, даже к лучшему, что я не успела ничего сказать. Этот подонок… Теперь не узнает о ребенке.
Но он ведь ещё не знает, что это гормоны у меня играют, поэтому такая эмоциональная стала.
Хочу крикнуть, чтобы пропавший муж скорее вышел из тени, как вдруг мой слух привлекают какие-то голоса. Приглушенные. Шепот. Смех.
Иду на звук. И…
Вижу вдали его силуэт. Стоит ко мне спиной. Не один.
— У тебя с твоей совсем все плохо? – звонкий женский хохот режет слух.
— Лер, заткнись и продолжай.
Его голос. Хриплый, томный, незнакомый. Чужой. Голос предателя.
Машинально прикладываю ладонь к животу, где растет наш малыш. Наверное, даже к лучшему, что я не успела ничего сказать. Этот подонок… Теперь не узнает о ребенке.
Я вышла из машины и пошла к ним, сама не зная, что скажу. Максим увидел меня первым, его лицо закаменело, а рука на талии Натальи напряглась.
- Что ты здесь делаешь? - холодно спросил он.
- Нам нужно поговорить, - мой голос дрожал, и я ненавидела себя за эту слабость.
- Нам не о чем говорить, - он встал между мной и Натальей, словно защищая ее. - я все сказал в прошлый раз.
- Максим, пожалуйста, - я сделала шаг к нему. - всего пять минут.
- У него нет для тебя пяти минут, - Наталья выступила из-за его спины, её голос был спокоен, но глаза сверкали торжеством. - у нас планы на вечер.
Я посмотрела на нее - статную, уверенную, с едва заметной округлостью живота под свободным платьем, она выиграла. Мы обе это знали.
- Это не твое дело, - огрызнулась я.
- Все, что касается моего мужа и отца моего ребенка - мое дело, - она положила руку на живот с демонстративной нежностью.
- Хватит, - Максим окинул меня холодным взглядом. - я просил тебя не искать встреч. Не звонить. Не писать.
- Что ты здесь делаешь? - холодно спросил он.
- Нам нужно поговорить, - мой голос дрожал, и я ненавидела себя за эту слабость.
- Нам не о чем говорить, - он встал между мной и Натальей, словно защищая ее. - я все сказал в прошлый раз.
- Максим, пожалуйста, - я сделала шаг к нему. - всего пять минут.
- У него нет для тебя пяти минут, - Наталья выступила из-за его спины, её голос был спокоен, но глаза сверкали торжеством. - у нас планы на вечер.
Я посмотрела на нее - статную, уверенную, с едва заметной округлостью живота под свободным платьем, она выиграла. Мы обе это знали.
- Это не твое дело, - огрызнулась я.
- Все, что касается моего мужа и отца моего ребенка - мое дело, - она положила руку на живот с демонстративной нежностью.
- Хватит, - Максим окинул меня холодным взглядом. - я просил тебя не искать встреч. Не звонить. Не писать.
— У тебя в телефоне… ДНК-тест.
— Ксю…
— Ты проверяла, кто отец твоего сына?
— Я не хотела, чтобы ты узнала. Он просил…
— Ты родила от моего мужа. И молчала шесть лет.
— Я… не хотела, чтобы так...
— А что ты хотела, Марина? Стать любовницей моему мужу и жить рядом, как ни в чём не бывало?..
Когда предают оба — муж и подруга, в тебе что-то умирает.
Но иногда — именно после этого ты начинаешь жить.
— Ксю…
— Ты проверяла, кто отец твоего сына?
— Я не хотела, чтобы ты узнала. Он просил…
— Ты родила от моего мужа. И молчала шесть лет.
— Я… не хотела, чтобы так...
— А что ты хотела, Марина? Стать любовницей моему мужу и жить рядом, как ни в чём не бывало?..
Когда предают оба — муж и подруга, в тебе что-то умирает.
Но иногда — именно после этого ты начинаешь жить.
– Вы Ольга? – протягивает девица, пытаясь беспардонно проникнуть в нашу квартиру. – Хорошая хата… Освобождай ее.
– С какой стати? – возмущаюсь я, перекрывая проход.
– А с той! Тебе сорокет почти, детей нет. Так вали, зачем мое место занимаешь? Я беременна, семь недель. И с твоим Матвеем мы три года вместе!
Я считала свой брак безупречным, пока на пороге моей квартиры не появилась беременная любовница мужа.
Вместо страданий и слез я выбираю веселье с подругой в модном баре…
Случайное знакомство с влиятельным мужчиной и… одна ночь, чтобы все изменить…
А на утро я больше не боюсь потерять того, кто давно потерян.
И признаться: все, что было раньше – досадная ошибка… А впереди – новая жизнь и долгожданное счастье!
– С какой стати? – возмущаюсь я, перекрывая проход.
– А с той! Тебе сорокет почти, детей нет. Так вали, зачем мое место занимаешь? Я беременна, семь недель. И с твоим Матвеем мы три года вместе!
Я считала свой брак безупречным, пока на пороге моей квартиры не появилась беременная любовница мужа.
Вместо страданий и слез я выбираю веселье с подругой в модном баре…
Случайное знакомство с влиятельным мужчиной и… одна ночь, чтобы все изменить…
А на утро я больше не боюсь потерять того, кто давно потерян.
