Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «novinki»
Они заключили сделку. Он исчез, не оставив объяснений. Спустя пять лет он снова здесь — с просьбой, от которой она не может отказаться. Она соглашается, чтобы наконец узнать, что скрывалось за его уходом.
Саша Князева - примерная студентка, которая всего добилась сама: золотая медаль, спортивные достижения, поступление на бюджет в один из самых престижных ВУЗов. Ей кажется, что все школьные проблемы остались позади, а впереди только светлое будущее, но в ее новые страницы жизни врывается тот, кого она совсем не желала видеть. И, что самое плохое, он не собирается оставлять Сашу в покое. Что ему нужно? Почему он преследует по вечерам до самого дома?
Саша решает проблему по совету подруги - принимает ухаживания одного из самых успешных студентов в надежде, что тот ее защитит от нежелательного общения. Но так ли это на самом деле? И кто кого защищает?
Саша решает проблему по совету подруги - принимает ухаживания одного из самых успешных студентов в надежде, что тот ее защитит от нежелательного общения. Но так ли это на самом деле? И кто кого защищает?
Генерал, мой сосед, достал меня!
Он устроил стройку прямо у моего забора!
Шум стоит невыносимый, и вся пыль летит ко мне, а у меня клубника редких сортов!
Хочу закопать соседа в грядках с клубникой! Отличное выйдет удобрение!
Договориться с генералом не вышло, и я решилась на крайние меры – похищение этого гада.
Он у меня узнает, что такое клубника со сливками!
Он устроил стройку прямо у моего забора!
Шум стоит невыносимый, и вся пыль летит ко мне, а у меня клубника редких сортов!
Хочу закопать соседа в грядках с клубникой! Отличное выйдет удобрение!
Договориться с генералом не вышло, и я решилась на крайние меры – похищение этого гада.
Он у меня узнает, что такое клубника со сливками!
Дана начинает войну в общем чате дома из-за громкой музыки в два часа ночи — а заканчивает её влюблённой в человека, которого поначалу представляла исключительно самодовольным грубияном с верхнего этажа.
Джейса выросла в Германии — в уюте, привычке, тишине. Она не просила перемен. Но когда её мать выходит замуж за богатого московского бизнесмена, девочке приходится оставить всё и переехать в чужой, шумный, безжалостный город.
Особняк. Роскошь. Холодные взгляды.
И **он** — Ливерн. Сын отца, наследник империи, с наглой ухмылкой и ледяным сердцем.
Он не хочет её здесь видеть. Считает — она чужая. Ненужная. Мешает его миру.
И тогда друг заключает **спорт с Ливерном**:
*«Если она влюбится в Ливерна за два месяца — он победил.
Если нет — отдает свою машину».*
Ливерн уверен: это будет легко.
Он умеет играть чувствами. Умеет соблазнять. Умеет уничтожать.
Но он не знал одного:
**Джейса не играет по его правилам.**
Она приехала не за любовью.
А чтобы выжить.
А он…
Он не заметил, как влюбляется в нее
Особняк. Роскошь. Холодные взгляды.
И **он** — Ливерн. Сын отца, наследник империи, с наглой ухмылкой и ледяным сердцем.
Он не хочет её здесь видеть. Считает — она чужая. Ненужная. Мешает его миру.
И тогда друг заключает **спорт с Ливерном**:
*«Если она влюбится в Ливерна за два месяца — он победил.
Если нет — отдает свою машину».*
Ливерн уверен: это будет легко.
Он умеет играть чувствами. Умеет соблазнять. Умеет уничтожать.
Но он не знал одного:
**Джейса не играет по его правилам.**
Она приехала не за любовью.
А чтобы выжить.
А он…
Он не заметил, как влюбляется в нее
— Тимур попал в аварию, — говорит Патимат тихо, почти шепотом.
Я молчу, руки замирают над стопкой конвертов.
— Серьезную. Машина в кювет ушла на трассе, ночью. Три недели в больнице. Рука сломана, ребра, сотрясение.
— Зачем вы мне это рассказываете?
— Он тебя искал, Милена. Каждый день, с той минуты, как очнулся. Частных детективов нанимал, звонил всем твоим знакомым, ездил в Петербург три раза, просто ходил по улицам наугад. Он изменился, Милена. Поедем к нему.
Внутри что-то дергается — старая привычка сострадать. Но я гоню это чувство прочь.
— Нет.
— Милена…
— Я не поеду, Патимат Далгатовна. Что бы ни случилось с Тимуром, это его жизнь. Я строю свою здесь.
Я молчу, руки замирают над стопкой конвертов.
— Серьезную. Машина в кювет ушла на трассе, ночью. Три недели в больнице. Рука сломана, ребра, сотрясение.
— Зачем вы мне это рассказываете?
— Он тебя искал, Милена. Каждый день, с той минуты, как очнулся. Частных детективов нанимал, звонил всем твоим знакомым, ездил в Петербург три раза, просто ходил по улицам наугад. Он изменился, Милена. Поедем к нему.
Внутри что-то дергается — старая привычка сострадать. Но я гоню это чувство прочь.
— Нет.