И признаться: все, что было раньше – досадная ошибка… А впереди – новая жизнь и долгожданное счастье!
Захожу на террасу. Сын и муж не видят меня.
– Не обманывай маму и скажи ей всё. Я не могу смотреть ей в глаза и врать! – Голос сына звучит твёрдо.
Да, моё чутьё не подвело меня. Мой сын знает про предстоящий развод, о котором мне пока не сообщил муж, и усердно пытается убедить признаться мне в этом своего отца.
Обидно. Как всегда – всё самое главное и жизненно важное женщина узнаёт последней. Ну что за несправедливая закономерность?
– Я пока не подготовил почву для этого разговора. В любом случае это моя ложь, а не твоя. Поэтому прекрати заниматься самобичеванием.
Я стою не жива, ни мертва, слушая этот разговор.
– Бать… – Сын упрямый. – Пап…
Муж внезапно бьёт кулаком по перилам террасы. Я непроизвольно вздрагиваю.
– Хватит! Я сам разберусь со своей женой! Я лучше знаю, что ей нужно знать, а что нет. Меньше знает – крепче спит!
– Не обманывай маму и скажи ей всё. Я не могу смотреть ей в глаза и врать! – Голос сына звучит твёрдо.
Да, моё чутьё не подвело меня. Мой сын знает про предстоящий развод, о котором мне пока не сообщил муж, и усердно пытается убедить признаться мне в этом своего отца.
Обидно. Как всегда – всё самое главное и жизненно важное женщина узнаёт последней. Ну что за несправедливая закономерность?
– Я пока не подготовил почву для этого разговора. В любом случае это моя ложь, а не твоя. Поэтому прекрати заниматься самобичеванием.
Я стою не жива, ни мертва, слушая этот разговор.
– Бать… – Сын упрямый. – Пап…
Муж внезапно бьёт кулаком по перилам террасы. Я непроизвольно вздрагиваю.
– Хватит! Я сам разберусь со своей женой! Я лучше знаю, что ей нужно знать, а что нет. Меньше знает – крепче спит!
– Не у меня никого, кроме тебя. Ты сериалов, что ли, пересмотрела в декрете?
Понимая, что бестолку говорить, достаю его часы и протягиваю мужу. Те самые, которые он «потерял» недавно.
Макс замирает, смотря на них. В глазах снова неподдельная растерянность.
– Откуда они у тебя?
– Любовница твоя принесла. Ксения. Брюнетка. Красивая. И … беременная. Срок около шести, семи месяцев. Я в курсе, что ты с ней ездил на конференцию. Это для меня ты ездил один … Всё, хватит этого спектакля.
Отворачиваюсь, хочу уйти, но он делает шаг ко мне, и его руки сжимают меня, не позволяя это сделать.
– Пусти!
Вырываюсь, но Максим не отпускает. Наоборот – его объятия становятся железными, почти болезненными.
– Ты никуда не пойдёшь! У нас дочь! Вспомни об этом!
– А ты помнил, когда изменял мне?! – практически рыдаю, ослабевая в его руках. Сил сопротивляться всё меньше.
Понимая, что бестолку говорить, достаю его часы и протягиваю мужу. Те самые, которые он «потерял» недавно.
Макс замирает, смотря на них. В глазах снова неподдельная растерянность.
– Откуда они у тебя?
– Любовница твоя принесла. Ксения. Брюнетка. Красивая. И … беременная. Срок около шести, семи месяцев. Я в курсе, что ты с ней ездил на конференцию. Это для меня ты ездил один … Всё, хватит этого спектакля.
Отворачиваюсь, хочу уйти, но он делает шаг ко мне, и его руки сжимают меня, не позволяя это сделать.
– Пусти!
Вырываюсь, но Максим не отпускает. Наоборот – его объятия становятся железными, почти болезненными.
– Ты никуда не пойдёшь! У нас дочь! Вспомни об этом!
– А ты помнил, когда изменял мне?! – практически рыдаю, ослабевая в его руках. Сил сопротивляться всё меньше.
- Эй, фифа! Ты чего тут забыла? – рычит на меня местный абориген в мокрой от пота майке и с топором в руках.
- Сбавь обороты, Викинг! Это мой дом! – огрызаюсь я, а сама вот-вот хлопнусь в обморок от страха, - Так что вали отсюда, пока я не вызвала... кого-нибудь!
Он швыряет топор в траву, подходит вплотную и нагло ухмыляется.
- Здесь принято вызывать меня...
***
Застукать мужа без штанов с секретаршей – это унижение.
Уехать в деревню – отчаянная попытка начать с чистого листа.
А напороться на нахального соседа – это уже наказание.
Или... подарок судьбы?
И что от меня опять понадобилось мужу?..
- Сбавь обороты, Викинг! Это мой дом! – огрызаюсь я, а сама вот-вот хлопнусь в обморок от страха, - Так что вали отсюда, пока я не вызвала... кого-нибудь!
Он швыряет топор в траву, подходит вплотную и нагло ухмыляется.
- Здесь принято вызывать меня...
***
Застукать мужа без штанов с секретаршей – это унижение.
Уехать в деревню – отчаянная попытка начать с чистого листа.
А напороться на нахального соседа – это уже наказание.
Или... подарок судьбы?
И что от меня опять понадобилось мужу?..
Выберите полку для книги