— Милена…
— Я не поеду, Патимат Далгатовна. Что бы ни случилось с Тимуром, это его жизнь. Я строю свою здесь.
— Ты вообще спишь там? — спрашивает она вместо приветствия.
— Иногда. Слушай, тут такое дело.
— Мужик?
— Почему сразу мужик?
— Потому что голос у тебя такой, каким ты говорила про Диму перед свадьбой. Виноватый и восторженный одновременно.
Я закатываю глаза, хотя она этого не видит.
— Не мужик. Начальник.
— Ещё хуже.
— Катя, серьёзно. — Я откидываюсь на подушку, смотрю в потолок с трещиной, бегущей от угла к люстре. — Генерал. Тяжёлый, резкий, шрам на скуле, смотрит так, будто читает тебя насквозь.
— И что дальше?
— Дальше ничего. Просто он подходит слишком близко, поправляет форму, а я вместо того, чтобы дать по рукам, стою и жду, отступит он или нет.
— Иногда. Слушай, тут такое дело.
— Мужик?
— Почему сразу мужик?
— Потому что голос у тебя такой, каким ты говорила про Диму перед свадьбой. Виноватый и восторженный одновременно.
Я закатываю глаза, хотя она этого не видит.
— Не мужик. Начальник.
— Ещё хуже.
— Катя, серьёзно. — Я откидываюсь на подушку, смотрю в потолок с трещиной, бегущей от угла к люстре. — Генерал. Тяжёлый, резкий, шрам на скуле, смотрит так, будто читает тебя насквозь.
— И что дальше?
— Дальше ничего. Просто он подходит слишком близко, поправляет форму, а я вместо того, чтобы дать по рукам, стою и жду, отступит он или нет.
Обычная девушка и восходящая звезда Голливуда — две вселенные, которым не суждено пересечься. Но судьба распоряжается иначе.
Залина приезжает в Лос‑Анджелес на свадьбу сестры — и случайно попадает в ослепительный мир красной дорожки, вспышек камер и больших ожиданий. Там она встречает молодого актёра, чья улыбка пробивается сквозь весь этот блеск. Между ними вспыхивает чувство, которому чужды контракты, рейтинги и свет софитов.
Но чем ярче разгорается их любовь, тем громче мир напоминает: их миры несовместимы. Смогут ли они сохранить то, что нашли, когда каждый день подбрасывает новые преграды?
Залина приезжает в Лос‑Анджелес на свадьбу сестры — и случайно попадает в ослепительный мир красной дорожки, вспышек камер и больших ожиданий. Там она встречает молодого актёра, чья улыбка пробивается сквозь весь этот блеск. Между ними вспыхивает чувство, которому чужды контракты, рейтинги и свет софитов.
Но чем ярче разгорается их любовь, тем громче мир напоминает: их миры несовместимы. Смогут ли они сохранить то, что нашли, когда каждый день подбрасывает новые преграды?
Клуб романтиков и эротоманов не имел адреса. Его нельзя было найти на карте, нельзя было отыскать в телефонном справочнике, нельзя было вызвать такси, чтобы оно привезло тебя к его дверям. О Клубе узнавали иначе — по знаку, который приходил в ту минуту, когда сердце начинало томиться не от пошлой похоти, а от жажды истинной чувственности, от желания соединить в одном порыве и нежность, и страсть, и поэзию, и телесную радость.
Говорили, что Клуб существует столько же, сколько существует любовь. Кто-то утверждал, что его основал сам Казанова в один из скучных вечеров, когда ему надоело покорять сердца светских дам и захотелось собрать вокруг себя единомышленников. Кто-то шептал, что Клуб появился ещё при дворе египетской Клеопатры, и что сама царица была его первой хранительницей. Но чаще всего поговаривали, что Клуб вне времени, что он существует сразу во всех эпохах, и каждый, кто переступает его порог, попадает в тот век, который ближе всего его душе...
Говорили, что Клуб существует столько же, сколько существует любовь. Кто-то утверждал, что его основал сам Казанова в один из скучных вечеров, когда ему надоело покорять сердца светских дам и захотелось собрать вокруг себя единомышленников. Кто-то шептал, что Клуб появился ещё при дворе египетской Клеопатры, и что сама царица была его первой хранительницей. Но чаще всего поговаривали, что Клуб вне времени, что он существует сразу во всех эпохах, и каждый, кто переступает его порог, попадает в тот век, который ближе всего его душе...
Она наконец-то обрела счастье — и в этот момент рухнул весь её мир. Прошлое пришло сказать свое последнее слово прямо на свадьбе. Пять лет она жила с болью и верила, что закрыла эту главу навсегда. Но когда она видит среди цветов, поздравлений и сияющих улыбок того, кого похоронила. Живой. Настоящий. Каждый его шаг, каждая фраза — как трещина в хрустальном счастье, которое она только что обрела. Сможет ли она устоять перед голосом прошлого и остаться в счастливом настоящем? Как отличить зов сердца от иллюзии? И что страшнее: потерять всё сейчас или снова поверить в то, что однажды уже разбило её душу?
Топ новинок 2024
Выберите полку для книги